Один из всадников подъехал к нам. Оказалось, папа его знает, они вместе работают. Всадник спрыгнул с коня и предложил нам покататься.
— Я! Я! Можно! — Юлька подпрыгивала в нетерпении. Ее подсадили, она легла животом на седло, беспомощно болтая ногами, пыталась сесть, ей, хоть и с трудом, удалось. Конь стоял на месте как вкопанный. Тонконогий, белый, с таким отливом, как будто серебряный. Наездник поводил коня по кругу, Юлька смешно качалась в седле, ей было страшно, но слезать она не хотела.
Все-таки ее сняли, и наступила моя очередь кататься. Я подошла к высокому лошадиному боку, присмотрелась, как бы половчее забраться. Мне помог папа. Он подставил руку, я встала на нее, толчок — я ухватилась за седло, сунула ногу в стремя, а другую перекинула через седло.
— Ух ты! — вырвалось у меня.
Я тоже прокатилась несколько кругов, но сама слезть не смогла, папа меня снял.
Зато американцы оказались довольно хорошими наездниками. Во всяком случае, они сами вскакивали на лошадь и сами управляли.
Но лучше всех, конечно, был Венсан. Он взлетел в седло, повернулся к нам и помахал рукой. Лошадь прошлась ровной рысью, потом Венсан пустил ее в галоп. Вот это было зрелище! Американцы свистели и хлопали. Мама сказала:
— Красуется, только бы шею не свернул…
Но Венсан не свернул шею, благополучно подъехал к своему отцу, спрыгнул на землю, похлопал лошадь по шее. Отец сдержанно похвалил его.
Жорик все это время стоял в стороне от всех, снимал скачки на камеру, но сам не изъявил ни малейшего желания прокатиться. «Наверно, не умеет, — с некоторой жалостью подумала я, — не хочет позориться…»
Аленка красовалась в белом открытом сарафане. Родители бдительно охраняли ее с двух сторон. Алжирцы бросали на Аленку жадные взгляды. Она нервничала. Тот парень, которому она «помогала учить русский язык», так и не подошел к ней.
А потом мы все пошли в здание столовой, там были накрыты столы с угощением. Очень много сладкого, я даже названий не знаю: всякие печенья, пирожные, орехи, фрукты, финики, апельсины, халва, лукум… Ко всему этому полагался зеленый чай, его приносили в серебряных чайниках. По вкусу он напоминал горячий сироп. Мама открыла чайник и покачала головой.
— Понятно, — сказала она, — половина чайника сахар, половина кипяток и листья мяты или мелиссы.
От такого количества сладкого у меня слипались губы и жгло язык. Дома долго пила воду, мучила жажда.
А в бассейн к американцам меня мама не пустила, сказала: «Не хватало еще какую-нибудь заразу подцепить».
Глава 15
Венсан — мой герой?
Накануне моего дня рождения мама сказала:
— Раз такое дело, надо устроить настоящий праздник. Зови всех, и наших, и ваших. Справимся. Все честь по чести: напишем приглашения, придумаем программу, ну, стол, конечно… Я торт испеку. И еще, я думаю, если погода будет хорошая, поедем в горы. Так что надо предупредить, чтоб одевались по-походному.
Мама в своем репертуаре, планов громадье, а мне расхлебывать. Как это все организовать? Кого приглашать? Если поедем в горы, то в микроавтобус все просто не поместятся. Может, малышей не брать? Но ведь обидятся, да и их мамочки тоже будут смотреть косо. Как быть с американцами? Келли и его «банда» ребята весьма своеобразные. Сестренки Эми и Лейли — без вопросов. Придется звать и Аленку. А Жорик? Поедет? А насчет приглашений: просто открытки подписать, или самой сделать?
Сломав голову окончательно, я решила посоветоваться с Юлей.
— Нашла проблему. Все сделаем.
— А с транспортом как быть?
— Ты насчет американцев не беспокойся, у них свои машины.
Гора с плеч.
— Если проблема с доставкой гостей решаема, то нам остается только пригласить их.
Целый день мы возились с цветной бумагой и картоном, вырезая, наклеивая и подписывая. К вечеру у нас образовалась стопка готовых приглашений.
На следующий день мы с Юлей, бледные от волнения, ходили от виллы к вилле, здоровались с хозяевами и приглашали всех детей контракта. Малыши, конечно, были в восторге. Наташина мама, по-обыкновению, испугалась. Аленка приняла нас благосклонно, но взглянув на самодельное приглашение, презрительно скривила губы:
— Девочки, вы опять устраиваете детский утренник? Стишок учить?
— По желанию, — съязвила Юлька, — можно песенку, но исполнять непременно на табурете.
— Ха! — Аленка сделала вид, что оценила шутку. — Хорошо, я подумаю.
Когда мы вышли, я чуть не шипела от злости:
— Тоже мне, принцесса! Я ее зову только из вежливости!
— Хватит тебе, — отмахнулась Юлька, — наше дело пригласить, а ее — отказаться.
— Она же все равно поедет! Так зачем выламывается?
— Потому что ее араб к ней не ходит, — хихикнула Юлька.
Мы направились к вилле доктора. Для Жорика и Ани было одно приглашение. Аня была на веранде, Жорика поблизости не оказалось.
Покончив с нашими, мы сходили через дорогу к американцам, передали приглашения сестрам и Келли, рассудив так: главарь «банды» сам знает, кого брать, кого — нет.
Довольные, направились к вилле Венсана. Позвонили у калитки, нам открыл незнакомый пожилой араб. Мы вежливо поздоровались и протянули конверт:
— Пур Венсан, сильвупле, — сказала я. Но он уже сам подошел к нам:
— О! Ирина, Жюли! Бонжур! — посторонился, приглашая нас войти, но мы отнекивались: нет, нет, торопимся… Венсан взял у чауша — слуги — конверт, достал открытку. Мы наперебой стали объяснять ему о том, что у меня день рождения, будет праздник, я приглашаю его в гости…
Он прочитал приглашение, прижал открытку к груди, улыбнулся. Конечно, он придет!
Мы с облегчением вздохнули.
Вечером я помогала маме печь торт, взбивала миксером крем, потом, когда коржи были готовы, мы украшали их с помощью мешочка со специальными насадками. Получилось очень красиво. Наконец, когда все было готово, поставили торт в холодильник.
— Ну вот, — сказала мама, — остальное сделаем завтра.
Я проснулась едва рассвело и лежала, глядя в потолок. Потом услышала, как встали родители, папа пошел в ванную. Я выбралась из-под одеяла и побежала на кухню. Мама готовила завтрак:
— С днем рождения! Ты чего вскочила?
Я пожала плечами:
— Волнуюсь.
— Незачем волноваться, у нас все готово.
Появился папа:
— О, доброе утро, именинница! — Он несколько раз потянул меня за уши.
— Стоп, а подарок! — спохватилась мама.
Родители пошушукались, мама убежала в спальню и вернулась со свертком.
— С днем рож-день-я! — хором продекламировали папа и мама. Я схватила сверток и развязала ленточку, сняла обертку. Под оберткой обнаружилась деревянная шкатулка.
