спокойствия.
За столом я просидела ещё полчаса — натянуто улыбалась, отвечала на вопросы, но ничего не слышала. Всё звучало как сквозь вату. Наконец, извинилась перед всеми и сказала, что уезжаю домой — сослалась на плохое самочувствие.
Никто не стал настаивать. Мама лишь сочувственно кивнула, Аня мягко улыбнулась, Игорь попытался предложить подвезти, но я отказалась.
Вышла на улицу — холодный воздух ударил в лицо. Достала телефон, вызвала такси. Руки дрожали, слёзы катились по щекам, но я не пыталась их остановить.
«Он никогда не простит мне этого. И я никогда не смогу забыть его слова», — думала я, глядя в тёмное небо.
Машина подъехала. Я села, назвала адрес и закрыла глаза.
Всё было кончено.
Глава 16
ЛЕНА
Сегодня суббота. Юля заехала ко мне домой — и с первого взгляда я поняла: от разговора не увернуться. В её глазах светилось неподдельное любопытство, а улыбка была слишком уж многозначительной.
— Ну, рассказывай, что у тебя с Игорем? — она приподняла бровь, скрестив руки на груди.
— Ничего, — выпалила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Но, судя по выражению её лица, получилось не очень.
— Ну, он тебе день через день шлёт букеты. Если бы между вами ничего не было и ты не давала ему шанса, вряд ли бы он слал тебе цветы, — в её тоне не было осуждения, только настойчивое желание докопаться до истины.
Я нервно поправила прядь волос, избегая её взгляда.
— Не знаю. Он постоянно зовёт меня на свидание. Но я не хочу. Мои родители и Аня, конечно, были бы только счастливы, если бы мы сошлись. Но…
— Но не ты? Да? Он тебе не интересен? — Юля наклонилась чуть вперёд, словно пытаясь уловить малейшую перемену в моём выражении лица.
— Нет, — выдохнула я, наконец посмотрев ей в глаза.
— Что с тобой последнюю неделю происходит? Ты сама не своя. Что ты скрываешь? Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной всем — я пойму и поддержу, — её голос смягчился, в нём зазвучала искренняя забота.
Я молчала. Внутри всё сжималось от противоречий. Рассказать ей про Артёма? О том, как он ворвался в мою жизнь, перевернул всё вверх дном, а потом растоптал мои чувства своими жестокими словами? Нет. Не хочу даже произносить его имя вслух.
— Ничего особенного… — пробормотала я.
— Не хочешь рассказывать, — вздохнула Юля, но без раздражения, скорее с лёгкой грустью.
— Я не хочу об этом говорить, — мой голос дрогнул, и я поспешно отвернулась к окну, будто там можно было найти спасение.
В этот момент зазвонил телефон — и я буквально схватила его, как спасательный круг. Сердце подскочило от облегчения: наконец-то пауза, передышка от этого допроса.
Я ответила на звонок. Звонила моя сестра.
— Привет.
— Привет. Как дела?
— Хорошо. Сидим с Юлей у меня.
— Понятно. А ко мне ты не хочешь в гости приехать?
— Эм… Надо? Да? — я запнулась, пытаясь скрыть замешательство.
— Просто… думала, может, ты по мне хоть немного скучаешь.
— Скучаю, конечно, — поспешила я ответить, чувствуя укол вины.
— Тогда приезжай сегодня. Олег на выходные уехал в командировку. И мне так одиноко без него.
Приехать к ней — значит увидеть Артёма. А я этого не хочу. Воспоминания о нашей последней встрече, о его ледяном взгляде и ядовитых словах всё ещё жгли изнутри.
— Может, ты ко мне приедешь? — попыталась я выкрутиться.
— Лучше ты ко мне. Поплаваем в бассейне, попаримся в сауне, выпьем вина. Давай? — её голос звучал так тепло, так приглашающе, что отказать было почти невозможно.
— Хорошо. Только я Юлю с собой возьму, — я бросила взгляд на подругу, которая внимательно следила за разговором.
— Да, конечно! — тут же откликнулась Аня.
Я положила трубку, чувствуя, как внутри нарастает тревожное волнение. Ладони стали влажными, а в груди поселилось неприятное ощущение, будто я шагаю в западню.
— Куда мы едем? К Ане? — Юля приподняла бровь, в её голосе звучало игривое любопытство.
— Да, — я ответила коротко, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Внутри всё сжалось от нехорошего предчувствия.
— О! Наконец-то познакомлюсь с твоим племянником, который затуманил твой разум, — Юля улыбнулась, и в этой улыбке было столько понимающего лукавства, что мне стало не по себе.
— Что? О чём ты? — я попыталась изобразить недоумение, но получилось неубедительно. Щеки предательски запылали.
— Да ладно тебе. Думаешь, я не заметила, как ты изменилась после ночёвок в том доме? — она наклонилась ближе, понизив голос. — Я не буду спрашивать, что там произошло — захочешь, сама расскажешь. Но не отрицай, что это из-за него.
Мне хотелось закричать: «Да, из-за него! Из-за его слов, из-за его взгляда, из-за того, что он до сих пор не выходит у меня из головы!» Но вместо этого я выпалила:
— Он плохой человек. Гадкий тип. Я его обидела. А он потом наговорил таких гадостей, которые я никогда не смогу ему простить. Вот и всё. И между нами, ничего не было, если ты на это намекаешь. И быть не может!
Слова прозвучали резко, почти злобно — так, будто я пыталась убедить не Юлю, а саму себя.
— Ясно, — Юля вздохнула, но в её взгляде читалось: «Я всё понимаю, просто не хочешь признаваться». — Давай тогда собирайся, поедем.
Мы выехали. С каждым километром, приближавшим нас к дому Ани, сердце билось всё чаще. Ладони стали влажными, в горле пересохло. Я теребила край юбки, снова и снова прокручивая в голове возможные сценарии встречи с Артёмом. Что скажу? Как посмотрю в глаза? Что, если он опять скажет что-то ранящее?
«Надо взять себя в руки. Срочно!» — мысленно приказала я, но руки всё равно слегка дрожали.
Аня открыла дверь — сияющая, с тёплой улыбкой, от которой обычно становилось легче на душе. Но сегодня даже её приветливость не могла заглушить тревогу, стягивающую грудь тугим узлом.
— Привет, сестрица! Я рада тебя видеть. Привет, Юля, — она обняла нас обеих, её объятия были крепкими, искренними. — Переодевайтесь и пойдём в бассейн, потом попаримся.
Мы прошли в дом. Я старалась не смотреть по сторонам, но взгляд невольно скользил по коридорам, дверям, аркам — искала его. И не находила.
«Артёма нигде видно не было. Фух. Это радует. Надеюсь, его нет дома. И мы не встретимся», — мысленно повторяла я, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Но где-то в глубине души понимала: если он здесь, встреча неизбежна. И чем дольше я буду прятаться от этой мысли, тем больнее окажется удар.
Мы лежали на шезлонгах возле бассейна, лениво потягивая
