– Откуда такой интерес, Рафаэль? Если мне не изменяет память, ты помолвлен.
– Я спросил из любопытства, – попытался оправдаться тот.
– Ты мог бы сначала поинтересоваться, не замужем ли Мелани, а уж потом строить гипотезы.
Когда он пришел ей на помощь, Мелани была ему чрезвычайно признательна, но, услышав, что он сказал, она с недоумением посмотрела на него. Да он ревнует! Вот так новость! Его тоже задело, что она мило беседует с Рафаэлем.
– Нет, я не замужем, не смотрите на меня так, – сказала она и улыбнулась соседу. Теперь она уделит ему немного больше внимания. Не ей одной терзаться ревностью. Это будет справедливо. Но и заходить слишком далеко тоже не стоит. – Александр просто пошутил.
После ужина все перешли в гостиную пить кофе. Александр включил музыку. Комната сразу же наполнилась прекрасными мелодиями Шопена. Мелани заметила, что Дора недовольно поморщилась, но возражать не стала.
Мелани с нетерпением поглядывала на часы. Двенадцатый час. Она перехватила взгляд Александра. Он думал о том же, что и она.
Больше она ждать не могла. Находиться в комнате, натянуто улыбаться и делать вид, что у нее все хорошо, было выше ее сил. Она встала и пожелала всем спокойной ночи.
– Вы так рано нас покидаете? – спросил Рафаэль и тоже встал.
– У меня выдался трудный день. Извините, но мне хочется лечь пораньше.
Александр бросил на Рафаэля уничтожающий взгляд, что ее немало позабавило.
Кристина решила последовать ее примеру, и они вместе поднялись на второй этаж, оставив Александра одного с гостями. Спальня Кристины находилась в конце коридора в противоположной стороне. И Мелани проводила ее до самой двери.
– У вас блестят глазки, милочка, – удовлетворенно сказала она. – Дела, значит, продвигаются.
Мелани улыбнулась. Ей ничего не удается скрыть.
– Продвигаются.
– Но не стоит торопить события, всему свое время. – Кристина остановилась и лукаво на нее посмотрела. – Вам только на пользу, что к нам приехали Дибсоны. Я заметила, какие взгляды бросал мой внук на Рафаэля. Давненько я так не веселилась. Мне показалось, что он не удержится и силой оторвет вас от него.
– Вы преувеличиваете. Александр был занят Дорой.
Кристина отмахнулась.
– Эта прилипала всегда так себя ведет, но она не может его интересовать. Ему не нужен второсортный продукт.
Не удержавшись, Мелани засмеялась. Назвать Дору второсортным продуктом могла только Кристина. Но ей понравилось.
– Вам она не нравится, Кристина. Но чем она заслужила вашу неприязнь? – поинтересовалась Мелани.
– А, это давняя история, не хочется ворошить старое. Спокойной ночи, милочка. И всего вам хорошего.
От изумления Мелани приоткрыла рот. Неужели бабушка Александра обо всем догадалась?
Не может быть!
Пока она шла до своей комнаты, то думала о Кристине. Ей было интересно узнать о ней побольше. Мелани всегда нравилось узнавать новое о людях невозможно, отчасти поэтому она пошла работать к Дамиану Честерну.
Но стоило ей оказаться в спальне, как все мысли о Кристине исчезли. Сегодня она здесь будет спать не одна.
7
Волна желания затопила ее. Ей стало душно в платье, и Мелани поспешила от него избавиться. Она скинула его, и оно так и осталось лежать бесформенной грудой на полу.
Она подошла к зеркалу. Никогда еще она не видела себя такой, неудивительно, что у Кристины возникли подозрения. К тому же она сама подлила масла в огонь своим небрежным замечанием о купании.
Глаза ее были затуманены, щеки пылали, а губы то и дело подрагивали, прося о поцелуях. Соски напряглись и превратились в тугие бутоны, их было видно сквозь прозрачную ткань бюстгальтера. Теперь и он доставлял ей неудобство. Было невыносимо терпеть прикосновение ткани.
Мелани дрожащими руками расстегнула его и резко сняла. Потом прерывисто вздохнула и увидела, как колыхнулись ее груди. Она осторожно до них дотронулась, но тут же отдернула руку. Им требовались не ее прикосновения. Они жаждали Александра.
