забирать жизни у смертных. Но, когда он прискакал на новое место встречи, среди смертных воинов оказалось всего несколько демонов, а Арн-Нефа и демон ранелди, остававшийся вместе с ней, так и не появились.
Таасей обладала самым высоким званием, и под ее началом они поехали по равнинам в главный лагерь.
Когда они прибыли туда, клановые шатры сареди уже горели.
Глава 4
Оставив Санью с Зиде, Каи спустился с платформы, чтобы вернуться к киту, дрейфовавшему у волнолома. Он подозревал, что киту его план понравится гораздо больше, чем ему самому.
Порывы несущего дым ветра усилились, и теперь волны и пена с шумом набегали на скалы. Раковина раскачивалась под ногами Каи, когда он прыгнул на нее, но движение постепенно успокоилось после того, как он снова вошел в контакт с разумом кита.
– Я хочу изменить наш договор, – сказал Каи. – Мне нужно, чтобы ты доставил меня в одно место, не слишком далеко: только до пролива по другую сторону острова. И тогда мы расстанемся. Но сначала я сниму раковину.
Обострившийся интерес кита быстро уничтожил мрак в его сознании, оставив разум чистым и прозрачным. Каи сосредоточился на том, чтобы донести свой план в доступных ему образах.
Как только кит согласился, Каи снял юбку, оставшись в штанах и длинной тунике толкователя, сложил ее и бросил на волнолом. Он не знал, сможет ли забрать ее позднее, но ему нравилось иметь выбор. Затем он перекинул ноги через край платформы и осторожно встал на скользкую шкуру кита.
Она была гладкой и прохладной и слегка прогибалась под его тяжестью. Каи нервно выдохнул. Доверие давалось ему с трудом, и это чувство росло всякий раз, когда его предполагаемый союзник убивал его и помещал в подводный склеп. Смешно рассчитать, что плененный и обиженный кит ему доверится. Однако в его сознании отсутствовало чувство мести, а надежда стать свободным должна была купить Каи достаточно благодарности и заставить кита выполнить свою часть договора.
Каи присел на корточки, чтобы положить руки на изогнутую ребристую поверхность раковины, погрузившись в паутину заклинаний, которая удерживала ее на месте. Раковина соединялась с цепью упряжи, опутывавшей тело кита, но удерживала ее интенция толкователя. Расчленение структуры оказалось безболезненным; Каи находил и взламывал нити силы, пока под раковиной что-то не треснуло.
Он переместился поближе к дыхательному отверстию кита и дважды топнул ногой, подавая заранее оговоренный сигнал.
Тело кита закачалось на воде, и плавники направили его в сторону от волнолома. Каи наклонился, чтобы сохранить равновесие, крепко обнимая руками прохладную кожу. Небо становилось темнее, ему следовало спешить.
Раковина пришла в движение, а потом стала смещаться в сторону. Перламутр под ней был вязким, там гнездились морские паразиты. Темно-голубую шкуру кита покрывали шрамы, синяки и открытые раны. Упряжь под раковиной образовывала сеть, состоявшую из серии узлов и укрепленную цепями. Каи не совсем понимал, как она устроена, но с огромным облегчением увидел, что она поможет осуществить его цель.
Он осторожно переместился ближе к упряжи, опасаясь, что раковина начнет сползать в его сторону. Он понимал, что они должны поскорее уплыть отсюда; легкий туман стелился над водой – демоны воздуха Зиде направили дым к поверхности моря.
Кит сделал полуоборот, раковина с громким плеском рухнула в море, и Каи с трудом удалось удержаться на спине кита, когда на него хлынула вода, но он успел вытянуться вперед и ухватиться за упряжь. Животное легко могло его сбросить, повернуться или нырнуть на глубину, но кит не стал так поступать. Он подождал, когда Каи займет удобное место лицом вперед и найдет упоры для рук и для ног в старых выступах сети. Каи подал сигнал, что готов, легонько похлопав по шкуре животного.
«А теперь мне предстоит самая ужасная часть», – подумал он.
Прошло уже много времени с тех пор, как он, молодой демон, впервые оказался в смертном теле – тогда вода и интенции толкователя могли легко сделать его беспомощным. Море и сейчас сдерживало его силу, а присутствие воды делало невозможными ведьминские заклинания. Впрочем, у него все равно не хватило бы времени, чтобы творить черную магию, если бы он начал тонуть. Его план был весьма сомнительным для существа из подземного царства или Ведьмы.
С другой стороны, прежде подобные вещи никогда его не останавливали. Он прижался к киту и закрыл глаза.
Каи почувствовал, как кит наклоняется, и сжал руки, когда в него ударила холодная соленая вода. Сфера ужаса образовалась у него в горле, и ему невыносимо хотелось закричать. Он подавил крик, думая о Зиде и Санье, оставшихся на острове. Если у него ничего не получится, они окажутся в ловушке или их снова пленят. Упряжь врезалась в руки и ноги. Он мог некоторое время не дышать, чтобы добраться до корабля, но вода просачивалась в горло и легкие, несмотря на сжатые челюсти. Он подумал, что ощущал бы себя намного хуже, если бы кит захотел от него избавиться.
Нырок кита заканчивался, давление воды стало слабеть. Каи приготовился к худшему и открыл глаза.
Вода оказалась чище, чем он предполагал. Кит все еще оставался близко к поверхности и двигался медленно. Каи ничего не мог толком разглядеть, за исключением испуганной рыбы и скал, пока кит удалялся от тени волнолома, но все вокруг было таким странным, что Каи едва не забыл о своем ужасе.
Амальгама толкователя все еще находилась где-то рядом. Идеальный выбор противника для демона; поскольку его жизнь являлась исключительно деянием толкователя, Каи не мог ее осушить. Но должен был следовать именно за ним, не обращая внимания на присутствие Зиде на острове. И назначение состояло в том, чтобы узнать его положение, а не остановить.
Из темной воды появилось длинное смертоносное существо и устремилось к нему.
«Сможет ли оно мне помешать, – с грустью подумал он, убрал одну руки от сети, чтобы вытащить нож Тэрроу. Движение кита едва не отбросило Каи в сторону, и он прижался к телу животного. – Пусть хотя бы что-то пройдет легко».
Амальгама устремилась вниз, острые плавники рассекали воду так близко от Каи, что он смог разглядеть череп диковинной формы, помесь человеческого и похожей на луковицу головы кальмара. Многочисленные глаза следили за китом, щупальца вытянулись вперед, а отвратительные человеческие руки потянулись к нему. Каи увернулся и ударил ножом в ближайшую руку, но вода замедляла каждое его движение. Он понял, что должен сохранять дистанцию. Если кит получит серьезные ранения, то может сбросить Каи, ударив о ближайшую скалу.
Пока он пытался придумать какой-то умный ход, амальгама снова стала приближаться. Затем весь мир вокруг пришел в движение.
Каи уронил нож, чтобы держаться за упряжь, он чувствовал себя беспомощным, закружилась голова,
