собеседника.
По идее, это из-за разрушительной энергии Инь Ван Хаосюань выглядит так плохо, но заклинателя все равно слегка мучила совесть. Возможно, нужно было сделать удар послабее, все же в этом мире демоны более хлипкие, чем в прошлом.
Хаосюаню хотелось ответить, чтобы тот проваливал и просто оставил его в покое, но сил не хватило, и из горла вырвался только сиплый хрип. Услышав это, Веньхуа тут же достал чайничек и напоил его, а потом еще полил сверху, чтобы хоть немного смыть кровь. Одеяния демона, которые и так были в плохом состоянии, после всего произошедшего вовсе стали напоминать старую половую тряпку, и никакая вода их в порядок точно не смогла бы привести.
— У меня есть с собой кое-какое оружие, — продолжил совершенствующийся, и терзаемый дурными предчувствиями демон с трудом поднял голову, чтобы взглянуть на него.
Интуиция не подвела — в руках у чокнутого заклинателя оказался здоровенный, выше него ростом топор. Лезвие было такого размера, что одним махом можно было целый десяток Хаосюаней разрубить. Увидев это, демон обреченно прикрыл глаза.
Новая идея
Веньхуа прицелился и ударил по той же цепи, которую до этого пытался перерубить мечом. Но топор оказался слишком большим, и лезвие неизбежно задело несколько других цепей и каменную стену. Оружие было артефактным, поэтому имело немалую разрушительную мощь. Правда, на оковы она никак не повлияла, зато вот стена за ними явственно содрогнулась. За спиной Хаосюаня вновь вспыхнул круг из таинственных знаков, а по его границе из-за силы удара начали расползаться трещины. Те, которые появились до этого, увеличились еще больше и разошлись во все стороны. По пещере прокатился гул и грохот, а с потолка откололся здоровенный кусок горной породы и рухнул вниз.
Хаосюань, услышав треск сверху, как раз успел открыть глаза и увидеть, что на него падает огромная глыба, которая запросто может размазать кого угодно тонким слоем по камням. Такого даже демон пережить не сможет. В его голове еще успела мелькнуть мысль, что он наконец-то отмучается, а заодно лишит заклинателя радости издевательств над беззащитной жертвой, но тот взмахнул рукой, и гигантский камень плавно отлетел в сторону. Остальные осыпающиеся осколки, поменьше размером, поплыли в воздухе следом за ним и аккуратно сложились около дальней стены.
— Топор тоже не помог, — буднично произнес совершенствующийся, и здоровенная махина исчезла из его рук.
Хаосюань только сейчас обратил внимание, что бездонной сумки на поясе у него нет, как и длинных зачарованных рукавов, где тоже можно было спрятать что угодно. Вещи будто бы просто появлялись из воздуха и точно так же пропадали.
— Есть еще несколько вариантов, — сказал Веньхуа, и Ван Хаосюань понял, что его мучениям не видно конца и края.
Все, что происходило до этого, было лишь разминкой, а настоящие испытания только начинаются. Потому что глаза заклинателя вдруг засияли ярким красным светом, словно у могущественнейшего из демонов, и из них ударили ослепительные алые лучи. Под их действием цепь словно бы стала накаляться и наливаться жаром, который расползся по стене за спиной Хаосюаня, и там снова засияли странные знаки. А потом, вместо того, чтобы лопнуть, цепь вдруг ярко вспыхнула и внезапно отразила лучи обратно.
Веньхуа едва успел отскочить в сторону, когда в него едва не прилетел заряд собственных лазеров. С подобным он сталкивался впервые, впрочем, и настолько прочные цепи ему раньше не попадались.
А вот Хаосюаню уворачиваться было некуда, благо его луч почти не задел, и только по касательной сжег одну из прядей. Демон чуть не вскрикнул от боли, все же его волосы отличались от обычных, и за все то время, что он пропускал по ним свою энергию, стали не просто частью тела, а словно бы еще одним органом.
— Может, ты попробуешь ее порвать? Твой телекинез сильнее моего, — заклинатель вслух обратился к Системе.
«Мне нельзя напрямую вмешиваться. И неужели пользователь решил раскрыть мое существование постороннему?»
