к тебе… ты вздрагиваешь.
— Ты хочешь, чтобы я приготовил для тебя курицу?
— Да, но ты не обязан. Я понимаю, Ист. Я заставляю тебя чувствовать себя неловко, потому что я округлилась, и ты боишься смотреть на мою грудь и испытывать за это чувство вины. Я больше не маленькая девочка. Я выросла.
Я не понимал, что веду себя прозрачно.
— Давай я заглажу свою вину. Мы забежим в магазин и купим все для курицы. Прости, что сделал сегодняшний вечер странным. Между нами не должно быть неловкости.
Она бросает на меня взгляд.
— Я думала, у тебя плита неисправна?
— Боже мой. Перестань со мной ссориться и пошли за чертовой курицей, пока я не передумал. — Знаю, что это плохо, но должен пережить это безумие.
Глава 10
Уилла Мэй
— Только что моргнул свет? — спрашиваю Иста, когда он начинает раскладывать продукты на столе, готовясь приготовить мне ужин. Куриные грудки без костей, лук, грибы, травы и специи.
— Не уверен. Ожидается, что пройдет гроза. Ничего серьезного. — Он бездумно нарезает лук полукольцами на разделочной доске, не встречаясь с моим взглядом. Между нами возникает тревожное напряжение. Он даже не может посмотреть мне в глаза.
Свет тускнеет и мерцает еще несколько раз.
— Ладно, видишь. Я не сумасшедшая.
Ист достает из заднего кармана мобильный телефон и смотрит на прогноз погоды. На нем зеленое, оранжевое и красное пятно. Там предупреждение о сильном ветре и возможном граде. Порывы ветра ожидаются до тридцати пяти миль в час.
Вдалеке гремит гром, и я подпрыгиваю. Ист усмехается.
— Я вижу, ты все еще боишься небольшого грома.
От него чуть дом не задрожал.
Он качает головой.
— Боже, ты очаровательна. — Я хочу спросить его, откуда он знает, ведь он до сих пор не взглянул в мою сторону с тех пор, как мы приехали.
— У тебя есть свечи?
— Да. Наверху, в шкафу в ванной. Ты справишься, чтобы сходить за ними самостоятельно, пугливая кошка?
— Я не пугливая. Просто не очень люблю темноту во время грозы.
— Держу пари, электричество даже не отключат, но на всякий случай сходи за ними.
— Непременно. — Я бросаю на него грязный взгляд, пока он продолжает готовить курицу, посыпая ее разными травами и специями, игнорируя меня. Поднимаюсь по лестнице, и тут снова раздается раскат грома, и дом сотрясается. Такое ощущение, что он прямо над нами, а солнце полностью скрылось. Снаружи все багровеет. Но тем не менее продолжаю выполнять свою задачу. Ист находится внизу, и я знаю, что бояться мне нечего.
Бегу в ванную и распахиваю шкаф. Вытаскиваю несколько корзин, но ни в одной из них нет свечей. В корзиночках лежат бритвы и принадлежности для мужского ухода. Запихиваю их на место и наклоняюсь. Гром гремит все громче, затем молния раскалывает небеса, и раздается громкий удар, похожий на взрыв, и тут гаснет свет.
По рукам пробегают мурашки. Я все еще не нашла его чертовы свечи.
— Ист, что это было?
— Не уверен, — отзывается он, поднимаясь по лестнице, его голос приближается. Я слышу его на вершине лестницы, и он светит фонариком на своем мобильном телефоне в мою сторону. — Ты нашла свечи?
— Нет.
— Ты видишь?
— Нет.
— Где твой телефон?
— В твоем пикапе.
— Ну ладно, я позвоню в электрическую компанию.
— Хорошо. — Я спотыкаюсь, и он ловит меня.
— Полегче, леди.
— Ты не назвал меня маленькой, — замечаю я.
— Ага, нет. Вот. — Он ведет меня к дивану, который занимает большую часть телевизионной зоны возле спальни. Тот самый диван, на котором застала его за просмотром порно. Интересно, Ист тоже вспоминает ту ночь? Если да, то он молчит.
Он опускается на диван рядом со мной и кладет руку мне на колено. Я обхватываю его толстую руку и прислоняюсь к нему, положив голову ему на плечо. Он не отталкивает меня, поднимая телефон к уху.
Казалось, Ист сидит и ждет целую вечность. Я провожу пальцами по его руке, когда он, наконец, дозванивается до оператора. Там сообщают, что молния ударила в трансформатор и может пройти несколько дней, прежде чем ремонтники смогут приехать с новым трансформатором.
— Извини за ужин.
— Ты будешь моим должником.
— Я заглажу свою вину перед твоим отъездом в колледж.
— Ловлю тебя на слове.
— Мне, наверное, нужно отвезти тебя домой. Твоя мама будет гадать, где ты, и уверен, что ты предпочтешь пойти погулять с друзьями, чем сидеть в темноте со стариком.
— Истон. — Я втягиваю воздух и останавливаю его, когда он собирается встать. — Я хочу остаться.
— Уилла Мэй. — Я вижу, как он слегка качает головой. Его мобильный телефон выключается, и он ругается себе под нос. — Нужно найти эти чертовы свечи.
Я тянусь к его руке и нащупываю крепкий бицепс.
— Ты помнишь ту ночь? — Знаю, что мне не нужно говорить ему, какую именно.
Он напрягается, но не отстраняется от меня.
— Не надо.
— Я не могла уснуть. — Вывожу пальцами круги вверх и вниз по его руке. — Вышла из комнаты за водой и увидела, что в темноте горит телевизор. Я боялась, что ты спишь, поэтому на всякий случай притихла. Но ты не спал. Ты сидел здесь и был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо видела. Ты был без футболки. — Провожу рукой по подолу его футболки. Он ловит мою руку, но успеваю коснуться пальцами его пресса. — Видела то, что ты смотрел, и сначала не знала, что испытывала. Возможно, шок, но это зашло гораздо дальше. Я хотела, чтобы ты поймал меня. Хотела сделать с тобой то, что женщина делала с мужчиной на экране.
— Уилла Мэй, замолчи.
— Не могу. Хочу, чтобы ты знал, о чем я думала и что чувствовала. — Скольжу другой рукой по его шее и глажу его бороду, которую он начал отращивать. — Я хотела тебя той ночью. С тех пор я каждый день хочу тебя. — Наклоняю его голову к себе. — Никто бы не узнал, — повторяю те же слова, которые произнесла той ночью, надеясь на другую реакцию.
— Я бы знал, — отвечает он, его голос хриплый.
— Линн была здесь. Мне хотелось убить вас обоих. Хотела выцарапать ей глаза и сказать, чтобы она никогда больше не прикасалась к тебе. Ты отвел ее в кровать, а я спала внизу в своей. Слышала вас через вентиляционное отверстие в потолке и желала умереть. То, как ты трахал ее, чуть не убило меня, но сказала себе, что однажды на нашем пути не будет ничего и никого.
— Ты хочешь, чтобы я признался,
