Пикман кивает.
ПИКМАН. Я правда это ценю.
Пикман ХЛОПАЕТ Куперсона по колену и снова смотрит на закат.
ПИКМАН (продолжает). С тех пор, как умерла моя дочка, мне трудно было верить. Ведь ты помнишь Эмили, да? Самая красивая девочка в мире.
Куперсон бледнеет. Его руки начинают дрожать. Он кивает.
КУПЕРСОН. Она была прелестным ангелочком.
ПИКМАН. Когда она скончалась, мы с Вэл прекратили ходить в церковь. Понимаешь, на наши молитвы никто не отвечал. Но через пару суровых лет мы наконец нашли путь к счастью… и для этого нам не понадобились дороги религии. В какой-то момент я начал задумываться: а вдруг до церквей люди были счастливей? В то время, по-моему, если у человека была проблема, он решал ее сам, а не просил невидимую силу помочь или простить за прегрешения. Он думал, что делать, а потом шел и делал.
Пикман наклоняется в кресле и смотрит на Куперсона.
ПИКМАН (продолжает). Я принял решение, помощник. Больше нельзя давать этим разбойникам фору. Ты присмотришь за городом, пока меня не будет?
Глаза Куперсона расширяются. Он кивает.
ПИКМАН (продолжает). Спасибо.
Пикман отдает Куперсону значок.
ИНТ. ГОРОДСКАЯ ТЮРЬМА, КАМЕРЫ — НОЧЬ
C седельной сумкой с двумя пряжками Пикман входит в коридор с камерами. Посреди помещения горит одинокая лампочка, отбрасывая повсюду непрозрачные тени. Манго, Старик и Коренной Американец доедают ужин с металлических тарелок. В угловой камере на стуле сидит Авраам, уставившись в пол. Его еда не тронута.
ПИКМАН. Авраам Вайсс.
Авраам приподнимает голову. Пикман достает из коричневого жилета наручники.
ЭКСТ. САЛУН СИНДИ — НЕМНОГО ПОГОДЯ
Внутри салуна горит свет. Уолтер подходит к ступеням в заведение, держа продолговатую упакованную коробку. Его глаза пустые и стеклянные, как у голодного пса.
Коробка явно тяжелая.
ЭКСТ. ГОРОДСКАЯ ТЮРЬМА — НЕМНОГО ПОГОДЯ
У привязи снаружи тюрьмы стоят две лошади. В холодном ночном воздухе раздается ПЕНИЕ ГОСПЕЛОВ паствой церкви. Пикман и Авраам выходят из тюрьмы; Авраам закован в наручники.
Пикман отвязывает поводья двух коней.
ПИКМАН. Вот.
Он подает поводья от лошади, что пониже, Аврааму. Тот берет ее под уздцы.
Двое выводят лошадей на улицу, подальше от света, проливающегося из окон тюрьмы.
ЭКСТ. «ЮВЕЛИРНЫЕ ИЗДЕЛИЯ МАКДОНЕЛЛИ» — НЕМНОГО ПОГОДЯ
Освещенная лишь серебром луны в небесах, пара ведет коней перед закрытой ювелирной лавкой. Пикман смотрит на табличку и — вспомнив владельца — качает головой. Он подходит к Аврааму и отмыкает наручники.
АВРААМ. Ты дашь мне пытать того, кто надругался над моей женой, так, как я пожелаю?
ПИКМАН. Да… но я беру двух остальных. И ты ответишь на мои вопросы, например, откуда ты столько знаешь и как здесь оказался.
АВРААМ. Договорились. Чтобы найти этих людей, нам нужен кукольник. Надеюсь, он еще не покинул Рэттлбордж.
ПИКМАН. Уолтер Ли Хиггинсфорд?
ИНТ. САЛУН СИНДИ — НЕМНОГО ПОГОДЯ
Уолтер с продолговатой коробкой заходит в Салун.