— В этом мире тебе можно все, дорогая, — льстиво произнес заклинатель, надеясь задобрить свою вечную спутницу и заставить помочь демону. — Если ты захочешь что-то сделать, то никто тут не сумеет тебе помешать. К тому же ты уже раскрыла правду двадцати миллионам человек. Еще один осведомленный персонаж никакой роли не сыграет.
— Пожалуй, пользователь прав, — согласилась Система, и Хаосюань едва не вздрогнул, услышав новый непривычно звучащий голос.
А потом в воздухе появился светящийся прямоугольник, и в нем — странные символы, которые будто бы складывались в необычно изображенное лицо.
— Это Система Создания Миров, — представил ее Веньхуа. — Мой начальный мир тоже был искусственным, и она следила за тем, чтобы я сделал его более интересным и наполненным событиями. Благодаря этому создатели могли получать от него энергию веры, которая является основной валютой среди богов. Возможно, в этом мире тоже происходит нечто подобное.
— Я исследовала информационные потоки, и не нашла никаких следов других систем, — тут же возразил искусственный разум.
— Вероятно, здесь обошлись без систем. А может, этот мир для чего-то другого создан. Или вовсе появился сам по себе. Я не особо силен в космогонии, поэтому наверняка не скажу.
Хаосюань только и мог, что переводить взгляд со странного прямоугольника, где у нарисованного лица менялись выражения, на заклинателя. Он не понял половину из сказанного, но ничего хорошего от странного существа, которое назвали Системой, не ждал. Однако та неожиданно оказалась намного приятнее, чем человек. Она подергала несколько цепей, похоже, попыталась разорвать их, но так и не добилась результата. Впрочем, от ее манипуляций демон никак не пострадал, чему был несказанно рад.
— Даже телекинез их не берет, — недовольно сузив глаза, подытожил Веньхуа. — Тогда остается только одно.
Хаосюань заранее понял, что ему не понравится предложение заклинателя, и тот не подвел ожиданий.
— Раз уж мы не можем разрубить цепи, то придется рубить нечто другое, — он сначала хотел прямо сказать, что демону надо отрезать руки и ноги, чтобы выбраться отсюда, но было как-то неловко говорить такое ему в лицо.
К сожалению, цепи были словно одним целым со стеной, так что выковырять их из камня просто не получится. Точнее, из того трехметрового круга, который был покрыт неведомыми символами. Трещины в окружающих горных породах, оставшиеся после удара топором, довольно четко показывали, что этот круг по прочности не уступает цепям. А если и получится выковырять из стены эту круглую плиту, то от демона ее отцепить все равно не выйдет, и он не сможет выбраться из пещеры, так как проход слишком узкий. Поэтому оставались только его руки и ноги.
— Что ты имеешь в виду? — настороженно переспросил Хаосюань, хотя в общем-то, уже догадался и так.
— У демонов ведь хорошая регенерация? — Веньхуа вдруг пришла в голову отличная идея, как избежать ампутации всех конечностей. — Мы можем осторожно вырезать из тебя эти цепи, а потом твое тело восстановится, и будешь как новенький.
Хаосюань сразу почувствовал в этом предложении какой-то подвох, но пока не мог сказать, в чем именно он заключался. Вырезание цепей прямо из костей звучало весьма болезненно, и на деле могло оказаться еще более неприятным опытом, чем все, что ему довелось пережить до этого. Но что угодно лучше, чем оставаться так. Честно говоря, он однажды в приступе безумия попытался отгрызть сам себе руку, но к сожалению, его подвесили так, что он даже дотянуться до нее толком не мог.
— Хорошо, что у меня завалялись подходящие инструменты, — тем временем произнес заклинатель, и достал из воздуха плоский деревянный ларец.
Он открыл его, и Хаосюань похолодел, увидев разнообразные пыточные приспособления — иглы, ножи, щипцы, даже несколько пил разных размеров — все новенькие, блестящие и прекрасно заточенные.
— Ученики с пика целителей подарили после того, как я провел у них лекцию по медицине, — поделился приятными воспоминаниями Веньхуа. — Такие милые дети, просили приходить к ним почаще. Они были бы рады узнать, что их подарок кому-то поможет.
Демон был позорно близок к тому, чтобы разрыдаться от страха. Разве он мало страдал? Даже если он висел тут не две тысячи лет, а всего лишь с того момента, как был сотворен мир, все равно уже достаточно боли пережил. Зачем
