Джулия улыбнулась.
— Должна признать, вы держитесь за рулем вполне уверенно, — сказала она, когда они выехали со станционного двора. — Это машина вашего отца?
— Мм… — Куинн наклонил голову. — Она древняя, конечно. — Он ухмыльнулся. — Как и он сам.
— Куинн! — Джулия пыталась произнести это неодобрительно, но получилось не совсем так. Трудно не поддаться его обаянию, и она с каждой минутой привязывалась к нему все больше.
— Во всяком случае, его идеи, — поправился Куинн. — Я имею в виду, мы приближаемся к концу двадцатого века, не так ли? Каждый может заниматься чем нравится, выбирать собственную карьеру.
Джулия облизнула губы.
— А вы не можете? — спросила она, стараясь, чтобы слова ее звучали вопросом.
— Нет, черт возьми! — вспылил он и тут же извинился:
— Простите. Но для меня это больной вопрос. Отец хочет, чтобы я занимался нудным правом в Кембридже, а я хочу изучать искусство в Лондоне.
— Понимаю.
— Понимаете? — Он повернул голову и с надеждой посмотрел на нее. — Да, вы, думаю, можете понять, не так ли? Моя мать говорила, что вы тоже учились искусству в Лондоне.
— Драматическому искусству, — поторопилась уточнить Джулия, понимая, что надо быть поосторожнее в словах, иначе Куинн может причислить ее к своим сторонникам в споре с родителями. Чтобы переменить тему, она взглянула в окно. — Напряженное движение, не так ли? Наверное, потому что пятница, как вы думаете?
— Может быть, — пожал плечами Куинн, соглашаясь сменить тему. — В общем-то, мы не часто ездим в город. Мать делает большинство покупок в Лондоне, а миссис Стаббс закупает остальное.
— А-а…
Джулия попыталась проявить в голосе хоть какой-то интерес к быту своего нового окружения. Впрочем, сама Изабель вряд ли особо интересуется ведением хозяйства. Для этого у нее штат прислуги.
Куинн опустил боковое стекло, и Джулия вдохнула запах моря. Расположенный в графстве Восточный Саффолк, Ипсуич является оживленным портовым городом, в его окрестностях следы поселений еще каменного века.
Конечно, Джулия знала все это не с пеленок. Она провела по крайней мере половину дороги за чтением путеводителя, который нашел ей секретарь. Улицы города все еще носят свидетельства римского владения Восточной Англией; кардинал Уолси родился здесь в 1475 году; эти факты прежде были ей неизвестны. Джулия никогда не была сильна в истории, но хорошо запоминала даты. Благодаря драматической школе, отметила она про себя. В конце концов, запоминание дат похоже на запоминание строк. Но хорошее школьное образование совершенно не ценилось миссис Харви. Ее интересовала только карьера дочери.
Эти мысли напомнили Джулии, что Изабель уповает на ее поддержку в отношении Куинна. Здесь не помогут рассуждения, действительно ли родители всегда лучше знают, что нужно их детям. Но этот случай особенный. Куинн — наследник лорда Мариотта.
— Мне кажется, ваш отец в чем-то прав, — выговорила она, когда городские предместья остались позади. — Я имею в виду, изучать право в Кембридже — не такое уж скучное занятие. И вы всегда можете получить позже второй диплом.
Куинн глубоко вздохнул.
— Я догадывался, что моя мать обрабатывает и вас тоже, — произнес он, тормозя у перехода. — Не беспокойтесь, мисс Харви, я поступлю как подобает. — Он усмехнулся. — Только не говорите о моих словах матери.
Джулия с любопытством разглядывала его. Возможно, страхи Изабель безосновательны? Похоже на то. Он производит впечатление человека, не пускающего слов на ветер.
Джулия ждала, пока переход не останется позади, чтобы сказать еще что-нибудь. Она вдруг заметила, что непроизвольно изучает его мышцы, вздувшиеся под потертыми джинсами, когда он тормозил. Мощные бедра для его возраста, отметила она. Затем, поймав себя на неуместном любопытстве, отвела взгляд.
О Господи! Она облизнула губы и быстро нашла другую мишень для глаз. О чем она думала, разглядывая его впечатляющие мужские достоинства, неужто оценивала его как любовника? Она не может им интересоваться. Ее вкус не настолько незрел.
Но факт остается фактом: она оценивала его — и с пристрастием.
Все дело в его росте, уверяла она себя. Эти сильные ноги и длинные загорелые кисти рук слишком обманчивы. Он всего только мальчик, хотя выглядит как взрослый. Возможно, она не первая женщина, которая обратила внимание на его привлекательность.
— Вы мне не верите?
Спокойный вопрос Куинна поверг Джулию в панику.
— Прошу про…
— Насчет поступления в Кембридж, — напомнил он, и она заподозрила, что он заметил ее смятение.
— Нет, напротив, — произнесла она, делая определенное усилие, чтобы стать союзницей Изабель. — Я знаю, ваша мать будет в восторге. — Она изобразила слегка снисходительную улыбку, чтобы укрепить свою позицию взрослого человека. — Не всегда легко убедить детей, как им лучше поступить. И часто молодые люди благодарят своих родителей за те самые вещи, за которые раньше ненавидели.
Куинн взглянул на нее, на его губах играла кривая улыбка. Неужели он догадывается, чем вызвана ее тирада? — забеспокоилась она. Ответ оказался еще затруднительней, чем она ожидала.
— У вас много детей, мисс Харви? — спросил Куинн, и Джулия вся напряглась. Вопрос звучал риторически, но она не захотела этим воспользоваться.
— Ни одного, — ответила она. — Но это не значит, что у меня совсем нет опыта. Я видела, что происходит из-за конфликтов взрослых с детьми.
— Итак, вы думаете, я все еще ребенок? — настаивал он, и она пожалела, что начала этот разговор.
— Думаю, мое мнение ничего не значит, — попыталась она уйти в сторону. — Какой чудесный день! Здесь намного приятней, чем в Лондоне.
К ее облегчению, он был готов поговорить о другом, и она обратила внимание на окрестности. Они уже выехали из города и свернули на проселочную дорогу, окруженную живой изгородью из цветущих кустов боярышника. У последнего перекрестка «бентли» съехал с дороги на Лауестофт и сейчас катил по ровному открытому полю. Она вдыхала соленый запах моря и слышала крики чаек, а также крачек и цапель, сделавших устье реки своим домом.
Сельский пейзаж был неописуемо красив, но Джулия не могла расслабиться. Несмотря на то что Лондон она покидала с радостью, сейчас она чувствовала раздражение. У нее нет причин для раздражения, нет поводов для беспокойства, уговаривала она себя, однако в глубине души подозревала, что ей не следовало приезжать.
Но почему? — спорила она с собой, уверенная, что не найдет удовлетворительного ответа. Уж не из-за того ли, что юнец заставил ее разнервничаться? Это было бы глупо. Это было бы просто нелепо. Поработав с таким количеством обаятельных мужчин, она просто не может испытывать неловкость из-за того, что поймала себя на увлеченном разглядывании семнадцатилетнего мальчика!
