— Господину угодно переночевать. Ну и поужинать, разумеется. А еще две бадьи горячей воды и много мыла.
— У нас есть водопровод, — улыбнулся мой собеседник. — Все согласно правилам. Мыло в номере. Вода, правда, холодная, но горячую принесут. Вам одну комнату или две?
— Одну, — благосклонно кивнул я, не обращая внимания на негодующий взгляд спутницы. — И ужин подать туда.
— Пожалуйста. — Коротышка протянул мне здоровенный ключ из потемневшей бронзы. — Ваша комната двенадцатая. Ужин будет готов через полчаса.
Как по волшебству, рядом материализовался молодой, крепенький парнишка, подхватил наши вещи, крякнул удивленно. Ну да, я занес их один, держал одной рукой и не особенно напрягался. Не зря же Темный когда-то обещал, что я стану заметно сильнее обычного человека. Не соврал, кстати, только умолчал, что сила эта проявляется только здесь, в моем же родном мире этот эффект отсутствует напрочь.
Тем не менее парень справился и доволок шмотки до дверей, ничего не уронив. Положив их на пол, он облегченно вздохнул, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, и тут же расплылся в довольной улыбке, получив за труды серебрушку. Все правильно, обычно за такую работу больше медяка не положено, но трудовой подвиг надо стимулировать. Это, как известно, повышает энтузиазм.
Когда дверь закрылась, отрезая нас от коридора, и я обернулся, первое, что увидел, был разъяренный взгляд наемницы.
— Вы… Вы…
— Ты, — негромко поправил ее я. — Выканье привлекает внимание.
— Если ты думаешь, что…
— Успокойся. — Меня ее поведение раздражать начало мгновенно. — Вдохни медленно и глубоко, потом выдохни. Не собираюсь я покушаться на твою добродетель… Если она у тебя есть, конечно. Просто не выходи из образа.
Она заткнулась. Действительно, прекрасно ведь понимает, что молодой дворянин, путешествующий в сопровождении женщины, запросто вписывается в картинку прелюбодеяния. Это настолько обыденно, что абсолютно не привлекает внимания. Джентльменское поведение — совсем наоборот.
Единственной проблемой была единственная же кровать. Правда, размеры у нее были поистине великанские. Впрочем, и комнату маленькой не назвать — хозяин заведения явно не поскупился. Хрен с ней, все равно спать мне в эту ночь практически не светило, а вот поесть стоило. Да и вымыться, кстати, тоже — от пыли все тело немилосердно чесалось.
Хозяин заведения не соврал. Действительно, в углу, за легкой дощатой перегородкой, располагался санузел с неглубокой, но чистой ванной. И горячую воду доставили моментально, так что сполоснуться получилось довольно комфортно. Правда, даму я все же пустил вперед — она, конечно, не просилась, но взгляд, брошенный на ванну, был настолько тоскливым, что мог бы растопить даже каменное сердце. Ну и хрен с ней, время еще было.
После водных процедур и простого, но вкусного ужина я подремал пару часов и двинулся в город, предупредив Эллину, чтобы сидела в комнате и не высовывалась. В гостинице мы, кстати, оказались не одни, но при этом народу было удручающе мало — то ли заведение переживало не лучшие времена, то ли просто не сезон. Тем не менее внизу обнаружилось четверо человек, воздававших должное местной кулинарии, ну и хозяин, естественно. Он, кстати, в ответ на мой кивок вежливо склонился в полупоклоне — все правильно, я неплохо заплатил ему, а денежному клиенту всегда почет и уважение. И даже если коротышка стучит полиции (а это наверняка), все равно свои деньги он заработал. И вежливым общением, и хорошим питанием. Ну а потом я, бросив предаваться левым мыслям, вышел на улицу и окунулся в непроглядную темноту южной ночи.
Точнее, если верить часам, был еще вечер, но в этих широтах по факту его почти нет. Раз — и солнце село, после чего сразу становится темно, как у негра в заднице. Вот только не надо мне «и везде-то вы были, и все-то вы видели», представить картинку можно и без этого. Хорошо еще, здесь все же город, и лучи света падают из окон, да и вдоль центральной улицы должны быть фонари — опять же согласно моему уложению. Ага, вон, кстати, и она, центральная улица, — и впрямь освещена, видно ее издали. Хорошо еще, улицы города широкие и прямые — все же в отсутствии стен, заставляющих дома жаться на ограниченном со всех сторон пятачке, имеются некоторые плюсы. Впрочем, минусов тоже хватает.
Идти до центральной улицы было совсем недалеко, но меня все же успели один раз ограбить. Вернее, попытались это сделать — очень, очень опрометчиво, надо сказать, пытаться грабить дворянина, профессионально владеющего оружием, и боевого мага, который отрывает головы обидчикам чисто рефлекторно. Ну а когда все это в одном флаконе… У-у-у, как страшно получается! В общем, остались в подворотне три хладных трупа, а я пошел себе дальше, слегка насвистывая. Прямо молодость вспомнил — давненько уже меня не пытались столь примитивно взять на гоп-стоп. Так что ради такого дела поработал чуток санитаром леса, а заодно и размялся. Ради этой шелупони даже не пришлось доставать пистолет — абсолютно необученные молокососы попались.
Главная улица, как я абсолютно точно знал (карту посмотрел еще дома), выводила, помимо прочего, в порт. А в порту полно забегаловок, лучшее место, где можно получить сведения и о пограничниках, и о кораблях, которые из этого порта собираются выходить. Правда, кормят в таких заведениях хреновато, ну да я не зря еще в гостинице червячка заморил, обойдусь как-нибудь и без еды. Вот пить все равно придется, ну да и хрен с ним, перетерплю как-нибудь. Хотя, конечно, ту бурду, что там подают, не то что пить — на нее без содрогания смотреть-то невозможно.
А еще там можно нарваться, матросики — народ буйный, особенно когда несколько месяцев в плавании, а потом увидят землю, выпивку и доступных баб. Башню им при этом сносит капитально, и кому морды бить, становится абсолютно все равно. Любой неосторожный взгляд может оказаться поводом для хорошей потасовки. Вот, помню, как-то… Впрочем, это к делу не относится. Главное, соблюдать осторожность, а то никакая магия не поможет — в свалке все против всех получить кортик под ребро можно запросто.
Впрочем, в этот раз мне повезло. Заведение, в которое я попал, было «чистым». В смысле, матросня сюда не заглядывала — не по их карманам цены. А вот капитаны, штурманы и прочий авторитетный на море люд имелся в количествах, удовлетворяющих моим потребностям. Пили они, правда, до изумления, но при этом голов не теряли — чувствовался многолетний опыт. Как следствие, узнал я все, что хотел, но в гостиницу вернулся уже под утро. Завалился в комнату, прикрыл дверь — да около нее, на полу, и отключился, успев только сбросить сапоги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
