и бросила на Рамада разочарованный взгляд, словно ему не следовало отвечать на вопросы и он во всем виноват. Однако Рамад решил, что Каи просто торгуется, а не угрожает.
– На борту только два человека, которые являются сторонниками Аклайнса. Я укажу тебе на них, а она может подтвердить. Все остальные на палубе – пленники, люди командира когорты Ашем. Отпусти их, и я тебе помогу.
Рамад сделал любопытное допущение.
– Что ты мне поможешь сделать? – Каи отметил, что Ашем стиснула челюсти.
– То, что ты предоставил делать Бенаис-арайку, – сухо ответил Рамад. Если даже он считал про себя, что имеет дело с опасным животным, то обладал достаточным дипломатическим тактом, чтобы это скрыть. – Твое отсутствие в течение прошлого года перед обновлением Империи Зарождающегося мира заметили. Я полагаю, что Король Ведьм не исчезает без серьезной на то причины.
Ашем казалась слишком нетерпеливой для осторожных слов Рамада.
– Аклайнс пленил моих людей и когорту солдат из сторожевой заставы в Скарифе, чтобы контролировать корабль. Возможно, пленники умирают. Если ты сохраняешь верность Башату, отпусти нас, и мои люди им помогут.
Башату… Каи хранил бесконечную верность семье Башата и хотел – о, как он этого хотел! – думать, что Башат ее заслуживает.
Дым в воздухе начал редеть, и по палубе промчался ветерок. Зиде осторожно, медленно отпускала демонов воздуха, прекращая контролировать атмосферу пролива. Очень скоро она появится сама и захочет получить ответы. Из того, что Аклайнс планировал убить Ашем и Рамада, чтобы получить энергию для своих интенций, или выбросить их за борт, потому что они его раздражали, еще не следовало, что поначалу они не выступали заодно. Толкователи постоянно предавали друг друга.
– Зачем мне кого-то отпускать? Может быть, я хочу осушить их жизни и полакомиться костным мозгом.
Рамад поджал губы, с трудом сдерживая гнев:
– Конечно, ты их отпустишь. Ты не толкователь. Ты являешься союзником Зарождающегося мира дольше, чем мы все живем на свете.
Если бы Каи мог быть уверен в том, что это все еще правда. Он отвернулся и уселся на один из диванов, которые предназначались для Благословенных Бессмертных, наблюдавших за кораблем.
– Чем ты занимался, когда Аклайнс тебя поймал, Рамад?
Рамад закашлялся из-за дыма и потер глаза.
– Я путешествовал и остановился переночевать на сторожевом посту когорты.
Ашем отвела в сторону скептический взгляд. Она не думала, что он оказался там случайно. Каи разделял ее мнение.
– И почему ты находился в Скарифе? – спросил Каи.
– Я охотно отвечу на твои вопросы, если ты ответишь на мои. – Каи холодно посмотрел на него, и Рамад добавил: – Я не хотел тебя оскорбить. Я историк. Ты знаешь Великого Башасу. У меня много вопросов.
На лице Ашем появилась такая гримаса отвращения, что Каи сказал:
– Ну, так задай хотя бы один.
Рамад не стал колебаться:
– Прошел слух, что ты стал бессмертным слугой Иерархов и Башаса удалил тебя из Летних залов. Это правда?
У Каи возникло ощущение, что это не обман, и чем бы ни объяснялось присутствие здесь Рамада, он действительно решил воспользоваться представившейся возможностью получить информацию.
– У Иерархов есть бессмертные слуги. Я встречал некоторых. Но я не являюсь одним из них.
Ашем смотрела на мачту так, словно призывала ее стать свидетелем ее боли.
– Почему мы должны заниматься этим сейчас? – спросила она.
Рамад не обратил на ее слова внимания.
– А что было…
Каи остановил его:
– Ты ведь не хочешь стать моим должником, Рамад, даже если долг будет состоять всего лишь в правдивом ответе?
