Когда он вдоволь помучил и вторую грудь, то, положив ее на спину, отправился в путешествие по ее телу. Он целовал, нежно ласкал, покусывал. Ни один кусочек, ни одна клеточка ее тела не осталась неприласканной.
Она, казалось, тонула в океане нахлынувших на нее чувств. Действуя интуитивно, она сначала дотронулась до широких загорелых плеч, провела неуверенными руками по позвоночнику и наконец добралась до упругих ягодиц. Повинуясь желанию, она осторожно начала их поглаживать, постепенно все увереннее переходя к легкому эротическому массажу. Она осмелела, и одна ее рука поползла к мускулистому животу, но тут же была отброшена назад.
Александр перевернул ее на живот и принялся исследовать ее тело сзади. Он откинул ее волосы и, припав к мочке уха, принялся ее покусывать и теребить. По телу Мелани пробежала судорога, и она сильнее вцепилась в подушку, с замиранием сердца ожидая продолжения. Даже в самых сокровенных фантазиях она не могла и подумать, что секс может доставлять столько удовольствия.
Мужская рука повелительно раздвинула ее ноги и скользнула в расщелину. Мелани дернулась, но сразу же остановилась и подалась назад, вверяя себя Александру…
С ней стали происходить странные вещи – впившись зубами в подушку, она начала делать бедрами кругообразные движения. Ее тело требовало продолжения, рук и губ Александра ей было уже мало. Она жаждала большего.
Точно угадав ее мысли, он перевернул ее на спину и, взяв одну из подушек, подложил ей под ягодицы, приподнимая тем самым бедра. Его губы прикоснулись к ее губам, но это было легкое-прикосновение бабочки. Мелани жадно потянулась к ним, но наткнулась на твердую как стена грудь. Тогда она припала к его соску, повторяя все то же, что он проделывал с ней.
Неожиданно давление пальца в ее горячем лоне исчезло, и она почувствовала некую пустоту, но тут же задохнулась, когда поняла, что и там он такой же большой, как и везде. Рот и руки он заменил своим телом…
В горле ее застыл рвущейся наружу крик, глаза еще плотнее зажмурились под напором его желания, ищущего вход в ее девическое тело. Когда он достиг, казалось, невозможного, скользнув глубоко внутрь, глаза у нее широко распахнулись. Она была наполнена вся, их тела идеально подошли друг другу.
Но вдруг откуда-то издалека в подсознании у нее всплыла другая ночь и другое тело. Ей стало страшно, и она дрогнувшим голосом прошептала имя Александра. Он все понял и замер без движения. Все еще продолжая стоять на коленях между ее раскинутых ног, он потянулся к ней и слился с ее губами, ласково и успокаивающе, давая понять, что это именно он и что он никогда не причинит ей боль. Она ухватилась за него как тонущий человек и хотела прижаться к нему, но не смогла. Он осторожно начал двигаться.
Его голова откинулась назад с низким гортанным стоном, лунный свет скользнул по лицу, осветив, искаженные сладостной мукой черты. Создавалось впечатление, что он испытывает боль, толчками продвигаясь в глубь ее тела и крепко прижимая ее к себе, словно жаждал, чтобы ее плоть полностью поглотила его. Страхи Мелани не оправдались. Боль была мимолетной, на смену ей пришло ни с чем не сравнимое наслаждение. Ее несло в штормовое море, она то падала, то снова вздымалась на гребне волны, с каждым разом все выше и выше. Ее тихие сладостные всхлипы переросли едва ли не в мучительные стоны, бедра извивались, раскрытый рот втягивал воздух, и наслаждение стало столь острым, что напоминало боль. Она все время, точно молитву, повторяла его имя, с каждым толчком все громче и громче. В конце концов из ее горла начали вырываться неразборчивые звуки, смешивающиеся со стонами. Наконец она закричала, но этот крик и отдаленно не напоминал крик боли. Ее охватило ощущение столь восхитительное и пронзительное, что она не заметила, как зубами впилась в его плечо. Ее накрыли пульсирующие, волны наслаждения. Одновременно с ней застонал и Александр.
Он оставался там, где и был, пока его тело не закончило содрогаться в ней, пока она не перестала вздрагивать и не затихла, обмякшая и обессиленная. Тогда он вышел из нее и рухнул рядом на кровать.
