Читаем без скачивания Тучи над страной Солнца - Рава Лориана

-- Погиб? Но если ты не знаешь ничего, почему ты так уверен в их гибели?

-- Тогда не знал. Сейчас всё-таки знаю. Я уже и сам был готов поверить, что виной всему несчастный случай, но случилось так, что за границей из рабства был выкуплен один человек, который, вернувшись домой, сказал, что знает нечто очень важное, но об этом должен говорить только со мной и ещё, он категорически отказался не только оставаться в Тумбесе, но даже открыто появляться там и видеться с родными, уверяя, что у него на это есть причины. Иные даже подозревали, что у него в рабстве помутился рассудок, но всё-таки ко мне его доставили... Он был на том корабле, когда на них неожиданно напали пираты, и захватили его. С моими людьми непросто справиться в открытом бою, но их вероломно обманули. Корабль пиратов и по форме, и по флагу не отличался от своих. И наши сигналы они знали... Ты понимаешь, что это значит? Допустим, и корабль, и флаг у них могли быть трофейными, но сигналы они не могли просто так узнать, они меняются раз в полгода. Это значит, кто-то нарочно сообщил этим сигналы за границу специально для проведения этого дела, и этот кто-то, скорее всего, связан с наместником Тумбеса! И к тому же пираты знали, кто на борту просто моряк, а кто является одним из моих людей, так как именно их отобрали в первую очередь и предали самым изощрённым казням. Подробности этого я тебе рассказывать не буду, но даже я, казалось бы, уже ко всему привык, но после этого рассказа ночь не спал. Остальных тоже изначально хотели убить, правда, без таких сложностей, но победила жадность, ведь рабы стоят немалых денег. Но только с тех пор я знаю, что в Тумбесе находится вражье гнездо и нужно его найти и уничтожить.

-- А почему просто не арестовать наместника?

-- Наивная девочка, -- грустно улыбнулся Инти, -- ну а какие обвинения мы сможем ему предъявить? Чтобы можно было это сделать, нужны веские доказательства его вины, а их у нас нет. Арестовать же человека только по подозрению мы не можем, да и если бы могли, было я всё равно не стал бы этого делать, иначе мы бы вспугнули их всех. К тому же Чимор пользуется автономией, и подобные действия могут быть расценены как покушение на неё. Во всяком случае, наместник постарается, чтобы их именно так расценили. Так что доказательства нужно добыть, и как раз ты этим займёшься.

-- Неужели столь важное дело будет зависеть от меня одной? Но я... а если я ничего не найду?

-- Ну, кто сказал, что от одной? Тогда погибли многие, но не все. Конечно, отсутствие куратора сильно осложняет дело, тебе придётся писать прямо мне, а если дело не терпит, то принимать решения самой, но я уверен, что ты справишься. А теперь собственно о деле -- я думаю, тебе понятно, что в качестве Девы Солнца ты там работать не сможешь. Ты хорошо умеешь готовить?

-- Почти не умею. Картошку себе сварить могу, конечно, а так не очень, - ответила Заря и слегка усмехнулась.

-- Это не очень хорошо, но в крайнем случае можно этому подучиться. А почему готовка еды у тебя вызвала такую усмешку?

-- У нас одна наставница любила говорить девушкам, которые тупили: "Шли бы вы лучше в кухарки!" Одна из девушек в ответ спросила: "А почему именно в кухарки, а не в прядильщицы, например?" Та ответила: "Потому что проще всего обойтись без словесных и кулинарных изысков".

-- Ясно. Я думал, что до приезда миссионеров тебя можно будет устроить кухаркой в местную столовую, но раз у тебя дело с этим совсем плохо, то лучше посудомойкой, если место свободно. В любом случае это ненадолго, так как когда они приплывут, тебе нужно будет постараться устроиться к ним служанкой, чтобы слышать их разговоры друг с другом. Ведь они не должны знать, что ты понимаешь по-испански и наверняка будут при тебе свои дела обсуждать. Проще всего это было бы сделать под чужим именем, но... поскольку тебя там может узнать Морская Пена, этот вариант отпадает, и остаётся другой -- как-то провиниться, чтобы тебя выгнали из обители, и тебе бы пришлось пойти в служанки. Почему в Тумбесе? Ты специально выбрала город, где тебя никто не знает. Такую легенду можешь рассказать Морской Пене, если её встретишь, но первое время таких встреч лучше избегать. А вот какой именно проступок тебе совершить -- выбирай сама.

Заря смутилась:

-- Даже не знаю... проступков много бывает разных, но я не знаю, какой из них могла бы совершить, чтобы это было для меня естественно.

-- Ну хоть приблизительно, за что у вас чаще всего выгоняют?