Рамад выглядел слегка разочарованным, но потом спокойно посмотрел на Каи.
– Я искал Аклайнса, – сказал он.
Ашем резко к нему повернулась.
– В самом деле? – мрачно спросила она.
– Ты напрасно думала, что разговор окажется скучным, командир когорты, – пришлось сказать Каи.
Ашем поджала губы.
– Я не знал, что он намерен атаковать твой сторожевой пост, – сказал Ашем Рамад, – в противном случае я бы тебя предупредил. До меня дошли слухи о толкователе, который направлялся в Скариф. Я собирался их проверить. Очевидно, я опоздал.
Дым стал не таким густым, и теперь Каи видел нижнюю часть палубы, где какие-то фигуры оказались в плену сети черной магии. Люди Ашем, все они, не отрываясь наблюдали за драмой, которая разворачивалась на верхней палубе, среди них находились двое уцелевших сторонника Аклайнса, по словам Рамада.
Фамильяр проверила тела и забрала защитный амулет у ученика, который лежал лицом вниз, плененный черной магией.
Она пнула его ногой и сказала Каи на языке жестов:
– Этот также мертв.
Она вопросительно посмотрела на амулет.
– Выброси за борт, – приказал ей Каи. Потом вздохнул: – Они были жестоки к тебе? – Он кивнул в сторону Рамада и Ашем: – Или кто-то из их людей?
– Нет, – ответила она. – У меня сложилось впечатление, что они не знали, кто я такая. – Она швырнула амулет за борт. – Однако, думаю, командир когорты подозревала, что я не обычная смертная слуга.
– Ты согласна путешествовать вместе с нами? Увы, я не могу обещать безопасность. – Каи с грустью указал на раздвигающийся шест: – Мы сохраним оружие.
Подняв и сложив его, девушка перебросила шест Каи и вздохнула:
– Я знаю, кто ты такой: демон, которого смертные называют Королем Ведьм. Ты обещаешь мне отмщение?
Каи трижды ударил себя в грудь в области сердца – на языке Ведьм сареди жест означал: клянусь.
– Меня зовут сестра Тенес. – Она улыбнулась, опять вздохнула и отошла к каюте на корме.
Рамад, нахмурившись, посмотрел ей вслед.
– Она может слышать, но не в состоянии говорить? – спросил он.
И он еще называл себя историком! Язык Ведьм появился вместе с Ведьмами, а после начала войны Иерархов стал еще более важным. А теперь ему перестали учить. Большинству смертных он не требовался, но арайки двора наследников принца, в особенности Бенаис-арайк, должны были его помнить. Странно, но Каи ощущал боль из-за того, что его забыли, хотя совершенно напрасно позволил себе испытывать подобные чувства.
– Толкователи среди прочего забирают речь у своих фамильяров, чтобы те не могли раскрыть их тайны. Эта практика восходит к Иерархам.
Командир когорты Ашем нахмурилась.
– Но в этом нет смысла. Она же говорит при помощи жестов.
Ашем была слишком наивна для их мира, если думала, что люди бывают жестокими только тогда, когда в этом есть какой-то смысл.
– Толкователи Иерархов иногда отрубали им руки. – Каи почесал голову кончиком сложенного шеста. Соль высыхала у него в волосах, отчего начала зудеть кожа. – Где сейчас Тарен Старгард, которую называют Падшая?
Подозрения Ашем заметно усилились.
– Почему ты спрашиваешь? – поинтересовалась она. – Она должна находиться в Бенаис-арайке, чтобы вместе с другими Благословенными Бессмертными принимать участие в возрождении Империи. Если ее там нет, чтобы одобрить происходящее от их имени, ее отсутствие может привести к катастрофическим последствиям. И тебе наверняка это известно не хуже, чем нам.
Каи проигнорировал ее слова, он наблюдал, как в уголках глаз Рамада появились новые морщины. Однако тот честно встретил взгляд Каи.
– Значит, она