Постепенно ее дыхание снова обрело глубину, и, повернув голову, она посмотрела на мужчину, присутствие которого она ощущала каждой клеточкой своего тела.
Его грудь яростно поднималась и опускалась, глаза, обрамленные длинными ресницами, были прикрыты. Ее взгляд скользнул по его широкой груди, узким бедрам и мускулистым ногам. Она вспомнила, как рассматривала его днем. Но тогда он казался ей далеким, чужим и холодным. Сейчас же он принадлежал ей, как и она ему. Безвозвратно.
Ее взгляд задержался на его естестве, которое должно было бы спокойно покоиться на курчавых волосах, но в лунном свете, заливавшем комнату, было отчетливо видно, что его желание до конца не израсходовано.
Она судорожно сглотнула подступивший к горлу ком. Будет второй акт? От этой мысли по телу пробежали мурашки. Сможет ли она вновь испытать наслаждение от путешествия в запредельные дали?
Подняв голову, Мелани натолкнулась на пристальный взгляд голубых глаз. Она ахнула, когда его тяжелая ладонь легла на ее слегка округлый живот. Он лег на бок, подперев голову рукой. Его пальцы начали делать кругообразные движения вокруг ее пупка, заставив ее мышцы то и дело сокращаться. Мелани облизнула пересохшие губы. Его взгляд метнулся к ним, но он продолжал спокойно лежать. Лишь его рука отправилась выше и остановилась, когда добралась до правой груди, которая полностью ее заполнила.
– Я и не знал… – гортанно произнес Александр, а потом властно потянул ее на себя, и она почувствовала, что тонет в его глазах…
Постепенно Мелани возвращалась к действительности. Щекой она почувствовала, что грудь у Александра мокрая, на лбу тоже поблескивали капельки пота.
– Ну как ты? – заботливо спросил он и откинул с ее лица длинную прядь волос.
Она немного отстранилась от него, чтобы иметь возможность видеть его лицо. Рядом с кроватью как раз находилось большое окно, и они хорошо были видны друг другу.
– Ты сошел с ума, – тихо ответила Мелани, не доверяя своему голосу.
Александр фыркнул.
– Тебе понравилось, – твердо сказал он. Мелани не могла с ним не согласиться. Она запустила руку в его жесткие волосы на груди и нерешительно начала их теребить.
– Я ужасно боялась, что ничего не почувствую, – призналась она. – Когда ты меня целуешь и я возбуждаюсь – это одно, но заниматься любовью – другое дело…
Хрипло рассмеявшись, Александр дотронулся тыльной стороной ладони до ее щеки.
– Мы идеально подходим друг другу, – сказал он. – Такое в жизни встречается нечасто, поверь мне. Очень сложно найти партнера, который отвечал бы всем твоим требованиям и не уступал ни в чем в постели.
Она промолчала. Ей хотелось услышать слова любви, но глупо было на это надеяться. Ни о чем подобном они не договаривались. Отношения без всяких обязательств – вот чего он от нее хотел.
– Мне хочется верить, что теперь я от своих страхов избавилась навсегда.
Неожиданно Александр напрягся и выругался. Она удивленно посмотрела на него и зашевелилась. Он тут же разжал руки, отпуская ее. Но она не хотела избавляться от желанного плена его рук! Он снова превратился в холодного незнакомца.
– Да, конечно же… – скорее для себя, чем для нее, коротко произнес он. Но вдруг схватил ее за плечи, пристально посмотрел в глаза и жестко добавил: – Но запомни: я выполнил часть нашего договора, теперь пришла твоя очередь.
На ее лице появилось выражение недоумения, брови поползли вверх, серые глаза распахнулись.
– О чем ты? Я не понимаю тебя, Александр.
Он приблизил к ней лицо и прорычал, обдав горячим дыханием:
– Ты думаешь, мне этого достаточно? Нет, я по-прежнему хочу тебя. Я не пресытился тобой! Ты будешь моей до тех пор, пока я не изопью твою сладость до дна! И не вздумай бежать – найду! Я не Димитриос, от меня не так-то легко скрыться.
Мелани была сбита с толку. О чем он говорит? И откуда взялась ярость, которая снова напугала ее?
