сказала Авигаль.
– Да, – сказал Банкер.
– Убийство невозможно предотвратить, – раздраженно проговорила Авигаль, – и его зафиксируют камеры. Для большей уверенности можете установить еще несколько камер у двери или где-нибудь в другом месте. Нам тут делать нечего.
– Бренд доверял вам, и для меня это кое-что значит, – сказал Дорон. – Мы не знаем, закончится ли все на этом убийстве или нет. Если убийца планирует напасть снова, а мы узнаем, кто он, то ему не удастся открыть портал и прикончить кого-то еще. Кроме того, я не могу положиться на камеры, которые то ли сработают, то ли нет. Мы не в силах предотвратить убийство, однако, собрав улики и выяснив личность убийцы, мы поймаем преступника через секунду после…
– Авигаль… – тихо призвал Банкер. – Подумай об этом.
– Я не собираюсь обращаться в полицию, – продолжал Дорон. – Я им не доверяю и боюсь рассказывать о существовании машины времени. Информация утечет, и число подозреваемых устремится к бесконечности. Мне нужен кто-то знающий о машине, кому Бренд доверял и кто будет действовать тихо, закулисно, параллельно с полицией.
Банкер встал возле арки и жестом призвал Авигаль подойти ближе. Она встала рядом с ним. И завязался спор, тихий, но ожесточенный.
– Убийство невозможно предотвратить, Банкер. Ты же понимаешь…
– Мы этого точно не знаем.
– Знаем, это логично. Мы не сможем.
– Они сами до конца не уверены, как эта штука работает. К тому же ты слышала, что он сказал: даже если мы не предотвратим убийство, важно как можно раньше вычислить преступника.
– Я не уверена, Банкер. При расследовании обычно анализируют мотив, средства и возможность. Мы можем изучить только мотив, потому что два других аспекта подвешены во времени.
– Но это же единственно правильный выбор!
– Что?
– Посмотри мне в глаза и скажи, что готова сидеть сложа руки на своей скучной работе, зная, что кто-то затевает убийство. Разве для этого создано наше агентство?
Авигаль прикусила губу.
– Одно условие, – сдалась она. – Мы не будем делать ничего, что могло бы помешать полиции. Как только полиция узнает о существовании машины времени, мы прекратим расследование и передадим им все материалы, которые у нас есть. Я не собираюсь мешать следствию.
Банкер повернулся к Дорону.
– Мы беремся за расследование, – сказал он, – но нам понадобится увеличенный бюджет.
* * *
Авигаль уронила голову на руль. Банкер, сидевший с ней рядом в машине, дрожал от нетерпения.
– Что будем делать дальше?
– Для начала опросим всех, кто знал о машине, и просмотрим все открытия портала, чтобы выяснить, что произошло. Может быть, так мы поймем, кто желал смерти Бренду. То есть желает. Не важно.
Авигаль завела машину.
– Не могу поверить, что ты меня уболтал. Мы не расследуем убийства.
– Все будет в порядке, – успокоил Банкер. – Дорон передаст нам информацию с камер. У нас есть список всех запусков и список тех, кто видел машину.
– О’кей. В каком порядке, по-твоему, нам нужно действовать?
Банкер улыбнулся и помахал листами:
– В каком угодно!
Часть третья
Мгновение – и нет его
На долгое время все будет подчинено.
Мы предвидим весьма зловещий век.
Состояние масок и отшельников сильно изменится.
Найдется мало тех, кто пожелает быть в своем ранге.
Пророчества Нострадамуса, центурия II, катрен X
Любое сохранение доброго порядка требует предварительных определений: что есть сохранение, что есть порядок и что есть добро.
Первая книга законов иллюминатов, часть I, пункт II
СПИСОК ЗАПУСКОВ М. ВРЕМЕНИ
Запуск в Израиль, 11:45:40, 9 мая 2019 года
Профессор Йони Бренд просчитался. Выйдя из дома с чашкой какао в руках, он рассчитывал дойти с ней до рабочего стола в подземной лаборатории, но уже на лестнице почувствовал, как она жжет пальцы. На нижней ступеньке он невольно издал что-то вроде «ауч-ауч-ауч», как обычно случается, когда чашка в руке решает всерьез испытать наш болевой порог.
Избавившись наконец от чашки, профессор тряхнул рукой, а затем включил свет. Легкий запах сырости витал в подземелье; воздух здесь был холоднее, чем на поверхности. Эти два обстоятельства наполнили его сердце радостью. Что-то в нем ликовало, и никакая обжигающе-горячая чашка не могла этого изменить. Он сел за рабочий стол и приступил к обычным проверкам. Все работало как часы.
Сегодня это случится, буквально через несколько минут. Он собирается в первый раз запустить машину времени, доказав тем самым миру, что это возможно. Ему никто не помешает. В последние недели он все проконтролировал и отладил, подключал, отключал и снова подключал электрические цепи большого портала и опробовал все типы симуляций, которые мог только придумать. На самом деле открытие пространственно-временно́го тоннеля уже свершилось – пока только в настоящее; один этот факт должен принести ему мировую славу.
И вот сегодня он сделает еще один шаг вперед – благодаря крошечному шажку назад. Всего-то на пять секунд. Этого достаточно, чтобы доказать: его теория работает. Он потянулся к чашке и тут же отдернул руку. Нет, он не станет пить какао сейчас. Лучше отпраздновать большим и теплым глотком успешный запуск машины. Уступая накатившему вдруг суеверному опасению, которое заставляет ребенка не наступать на швы между тротуарными плитками и побуждает зажмуриться едущего в лифте юнца (если он откроет глаза ровно в момент остановки лифта на его этаже, значит она его любит), Йони Бренд постановил, что выпьет чертово какао не раньше, чем заработает его машина. И не важно, сколько времени для этого потребуется.
Кондиционер гудел. Бренд ввел последние параметры и в третий раз перепроверил, все ли подключено, горят ли зеленым лампочки, которые должны быть зелеными. Он откроет портал прямо сюда, в эту самую комнату, переместившись на пять секунд назад во времени. Бренд устремил взгляд туда, где должен возникнуть другой конец пространственно-временно́го тоннеля, сделал глубокий вдох и повел отсчет:
– Один, два, три, четыре, пять.
С последним словом палец его надавил на клавишу, запуская портал.
Ничего!
Он допускал возможность того, что портал будет работать в одну сторону. В ходе экспериментов с тоннелем, открытым в настоящее, увидеть что-то удавалось только с той стороны, которую Бренд, не придумав ничего лучшего, называл лицевой. Точного объяснения этому он все еще не отыскал. И вот теперь во время обратного отсчета он не заметил совсем ничего, и это никак не укладывалось в голове. Он ожидал увидеть через портал самого себя, услышать, как
