большие апартаменты, состоящие из нескольких комнат. Спальня с огромной двухместной кроватью, гостиная с выделенной рабочей зоной, отдельная гардеробная и ванная. Обстановка минималистична — ничего лишнего я не заметила, и выдержана в белом цвете. В комнатах высокие окна в пол, много света и воздуха, а уют создают зелёные растения в горшках.
В целом, мне здесь нравится. Особенно вид на потрясающий сад из каждого окна… И на удивление чувствую себя комфортно, будто я там, где должна быть. Дома.
Разобрав вещи и развесив платья в свой новый гардероб, решаю прилечь. Пусть солнце только клонится к закату, а я ещё не ужинала, но сегодняшний день был чрезвычайно эмоциональным и сложным. Испытывать такое количество противоречивых чувств за столь короткий промежуток времени мне ещё не приходилось…
* * *
Будит меня робкий стук в дверь. Такой тихий, что если бы не мой чуткий сон, я его даже не заметила. В особняке Тарковских никто и никогда не церемонился, совершенно не боясь потревожить или нарушить покой лишней и ненужной леди. Стучали так, что приходилось вздрагивать и подпрыгивать от резких ударов… А здесь с первого же дня прислуга проявляет уважение. И это неожиданно приятно…
— Одну минутку, — предупреждаю. Быстро привожу себя в порядок и спешу впустить гостя, терпеливо ожидающего за дверью.
— Добрый вечер, — служанка в форменном платье белого цвета с подносом в руках делает реверанс и тихо добавляет, — Ваше Высочество.
Однако слухи во дворце расползаются очень быстро… если кто и хотел скрыть изменившееся семейное положение Эдгара, то он явно просчитался и потерпел неудачу.
— Добрый вечер, проходите, — распахиваю дверь, приглашая войти. — Меня зовут Сара, а Вы?!
— Аннабель, Ваше Высочество, — представляется молодая девушка примерно моего возраста.
— Сара, — повторяю. Не знаю почему, но я чувствую, что ей можно доверять, а для этого необходимо построить доверительные отношения.
На лице Аннабель выступает робкий румянец, она несколько раз мотает головой и произносит: — хорошо. Я принесла ужин. Меня назначили Вашей личной служанкой. Если что-то понадобится, Вы можете связаться со мной по кристаллу. Я тут же примчусь! По любым вопросам, только позовите… — Девушка тараторит, торопливо раскладывая блюда на столе.
— Благодарю, Аннабель, — ароматы невероятные! Рот наполняется слюной, и желудок начинает жалобно урчать… стыдно-то как!
— Оставлю Вас, — девушка понимающе улыбается и, попрощавшись, убегает, а я сажусь за стол, чтобы наконец-то отужинать, но натыкаюсь взглядом на скомканную записку.
Глава 23. Тайное послание
Сара Дракнесская
— Оставлю Вас, — девушка понимающе улыбается и, попрощавшись, убегает, а я сажусь за стол, чтобы наконец-то отужинать, но натыкаюсь взглядом на скомканную записку.
* * *
Брошенный клочок бумаги обжигает… я смотрю на него и вижу ядовитую змею, готовую напасть и вцепиться клыками в нежную кожу… Отравить. Уничтожить.
В душе́ нарастает волнение. Волоски на теле встают дыбом.
Я даже дня не провела на территории драконов, а уже получила тайное послание, подкинутое первым встречным человеком, если не считать сопровождающего кучера.
— А ведь мне казалось, что Аннабель можно доверять… неужели ошибалась?!
Похоже, всё-таки нет.
При знакомстве я не почувствовала наличия магической силы у девушки, а записка была наспех прикрыта магией иллюзий. Неаккуратно, торопливо, но всё же. Никому, кроме магов и драконов, не удастся её увидеть. Да и тем, только если будет дано разрешение. Неизвестный отправитель владеет редкой магией и наверняка знает, что силы имеются у меня. Выходит, это точно не служанка…
— Тогда кто же?
Уверена, это не дело рук Эдгара или кого-то его уровня и окружения. У аристократов принято отправлять сообщения, если они рукописные, в конвертах с сургучной печатью герба семьи. Послание в таком виде считается неуважением и дурным тоном. К тому же, я считаю, принц не стал бы так заморачиваться… Если ему и требовалось что-то передать или сказать мне, он бы отправил Аластара или же сам лично пожаловал на разговор.
Пристально смотрю на обжигающий клочок и пытаюсь уловить какую-нибудь подсказку.
Первое, что бросается в глаза — бумага. Одна из самых простых и доступных, которую можно купить на любом рынке. Второе, записка без конверта и опознавательных знаков, неаккуратно сложена, будто тот, кто передал её, очень торопился или решился отправить сообщение в самый последний момент…
Прикасаться к посланию страшно, но любопытство сильнее страха. Оно вновь берёт верх над разумом и подталкивает к опрометчивым действиям. Мне отчаянно хочется узнать, что же скрывается в сообщении!
На всякий случай тщательно проверяю листок на наличие проклятий и иных воздействий, используя все известные способы: теоретические, о которых читала в книгах, и практические, изученные и опробованные на занятиях в академии.
Удостоверившись в «чистоте», дрожащими руками хватаю записку со стола и сразу же открываю, пока не передумала.
Слова написаны аккуратным каллиграфическим почерком, выверены словно по линейке… что абсолютно противоречит внешнему виду. Но больше всего меня удивляет тот факт, что буквы имеют характе́рные закругления и наклон, присущие людям Меланеи. С этим утверждением можно было бы поспорить, но в Империи Дракнес манера письма в корне отличается… и это вводит в заблуждение…
Несколько раз вчитываюсь в текст, пытаясь осознать смысл сказанного.
«Дворец поглотила тьма и ложь. Будь осторожна. Всегда держи это кольцо при себе. М.»
Сказать, что я ничего не поняла — это ничего не сказать. Каждое написанное слово внушает тихий ужас… А подпись — «М.» Кто это?! В семье Дракнесских нет никого с именем на эту букву.
Прислуга? Да ещё и из Меланеи?
— Но как такое возможно? И, главное, о каком кольце идёт речь?! — Последние фразы, совершенно не задумываясь, произношу вслух, погружаясь в размышления… И тут же у меня в руках материализуется то самое кольцо…
— Великие! — Пищу, едва шевеля губами.
Отскакиваю на несколько шагов, со всей силы швыряя изделие на стол. Оно с грохотом ударяется, скользит между расставленными блюдами и, сделав несколько оборотов, останавливается.
Я вздрагиваю от каждого удара, зажмуривая и без того напуганные глаза. Дыхание сбивается, становится шумным, тяжёлым. Я задыхаюсь от нехватки кислорода, жадно хватая ртом воздух. Это уже слишком. Даже для меня, привыкшей, казалось бы, ко всему.
Прикрываю веки и считаю до пяти, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце и выровнять дыхание.
Беру себя в руки.
Мне ничего не остаётся, кроме как быть сильной. Я одна, и со всеми трудностями, так или иначе, мне всегда приходилось справляться самостоятельно. Собственно, как и сейчас.
Перехожу на магическое зрение и проверяю кольцо. Изучаю его дотошно, пытаясь докопаться до самой сути, но