За стойкой сидят двое МУЖЧИН: их лица вытянуты в печали.
Перед ними пустые стаканы. Синди стоит за стойкой, вытирая только что вымытые стаканы из-под виски потрепанной тряпкой.
Она не замечает Уолтера.
Крошечный кукольник направляется к бару. В его руках, дрожащих и побелевших, большая коробка.
Он заглядывает в плевательницу; та пуста.
Уолтер помещает продолговатую коробку на стойку и влезает на стул, ноги у него не достают до пола, как у ребенка.
Синди поворачивается и видит его.
СИНДИ. Рада видеть тебя в здравии, Уолтер.
Кукольник нервно кивает. Синди подходит и смотрит на него.
СИНДИ (продолжает). Виски с фруктовым сиропом и тремя вишенками?
Уолтер, обильно потея, кивает.
СИНДИ (продолжает). Сними пиджак, если жарко.
Уолтер снова кивает, но не трогает пиджак. Синди отворачивается.
Уолтер нервно СТУЧИТ пальцами по продолговатой коробке, пока Синди смешивает напиток. Синди возвращается.
Она ставит маленький стаканчик с янтарной жидкостью подле коробки.
СИНДИ (продолжает). За счет заведения.
Синди отворачивается и уходит. Уолтер пялится на вишенки, что плавают в стакане. Пальцы нервно СТУЧАТ по крышке коробки в нескончаемом ритме.
ЭКСТ. ЦЕНТРАЛЬНАЯ УЛИЦА — ТО ЖЕ ВРЕМЯ
Пикман и Авраам скачут по улице быстрым галопом.
ПИКМАН. Ты к нему домой, я проверю у Синди. Не обмани меня, Авраам, не то…
АВРААМ. Я соблюдаю нашу сделку, шериф.
Авраам натягивает поводья, передергиваясь от напряжения левой, пронзенной пулей, руки. Едет к пригороду.
Пикман ЩЕЛКАЕТ поводьями. Шериф торопит коня вперед, вниз по улице.
ИНТ. САЛУН СИНДИ — ТО ЖЕ ВРЕМЯ
Уолтер развязывает ленточку в горошек у продолговатой коробки и дает ей упасть на стойку. Берет маленький темный стаканчик и мягко крутит. Вишенки вращаются по окружности стакана, как маленькие красные планеты.
Уолтер выпивает стакан залпом и СТУКАЕТ им по стойке, пугая Синди и двух других посетителей. Он дважды прожевывает вишенки и проглатывает.
УОЛТЕР. Хочу еще.
Уолтер пробегает пальцами по краю крышки коробки.
ЭКСТ. ЦЕНТРАЛЬНАЯ УЛИЦА — НЕМНОГО ПОГОДЯ
Лошадь Пикмана галопирует по улице.
ИНТ. САЛУН СИНДИ — НЕМНОГО ПОГОДЯ
Синди помещает рядом с Уолтером еще стакан.
СИНДИ. Только не напивайся, ладно?
Уолтер, рассерженный комментарием, берет стакан и опустошает одним агрессивным глотком.
ЭКСТ. САЛУН СИНДИ — НЕМНОГО ПОГОДЯ
Пикман подъезжает к Салуну. Торопливо слезает с лошади. Внутри бара КРИЧИТ женщина.
Пикман выхватывает револьверы и вбегает по ступенькам.
ИНТ. САЛУН СИНДИ — ТО ЖЕ ВРЕМЯ
Уолтер стоит на стуле, направив двуствольное ружье в грудь Синди. Двери салуна распахиваются.
Влетает шериф.
Уолтер оборачивается к шерифу.
УОЛТЕР. Бросай оружие.
Пикман оценивает Уолтера; немедленно решает, что коротышка взрывоопасен. Он бросает пистолеты с серебряной рукояткой; они БРЯКАЮТ о покрытый опилками пол.
