Пока Маргерит размышляла, Джастин свернул с шоссе и уверенно поехал по дороге, петлявшей через лесистые холмы. Где-то вдали мелькала густая морская синева, а вскоре они подъехали к белоснежной вилле, окруженной буйной вечнозеленой растительностью.
Через распахнутые ворота они въехали во двор и сразу увидели автомобиль Дорис и Хьюго. Из дома им навстречу выбежала Дорис.
— Наконец-то! — воскликнула она. — Где вы пропадали?
— Дорис, ты замечательно описала дорогу, так что я в любом случае не смог бы потеряться, — галантно заметил Джастин, выключая мотор.
Маргерит почувствовала, как ее пронзила неожиданная ревность.
— Дорогая, ты белая как мел! — обратилась к ней подруга. — Ты себя хорошо чувствуешь?
— Голова немного болит, — буркнула Маргерит. — Ничего, пройдет!
Господи, что со мной творится?! — ужаснулась она. Я сама себя не понимаю. Если Джастин заигрывает с Дорис, то я должна приветствовать шанс, который выпадает моей подруге: что ни говори, а Джастин во сто крат лучшая кандидатура в мужья, чем Хьюго. Но вместо радости я ощущаю себя жалкой и ничтожной — червяком, которого раздавило колесом телеги.
Джастин вышел из машины, открыл дверцу с ее стороны и нагнулся, чтобы помочь отстегнуть ремни безопасности. Пальцы его скользнули по ее груди, и Маргерит дернулась, как ужаленная. На мгновение на губах его мелькнула сардоническая усмешка… Она вгляделась в лицо своего спутника, в твердую линию его рта, и Маргерит показалось, что она видит другого Джастина. Может быть, теперь, разоблаченный ею, он перестал прятать свою сущность? Странно, но сущность эта получалась даже еще более привлекательной, чем прежняя маска…
— Пойдемте, я покажу вам вашу комнату, — сказала Дорис. — Папа отдал распоряжение прислуге приготовить все к нашему приезду. Тут вокруг живут одни англичане — банкиры, бизнесмены, знаменитости всякие… Папа купил эту виллу, когда вышел на пенсию. Вам здесь понравится!
И действительно, с каждой минутой Маргерит это место нравилось все больше и больше. Проходя через огромную гостиную, одна стена которой была стеклянной, она увидела овальный бассейн.
— Пляж здесь тоже есть, — прокомментировала Дорис, — но берег каменистый и крутой, поэтому по утрам вполне можно купаться в бассейне. А вот и твоя комната.
Она открыла дверь, и Маргерит вошла. Просторное помещение было отделано в персиковых тонах, из одного окна открывался вид на море и сосны, другое — во всю стену — выходило во внутренний дворик. Односпальные кровати, разделенные столиком из белого тростника, и пара кресел составляли всю меблировку комнаты.
— Ванная комната там, — продолжала Дорис, указывая на одну из двух дверей. — Вторая ведет в гардеробную. Извини, но кровати односпальные, — со смешком заметила она.
— В этом есть свои прелести, — подал голос Джастин. — Не зря ведь говорят, что с любимой рай и в шалаше!
Маргерит покраснела, не в силах сдержать собственное воображение. Одна фраза Джастина — а тело ее уже ныло в предвкушении ночи, которую они проведут вместе…
— Пойду распакую вещи, а заодно посмотрю, что нам приготовили на обед.
После ухода Дорис воцарилась тишина. Сквозняком захлопнуло дверь, и Маргерит от испуга подскочила.
— Признаться, я полагал, что на этот раз ты настоишь на том, чтобы нам выделили отдельные комнаты, — насмешливо заметил Джастин.
— Я не хотела вызывать у Хьюго подозрений…
— Очень разумно! — одобрил Джастин. — Хотя в качестве любовника этот тип тебе вполне подошел бы: он женат, а значит, ни при каких обстоятельствах не сможет претендовать на твои деньги.
— Не понимаю, почему ты злишься?
— Не понимаешь? Не прикидывайся, ты не так глупа и наивна, чтобы не понимать, что нанесла мне самое сильное оскорбление, которое женщина может нанести мужчине. И ты еще не понимаешь, почему я разозлился!
— А что еще я должна была подумать после того, как ты…
— После того, как я?..
Маргерит уже пожалела, что начала этот разговор. Кончиком языка она провела по пересохшим губам и закончила:
— После того, как ты пытался овладеть мною!
— Овладеть тобою? — Он недоверчиво посмотрел на нее. — Ты всерьез настаиваешь на этом определении?
Маргерит опустила голову и густо покраснела.
— Кстати, в тот раз мы не довели дело до конца. А поскольку ты думаешь, что я все это делал по расчету… Что ж, не люблю оставаться в долгу!
Через мгновение он уже обнимал Маргерит. Паника охватила ее — Джастин в эту секунду показался ей поразительно похожим на Грегори в ту страшную ночь.
— Нет! — закричала она и забилась в его руках.
— Нет? Ты не позволяешь мне заплатить по счету, который сама же и предъявила?
Он припал губами к пульсирующей жилке на ее шее, и внезапно страх Маргерит отступил прочь, уступив место блаженству.
— Джастин! — Она хотела выразить протест, но имя его прозвучало в устах Маргерит как мольба.
По всей видимости, Джастин именно так и понял ее возглас. Он жадно сдвинул с ее плеч платье, обнажая грудь. Соски у Маргерит напряглись от наслаждения, дыхание сбилось.
— Джастин! — Она попыталась оттолкнуть его, но пальцы, натолкнувшись на его мощную грудь, словно расплавились от прикосновения.
Губы Джастина впились в ее губы, вызвав в Маргерит бурю новых ощущений. И в тот самый момент, когда мир перестал существовать и остались только его руки и его губы, Джастин неожиданно отпустил ее.
Маргерит издала протестующий возглас и открыла глаза.
— Нет, дорогая, нет, — приговаривал Джастин, презрительно вглядываясь в ее искаженное страстью лицо. — Я плачу по своим счетам. Ты наняла меня как сопровождающего, а не как любовника — не забывай об этом!
Маргерит стало дурно: еще никто и никогда не унижал ее, а Джастин осознанно воспламенил ее, чтобы в последний момент отвергнуть и продемонстрировать свою власть над ней.
— А я и не хочу тебя! — гордо бросила она, хотя тело ее изнывало от страсти. — Я никогда в жизни не свяжусь с таким ничтожеством, как ты.
— Ну, это ты врешь! — рассмеялся Джастин. — Ты и понятия не имеешь о таких мужчинах, как я. Когда-нибудь ты расстанешься с призраками прошлого и признаешь, что ты живая женщина с реальными чувствами и страстями.
Он ушел прежде, чем Маргерит успела возразить, что никогда не испытывала к нему никаких чувств. Боже, как она его ненавидела, как проклинала себя за то, что клюнула на его приманку!
Почти на ощупь она прошла в ванную и открыла душ на полную мощность. Но сколько бы Маргерит ни мыла и ни терла себя губкой, она не могла отогнать память о прикосновениях Джастина, о его ласках, пробуждавших ее к той жизни, на которой она когда-то поставила крест.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
