Забравшись в самый дальний проход, где раньше находились яйца, я внимательно осмотрел его, посветив светляком во все подозрительные углы, чтобы избежать встречи с вылупившимся потомством монстра или другими неприятными тварями, а затем соорудил себе удобный гамак из паутины и всю ночь безмятежно продрых в нем, как в колыбели. Проснувшись, выбрался из своего отличного убежища и обнаружил, что день в самом разгаре. Наскоро перекусив остатками захваченных из города продуктов, я вышел на желтую дорогу и потопал к реке.
Но спустя четверть часа мне пришлось с нее сойти и дальше с максимальной осторожностью пробираться по кустам, поскольку движение на трассе было весьма оживленным. До моста мне повстречались четыре возвращавшиеся к цивилизации команды, а на месте переправы пришлось долго сидеть в камышах и ждать, пока пятая не скроется с глаз. Оказавшись на другом берегу, я перешел на бег и быстро покинул опасный участок пути, поскольку желание искупаться и половить рыбку испугалось дикого крика моей паранойи, распоясавшейся после случая с бандитами, и забилось в дальний уголок подсознания. До лучших времен, которые наступили часа за два до заката. Именно тогда я окончательно убедил себя в том, что вероятность случайной встречи с конкурентами приблизилась к допустимой отметке.
Расположившись у речки, я поплавал в свое удовольствие, тщательно вымыл шевелюру, а затем наловил карасей, используя в качестве приманки пробегавшую мимо ящерицу, и сварил изумительную уху. Наслаждался я ей долго, до самых сумерек, после чего помыл котелок, собрался и потопал к Мертвому городу. Само собой, он имел собственное название, которое даже упоминалось в мемуарах, только я не удосужился его запомнить и по привычке продолжал величать опустевший населенный пункт, как и раньше — Мертвым. Его я достиг, лишь когда на небе зажглись яркие звезды, а розовая луна из бледного едва видимого кругляшка превратилась в сочное яблоко, надкусанное с одной стороны.
В город я входил со всевозможной осторожностью, еще помня о том, что в это время на его улицы выходят опасные хищники. Крадучись и прислушиваясь к ночным звукам, я пробирался к знакомому дому, который занял с Муркой после нападения крида. Не буду скрывать, предстоящая встреча с пантерой меня очень беспокоила, поскольку я не мог утверждать наверняка, что большая кошка вспомнит человека, который когда-то давно играл с ее котятами. Более того, я знал, что память животных намного хуже, чем у людей, но все равно направлялся в логово Мурки.
Не знаю точно, почему я так хотел снова ее увидеть, что был готов поставить на кон свою жизнь. Может, меня привлекала загадочность этого странного создания, разумность которого я не мог ни подтвердить, ни опровергнуть. Может, сказывались воспоминания о приятных минутах, проведенных рядом с большой кошкой и ее котятами. А возможно, где-то на уровне подсознания я чувствовал, что черная пантера до сих пор оставалась для меня той, кого я мог назвать своим другом. Единственным другом в этом мире. Ведь, несмотря на то, что мне удалось осуществить свою мечту — найти цивилизацию, я так и не смог отыскать там людей, которым мог бы доверять. А одиночество, как выясняется на практике, не слишком приятная штука. И может быть, именно оно толкало меня на риск.
Достигнув знакомого здания, я достал из потайного кармана магический кинжал, постоял немного, прислушиваясь, и все-таки вошел. Светлячок я доставать не решился, но света звезд было достаточно, чтобы не натыкаться на мебель и не пропустить лестницу. Скрип ее рассохшихся ступенек показался мне оглушительным, однако когда я достиг второго этажа, то выяснил, что он пуст. Ни пантеры, ни котят не было, и только лежанка из тряпок да специфический запах напоминали о том, что еще недавно здесь жили кошки.
Печально вздохнув, я выбрал себе одну из комнат, снял с плеч рюкзак, плотно закрыл ставни и улегся на небольшом диванчике, поставив рядом обнаженную саблю. Да, запах пантеры еще долго будет отпугивать хищников от этого дома, но случаи, как известно, бывают разные… Интересно, а где сейчас Мурка с котятами? Хотелось верить, что с ними ничего страшного не произошло, и большая кошка просто решила сменить логово. Или дождавшись темноты, повела свое семейство на первую охоту. Кто знает…
Я еще долго лежал, таращась в темноту, строя догадки, прикидывая шансы случайной встречи пантеры с искателями, и внезапно осознал, что начинаю жалеть о своем недавнем решении уйти к людям. Ведь в итоге я потерял свою подругу, а что получил взамен? Кучу проблем, множество неприятных ситуаций, море разочарования и прочих не слишком приятных чувств. Причем дошло до того, что мне пришлось чуть ли не бежать в Проклятые земли, спасаясь от жителей города. Спрашивается, на кой черт это все мне было нужно?
Так и не найдя ответа на этот животрепещущий вопрос, я погрузился в сон. Очень странный сон, в котором ко мне пришла Мурка, отчего-то научившаяся говорить. Глядя на меня с укоризной, она спрашивала, чего мне удалось добиться у людей. Получилось ли найти свою стаю, занять достойное место в этом мире… А мне нечего было ей сказать, оставалось только краснеть от стыда и тяжело вздыхать. Когда же я хотел попросить прощения у большой кошки за свой глупый поступок, то обнаружил, что язык перестал мне повиноваться. После нескольких попыток у меня получилось выдавить лишь какое-то нечленораздельное мычание, от которого взгляд пантеры наполнился такой жалостью, что я даже проснулся. Ошарашенно помотал головой, избавляясь от остатков кошмара, перевернулся на другой бок и снова вырубился.
На этот раз удачно, без сновидений.
Глава 4. Охота
Пробуждение было не из приятных. Диванчик оказался с сюрпризом — жесткой деревяшкой, которая стала причиной онемения правой руки. Поднявшись, я некоторое время массировал ставшую чужой конечность, ругая себя за вчерашнюю невнимательность и морщась от сильной боли в возвращавшей чувствительность руке. Потом подхватил вещи и спустился на кухню, где быстро развел огонь с помощью амулета-зажигалки и принялся варить кашу. Пустую, так как не хотел тратить время на поиски дичи. А пока готовился завтрак, я с небывалым усердием занимался самокопанием, поскольку некоторые промелькнувшие вчера мысли, сейчас вызывали вполне обоснованные сомнения в сохранности моего рассудка.
Надо же, я на полном серьезе принялся жалеть о том, что ушел к людям! Это полный песец! Тоже мне, Маугли недоделанный! Хотя, помнится, у "человеческого детеныша" тоже был период рецидива, когда он с друзьями разнес деревню своих соплеменников и, гордый собой, вернулся в джунгли. Но ведь в итоге персонаж Киплинга все равно променял приемную родню на двуногих, а вчера у меня даже появилась мыслишка навсегда остаться на Проклятых землях. И что особенно настораживало, эта идея мне начала нравиться!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