-- Ну, самое частое -- это провести ночь с юношей, но... я не могу пойти на это, к тому же после такого нужно обязательно жениться.

-- Тогда действительно не подходит. Дальше.

-- Оскорбить наставницу.

-- Вот это уже вариант. Вы не могли бы для вида разыграть с Радугой крупную ссору?

-- Могли бы, но... я не уверена, что у нас получится достаточно естественно. Настолько естественно, чтобы в это без колебаний поверили все. Боюсь, что Морская Пена может тут заподозрить неладное. Хотя она думает только о нарядах, но по-своему умна. Ведь с Радугой никто из учениц не ссорился!

-- Ладно, оставим это, если не найдём чего получше. Что ещё?

-- Помню, одну девушку выгнали за то, что она потеряла книгу. Она не нарочно, сама не понимала, как так получилось, но... книга была очень ценная, и ей эту потерю не простили.

-- Пожалуй, это самый подходящий вариант. Берёшь книгу, прячешь её, потом скажешь, что потеряла, тебя выгоняют, а через некоторое время книга находится. Пойдёт?

-- А если у меня её найдут при поисках?

-- Ну тогда книгу запрячет кто-нибудь другой. Твоя задача только её взять. Согласна?

Заря кивнула, с грустью подумав о позоре и унижениях, через которые придётся пройти, но ничего другого не оставалось.

-- Но как я доберусь до Тумбеса? -- спросила она, -- я ещё ни разу в жизни не путешествовала далеко.

-- На этот счёт не беспокойся, я довезу тебя до Тумбеса сам. Мы поедем под чужими именами, по возрасту ты вполне годишься мне в дочери, едва ли кто что-либо заподозрит. К тому же время, проведённое в дороге, можно с пользой потратить на обучение. Книга должна пропасть не раньше чем через десять дней, иначе нельзя, кто-нибудь может увязать её пропажу с твоими визитами сюда.

-- Неужели даже в Куско есть кто-то, кто осмеливается следить за тобой, Инти?

-- Наверняка есть. Хотя постоянной слежки тут быть не может, мои люди заметили бы, они в таких вопросах опытные. Однако учитывая, что меня уже несколько раз пытались убить, я никогда не пренебрегаю осторожностью. По этой же причине тебе здесь появляться больше не следует, за эти два раза тебя извне вряд ли кто заметил, но если ты зачастишь сюда, на это могут обратить внимание даже случайно.

-- Я поняла, Инти.

Последующие дни Заря провела в каком-то тревожно-радостном ожидании, которое она сама для себя мысленно назвала "ожиданием невесты перед свадьбой". Вроде она была довольна своим выбором, но в то же время было ясно, что привычная жизнь рушится, а что будет дальше -- не вполне ясно. Внешне она пыталась вести ту же самую жизнь, что и раньше, а поскольку близких подруг у неё не было, то ей не нужно было особенно сильно маскировать своё душевное состояние, но сосредоточиться на повседневных делах было трудновато. Занятий в этот период не было, так как периоды, когда они происходили, чередовались с периодами, когда нужно было заниматься самостоятельно, чаще всего -- переводить какую-нибудь книгу на кечуа или написать к ней комментарий. У Зари было задание -- дополнить и исправить английский словарь на основании тех немногих английских книг, которые были в обители. Впрочем, все они, кроме одной, уже были переведены и разобраны по косточкам, а та единственная, которая не была так обработана, была книжка со стихами, где слова и обороты заметно отличались от тех, которые попадались в прозе, и порой точно угадать их значение было трудно. Занятие было по-своему увлекательным, но стихи, называемые сонетами, своим содержанием только увеличивали её тревогу. Что это за страшный мир, в котором столько зла, что жить не хочется? Мир, в котором честность ведёт к гибели? У них в Тавантисуйю, наоборот, многие считали именно честность гарантией от бед!

Затем книга внезапно исчезла. В первый момент Заря не на шутку перепугалась, она же чётко помнила, что оставила её на столе, но потом вспомнила о договорённости с Инти и мысленно подчинилась выбранной ей судьбе. Будь что будет, а спокойная жизнь кончилась, впереди неизвестность.

Всё дальнейшее было мутным, как во сне. Суд, суровые лица наставниц, приговор, собственные слёзы(как ни странно, ей не требовалось особых актёрских способностей, изнутри грызла мысль, что несчастные сонеты могли украсть и по-настоящему). От Инти не было никаких вестей, только в день ухода из обители она обнаружила записку, где было указано время и место у дороги, где следует ждать экипажа, и она сразу обрадовалась, что ничего не сорвалось, но до конца она успокоилась только после того, как экипаж подкатил, дверца открылась и Инти пригласил её сесть внутрь.