Мы продолжали дружить с иностранцами, к французу добавился венгр, потом еще один француз; а к маме по-прежнему ходил контрабандист.
Он настолько освоился, что стал просить нас подержать у себя кое-какой товарец, и мама оставляла его сумки, даже не пряча. У Азиза теперь работы явно прибавилось, он приходил деловой и озабоченный. Торопился и посматривал в окно, на ту сторону шоссе.
Мама ловила его взгляд и ворчала:
— И ты туда же…
— Бизнес, мадам, — пожимал плечами Азиз. Куда-то пропал его вечный испуг и подобострастие. Азиз действительно стал своим в обоих лагерях: российском и американском.
— Смотри, не доведет тебя до добра твой бизнес, — предупреждала мама, наливая ему кофе. Азиз отмахивался, пил кофе, благодарил наскоро и убегал.
Мы наблюдали в окно, как он спокойно, не скрываясь, пересекает шоссе. И только наш верный пес Рыжый яростно облаивал Азиза, упорно не желая признавать его за своего.
Глава 11
День рождения на той стороне
Лиза пригласила нас на день рождения Самира. Мы знали, что Лиза собирает всех детей, то есть американцы тоже будут. Я надеялась, что придет Венсан, но постеснялась спросить у Лизы, будет ли он. К тому же нам с Юлькой хотелось пообщаться с «бандой Келли».
На день рождения к Самиру я решила надеть джинсы.
— Ты что! — возмутилась мама. — Какие штаны?! Лиза все-таки наша, у нее наверняка никакого бардака не будет. И потом — это мы им должны показывать, как надо себя вести ! Поняла?
Мама напялила на меня розовую шелковую блузку, «приличную» юбку до середины колена и классические «лодочки».
Оказывается, Лиза предупредила наших заранее, что хочет устроить что-то типа светского раута.
Даже американские сестренки пришли в платьях.
Виновник торжества и его брат вообще щеголяли во фраках. Наши малыши явились в черных брюках, белых рубашках и бабочках.
Лиза и Саид встречали нас у входа, и первое, что я услышала от них:
— Ира, тебе не жарко?
— Нет! — Разумеется, я буквально плавилась от жары, но что делать.
Потом пришли американцы.
— Господи, — выдохнула Лиза, — они даже рук не вымыли!
Гости явились с опозданием, у них были черные от несмытой пыли руки и ногти, грязные, а у кого-то даже рваные джинсы и майки. Келли красовался в фетровой алой шляпе с металлическими пластинами на тулье.
Ребята словно не замечали испуганных хозяев, шумно расселись за столом, хватали еду с тарелок руками, громко смеялись, откидываясь на стульях. Келли даже не снял шляпу. Застолье не получилось. Мы сидели напряженные, разглядывая соседей. Эмми и Лейли пытались тихонько урезонить «банду», они крутили пальцами у висков и шептали:
— Stop!
— Silence!
— Stupid boys!
Лиза спохватилась и постаралась взять ситуацию под контроль.
— Ребята, а теперь давайте покажем нашим американским друзьям концерт! — возгласила она и принялась поднимать нас из-за стола, подталкивая в другую комнату.
Там была настоящая сцена с занавесом! Сцена занимала часть комнаты, у стены напротив стоял большой кожаный диван, куда сестры при помощи хозяйки с трудом усадили неугомонных гостей.
Мы с Юлей честно спели песенку «К сожаленью, день рожденья…». Нурик бойко прочитал стишок.
Эмми и Лейли чинно встали и исполнили «Happy birthday to you!».
После чего американцы посовещались и пошли на сцену.
Они попытались спеть, но стали смеяться и тузить друг друга, потом снова совещались. Наконец, им удалось договориться. Келли снял шляпу, прошелся вдоль сцены и, остановившись, произнес:
— Canada — it’s snowing. United States — it’s raining. Russia and Siberia — the weather is fine!
На этом выступление американцев закончилось, мы похлопали им в некотором недоумении, раскланивались они глубоко, прижимая ладони к груди.
Лиза попыталась их поскорее выпроводить, и ей это удалось. Мы, все еще в недоумении, тоже разошлись по домам.
— Светский раут накрылся медным тазом, точнее красной шляпой Келли, — сказала я маме, с ненавистью стаскивая с себя блузку и узкую юбку.
Вечером Лиза рассказывала маме о том, какие «мальчики ужасные, совершенно невоспитанные… Если бы не наши дети, прямо не знаю, что бы я стала делать!».
А я думала: почему она не пригласила Венсана? Венсан так чудесно играет на гитаре и поет. Американцам было чему у него поучиться.
Глава 12
Мадам Таджени
Несмотря на «невоспитанность» мальчишек, родители Юли с удовольствием общались с американцами.
Семейство Ананьиных отдавало предпочтение богатым арабам.
Переводчики радовались любой возможности совершенствовать язык.
Отец Наташи боялся всех и жену запугал. Доктор и его семья держались особняком, остальным вообще было все равно.
Аленка совершенно от нас отстранилась, мы ее почти не видели. Ее великолепная мама водила дочь по гостям, «приучала к светской жизни».
— Бедная девочка, — вздыхала моя мама, — совсем ей голову задурили.
К Аленке стал ходить молодой алжирец.
— Он учит русский язык, Аленушка ему помогает, — хвасталась шефиня. Она всячески создавала условия для учебы: оставляла дочь с алжирцем одних, закрывала двери, ходила на цыпочках.
— Лида, чего ты добиваешься? — возмущалась мама. — У этого парня есть невеста, осенью свадьба, ему двадцать два года. О чем ты вообще думаешь?
— Гала, не будь мещанкой! — парировала шефиня. — Когда же девочке пожить, если не теперь!
Мама беспомощно разводила руками, а по вечерам жаловалась отцу:
— Ты представляешь, что она мне говорит? Что сейчас модно выходить замуж за иностранцев!
— Хм… — неопределенно реагировал папа.
— Этот несчастный алжирец, видимо, тоже относится к категории престижных женихов?
— Кхгм… Это не наше дело.
— Конечно, не наше! — не успокаивалась мама. — Ты посмотри, как они себя ведут? Любой мальчишка на улице может оскорбить женщину, сказать непристойность, телодвижения всякие… не видел? А я видела! На забор вспрыгивают и без штанов скачут! Один из этих мальчишек бросил в Аленку камень, разбил лицо, а теперь Лида приводит к ней другого, такого же, только чуть старше, а потому хитрее и умнее. Но относится-то он к нам и к ней точно так же, как и тот, что бросал камни.
Папа прятался за газетой.
— Я что, одна это понимаю? — спрашивала мама. Но ее вопросы оставались без ответа.
Жорик слонялся по контракту в одиночестве, видимо, он не входил в категорию «престижных женихов». Среди американцев не было подходящих по возрасту. Вот, интересно, у нас в классе некоторые девчонки тоже мечтают уехать за границу, в Европу или США, и замуж хотят за иностранцев, но в Африку точно никто не рвется.