Ей с трудом верилось, что подобное происходит с ней. Казалось, она превратилась в другую женщину. В ту, которая любит мужчин, не мыслит своего существования без них и ждет от них трепетных ласк.
Сняв с себя сережки и положив их на столик, Мелани встала под душ. Она по-новому ощущала биение водяных струй по коже, заново узнавала свое тело. Взяв мыло, Мелани начала расширяющимися кругами водить им по животу и ребрам. Мыло коснулось грудей, и она тихонько застонала, когда оно скользнуло по соскам. Ощущение было острым, и она выпустила мыло, подставив тело горячим струям.
После душа она быстрыми движениями расчесала волосы и сначала решила остаться обнаженной до прихода Александра, но потом все же надела сорочку. Сорочка была черного цвета с глубоким вырезом и доходила ей до середины бедер.
Она откинула одеяло и легла на постель. Прохладная простыня приятно холодила кожу. Пролежав пару минут, Мелани вскочила на ноги. Она не могла просто лежать и дожидаться Александра.
Подойдя к окну, она отодвинула штору и невидящим взглядом уставилась на поблескивающую в лунном свете воду бассейна.
Сколько времени ей предстоит ждать? Ожидание сводило ее с ума. Ей был нужен Александр. И вот, когда Мелани уже приготовилась к долгому, томительному ожиданию, она услышала шаги. Твердый, решительный шаг. На одно мгновение они замерли, но дверь тут же отворилась и в проеме возник мужской силуэт, освещенный светом, который никогда не выключали в коридоре.
Мелани стала маленькими глотками хватать воздух, вцепившись пальцами в подоконник. Она затрепетала. Александр закрыл за собой дверь и прямиком направился к ней. В темноте жарким пламенем горели его глаза.
Она ждала от него слов, но их не последовало. Не встретив сопротивления, Александр одним движением сорвал сорочку, оставив Мелани обнаженной, и провел по ее трепещущему телу рукой, как бы удостоверяясь, что перед ним стоит именно она и что это не мираж. Мелани неуверенно подняла руку и дрожащими пальцами стала расстегивать его рубашку. Александр не помогал, он замер, предоставив работу ей.
Как только она прикоснулась к курчавым волосам, покрывавшим его грудь и убегавшим темной узкой полоской вниз, он шумно втянул в себя воздух, но руки остались на прежнем месте – вытянутыми вдоль могучего туловища. Сейчас, без туфелек, Мелани казалась еще ниже, она не доставала ему даже до плеча.
Ей пришлось приблизиться к нему вплотную, чтобы окончательно снять рубашку. От прикосновения двух разгоряченных тел, она вздрогнула.
У Александра вырвался стон. Уверенным движением он подхватил ее на руки и быстрыми шагами направился к кровати. С невероятной нежностью, словно она была сделана из тончайшего фарфора, он положил ее на постель и залюбовался открывшейся перед ним картиной. Мелани жалобно пискнула. Несправедливо было оставлять ее одну даже на столь короткий срок.
Послышался шорох одежды, и вскоре обнаженный Александр встал коленями на кровать. Он наклонился над Мелани, твердой рукой приподнял ее за талию и усадил. Сам он устроился между ее раздвинутыми согнутыми коленями.
Их тела не соприкасались. Мелани смотрела на него широко распахнутыми глазами, в которых застыл вопрос. Александр дотронулся до ее губ и медленно обвел их по контору, потом его рука стала спускаться ниже, пока не коснулась ее груди. Здесь она приостановилась и легонько ущипнула сосок. Мелани тихо вскрикнула, но тут же ахнула, так как Александр склонил свою голову и осторожно подул на сосок, а потом прикоснулся к нему языком, лаская, дразня и теребя. Она откинула голову назад и от наслаждения выгнулась дугой. Он втянул весь темный кружок, и ее тело пронзило тысячами маленьких иголочек. Она судорожно ухватилась одной рукой за его плечо, впиваясь в него ногтями, а второй уперлась в матрас, чтобы удержаться в том же положении.
Мелани не пыталась подавить стоны или быть сдержанной. Не существовало никакого завтра. Было только здесь и сейчас, с губами Александра на ее груди. Она не знала, что ждет ее этой ночью. Знала только, что хочет того же, чего хочет он. Она принадлежала ему полностью и безраздельно, выполняя его волю.
