— Вы слишком хороши для этого убого клуба! — прокричал он ей в ухо, — но я рад, что встретил вас здесь!
— Небанальное начало, — подумала Саша. — А он хорош. Не зря я купила это платье.
Он и в самом деле хорош. Некоторым не нравятся лысые мужчины, а Саше нравятся. Ей сейчас всякие мужчины нравятся, только она их немного боится. Он лыс, высок, строен, загорел. А глаза! Какие глаза! Ярко-голубые, они так и сияют на смугло-матовом лице.
Почему этот красавчик один? Почему он цепляет женщин в клубе? Он, наверное, какой-нибудь плейбой, не иначе. И почему он подошел именно ко мне, хотя тут полно девчонок и помоложе, и покрасивее? Может быть, он еще и жиголо? Тут же завертелись в Сашиной голове вопросы. Да к черту эти вопросы! Нужно же получать удовольствие от жизни. Хоть сиюминутное!
И танцевал он великолепно. И так изящно, и будто бы ненароком всю ее облапал. Пожалуй, если бы не толпа подчиненных, которая наблюдала за танцующей парой с откровенным любопытством, Саша даже позволила бы себе слиться с этим незнакомцем в неистовом поцелуе. А почему и нет? Свобода для того и дается, чтобы ею пользоваться.
— Как вас зовут? — прокричала Саша в ухо незнакомцу.
— Артем! А вас?
— Саша! А давайте уйдем отсюда! Видите этих барышень, которые на нас глазеют? — Артем кивнул. — Это мои подчиненные. У нас тут корпоратив. Что они обо мне потом будут говорить?
— Давайте потанцуем еще минут пятнадцать и уйдем. Я буду корректен! — пообещал мужчина.
Холодный ветер обжег щеки и закружил подол Сашиного платья.
— К вам или ко мне? — спросил Артем.
— За кого вы меня принимаете? — возмутилась Саша.
Он рассмеялся.
— Пойдемте, прогуляемся немного. Тут недалеко. Не успеете замерзнуть.
Они обосновались в кофейне неподалеку. Когда Саша заказывала себе капуччино и кусок штруделя, поймала себя на мысли, что впервые в жизни она пьет кофе в час ночи в кофейне с незнакомцем. Слишком многое в последнее время происходит с Сашей впервые, и слишком много в последнее время в ее жизни незнакомцев. А одиночество ее очень похоже на вторую юность: бесшабашную и авантюрную. Так ли уж это плохо? Если бы все было как прежде, она бы сейчас просто спала в постели рядом со своим мужем, и ее бы это даже не радовало. Ибо это была бы обыденность. Данность. Кто же ценит данность? И что же лучше, относительно комфортная рутина или яркая жизнь, полная неожиданных поворотов судьбы? Сейчас Саше нравился этот незнакомый мужчина, сидящий напротив и собственная смелость, которая занесла ее в эту кофейню с этим мужчиной.
— Где вы встречаете Новый год? — спросил он. Саша вся сжалась. Как от пощечины. Ну, за что? Хотя откуда этот человек может знать, что нельзя ей задавать таких вопросов. Что для нее они как удар хлыста.
— А вы? — спросила она в ответ.
Он усмехнулся.
— Непростой для меня вопрос. И я, кстати, первый спросил.
— А для меня это тоже непростой вопрос. Так что я как джентльмену уступаю вам право ответить на него первым.
— Лучше бы вы были просто красивой, а вы еще и умная. Так было бы проще. Может быть, не так увлекательно, но проще, — Артем грустно улыбнулся. — Стыдно признаться… — он снова усмехнулся. — Да, действительно, стыдно признаться… — замолчал.
— В чем стыдно признаться?
— Я не знаю… Не знаю, где буду встречать Новый год, но это не важно… В конце концов можно и дома встретить… — снова замолчал.
— А что важно?
— А важно, Саша, так ведь вас зовут? — она кивнула, — важно, Саша, что встречать Новый год мне не с кем.
— Ни за что не поверю. Чтобы такому мужчине и не с кем было встречать Новый год?! Да любую позовите, и она с радостью согласится.
— А вы согласитесь?
— Я? А причем здесь я?
— Вот видите, а вы говорите любая. Сразу же и отказались, — он обиженно принялся пить кофе.
— Я вообще-то пока не отказалась.
Он сразу оживился:
— Так вы согласны?
— Я не отказалась, но пока и не согласилась. Я же вас совсем не знаю. Новый год — это семейный праздник. Вы же не можете стать моей семьей за пять минут? — Саша рассмеялась. Впрочем, не слишком весело.
— К чему вам эти предрассудки? Семейный — не семейный? Зачем ограничивать себя какими-то рамками? Праздник должен быть праздником. Вот и все. А как и с кем это произойдет, разве так уж важно?
— Пожалуй, вы правы, — Саша задумчиво отпила глоток кофе, — очень странная история…
— Вы о чем?
— Как могло получиться, что в огромной Москве встретились два человека, которым не с кем встречать Новый год?
— Вам и в самом деле не с кем? Ни за что не поверю! Чтобы такая женщина была одна! — Оба рассмеялись. Он завладел ее рукой. — Может быть, это судьба?
Саша посмотрела на Артема оценивающе:
— Может быть.
— Шампанского?
— Шампанского? В полвторого ночи? Вы шутите?
— Саша, вам нравится быть рабой условностей? — она отрицательно помотала головой. — Ну, вот и не будьте. За судьбу нужно пить шампанское, не зависимо от времени суток. Желательно стоя. Девушка, будьте добры шампанского, — обратился он к официантке.
Спустя полчаса и два бокала игристого напитка Артем с пьяной откровенностью и некоторой даже горячностью говорил:
— Заигрался я с женщинами, заигрался. Жена, любовницы… И все терпят, и все любят. Вся эта распущенность от безнаказанности, Саша, только от нее. Мы себя так ведем, потому что вы нам это позволяете! Вот если бы жена моя, Катька, выставила меня из дома сразу после того, как узнала, что у меня есть любовница, а любовница вообще не стала бы вступать со мной в интимные отношения, когда узнала, что я женат, все было бы по-другому. Не были бы мы такими кобелями. Разбаловали вы нас. Жестче с нами надо. А вы ведь как? Терпите-терпите, мы думаем, что все в порядке, а потом, раз и вы посылаете нас к едрене-фене и исчезаете. А мы и понять не можем, что же произошло, все же нормально было, все всех устраивало? А потом перед самым Новым годом ты остаешься совсем один в этом чертовом городе, где живет чертова туча миллионов людей! Вы подумайте, миллионы людей вокруг, а ты при этом совсем-совсем один. Что может быть нелепее?
— От вас ушла жена?
— Ушла.
— А что же ваши любовницы? Тоже ушли? — Саша еле сдержалась, чтобы не расхохотаться.
— Одна всего была любовница. Она замуж собралась. За другого. Сказала, что устала слушать сказочки о светлом будущем в моем исполнении и надеяться на чудо. Вот так и остался я один. Закон бумеранга еще никто не отменял. Что посеешь, как говорится, то и пожнешь.
— Я должна вас пожалеть? — Саша улыбнулась саркастически.
