только тусклая аварийная лампочка освещала пространство, заставленное полками с продуктами.
Лиза опустилась на корточки, прижимая Эмму к себе, и только тогда заметила, что у металлической двери нет внутренней ручки.
Они в ловушке.
— Мама, — прошептала Эмма, прижимаясь к ней, — нам холодно будет?
Лиза обняла дочь крепче, чувствуя, как горячие слезы наворачиваются на глаза:
— Все будет хорошо, милая. Господь нам поможет.
Эмма подняла голову, и на ее лице мелькнула слабая улыбка:
— И Защитник с Сетом Гекко тоже.
Лиза кивнула, не в силах говорить, и просто держала дочь, прислушиваясь к царапанью когтей по другую сторону двери.
***
В кладовой для вещей дальнобойщиков было тесно и душно. Джесс сидела на перевернутом ящике, держа в руках бутылку виски, которую они нашли среди запасов. Рокси прислонилась к стене рядом с ней, ее лицо было бледным, но решительным.
— За Питти и Рэя, — сказала Джесс, поднимая бутылку и делая глоток. — Лучших братьев, который только могли быть.
Она передала бутылку Рокси, которая кивнула:
— И за Зака. Он был придурком, но моим придурком.
Джесс слабо улыбнулась:
— Расскажи о нем.
Рокси сделала долгий глоток:
— Зак? Он был полной противоположностью тому, что ты бы ожидала от парня в татуировках и с пирсингом. Знаешь, он плакал, когда мы смотрели "Красотку". Говорил, что это из-за аллергии, но я-то знала.
— Питти был таким же, — кивнула Джесс. — Строил из себя крутого парня, а сам каждое Рождество тайком оставлял подарки для детей в приюте. Не хотел, чтобы кто-то знал.
— А Рэй? — спросила Рокси после паузы.
Джесс вздохнула:
— Рэй был... сложным. Но он мог заставить смеяться любого. Даже в самые темные дни. У него был этот дурацкий анекдот про священника и кролика...
На другом конце комнаты Сет и Горец разложили на ящике найденное оружие и припасы, негромко разговаривая.
— Что мы знаем об оборотнях? — спросил Сет, перебирая ножи и арматуру. — Я имею в виду, реальных оборотней, а не киношных.
Горец задумчиво провел пальцем по лезвию катаны:
— Они существуют благодаря древнему проклятию. Не все из них злые по природе, но проклятие искажает душу, делает их более... животными. Особенно во время полнолуния.Ну это теоретически…
— Но сейчас не полнолуние, — заметил Сет, взглянув на часы. — Почему они трансформировались?
— Альфа, — просто ответил Горец. — Их вожак. Он обладает властью вызывать трансформацию у членов стаи в любое время. А его смерть... высвобождает дикую ярость во всех.
Рокси и Джесс подошли ближе, прислушиваясь к разговору.
— И что нам делать? — спросила Рокси, делая еще один глоток виски. — Ждать до рассвета? В фильмах они всегда отключаются на рассвете.
— Это верно для некоторых из них, — кивнул Горец. — Но не для всех. А у нас нет времени ждать.
Сет взял бутылку виски у Рокси и сделал большой глоток:
— Там под барной стойкой находятся мать с ребенком. Так что ждать мы точно не будем. — Гекко сделал ещё один смачный глоток и вытер рот рукой — Черт, хороший виски. Жаль, что не при лучших обстоятельствах.
— И не говори, — согласилась Джесс, вытирая пот со лба. — Здесь жарко как в аду.
— В аду холодно, — неожиданно сказал Горец. — Я был там. Или в месте, очень на него похожем.
Все уставились на него, но старик не стал развивать тему.
— Так, давайте соберем, что мы знаем, — Сет начал загибать пальцы. — Серебро их ранит, верно?
— Да, — подтвердил Горец. — Серебро, освященное оружие, огонь.
— А кресты? — спросила Джесс. — Как с вампирами?
— Не сам крест, а вера за ним, — ответил Горец. — Если ты веришь — он защитит.
— А как насчет "Американского оборотня в Лондоне"? — спросил Сет. — Там, помнится, чувак трансформировался без всякого полнолуния.
— И "Вой", — добавила Рокси. — Там они тоже могли превращаться когда угодно.
Джесс кивнула:
— А в "Серебряной пуле" Стивена Кинга они могли контролировать трансформацию.
— Кино часто ближе к истине, чем думают люди, — заметил Горец. — Истории о монстрах существуют не просто так. Они учат нас защищаться.
Сет обвел взглядом кладовую:
— Ладно, так что тут у нас есть, что может помочь?
Они начали перебирать вещи, находя странный ассортимент инструментов, оружия и бытовых предметов, оставленных проезжими. Сет выудил из кучи хлама модифицированную циркулярную пилу, напоминающую что-то из фильма ужасов.
— Что за черт? — пробормотал он, рассматривая устройство. — Это же... это как мини-пулемет, только стреляет лезвиями.
— Серебряными, — уточнил Горец, проверяя блеск металла. — Видимо кто-то был готов к встрече с нечистью.
Сет нацепил устройство на руку и повесил дополнительные лезвия на пояс, проверяя механизм запуска.
— Это лучше, чем ничего, — пробормотал он. — По крайней мере, можно держать этих тварей на расстоянии.
Рокси нашла старинный арбалет с серебряными наконечниками стрел. Она взвесила его в руках, прицелилась в невидимую цель.
— В колледже я занималась стрельбой из лука, — объяснила она, заметив удивленные взгляды. — Арбалет не так уж отличается.
Горец молча обмотал вокруг запястий и рук серебряную цепь с шипами, оставляя длинные концы свисать — самодельное, но смертоносное оружие.
Джесс взяла с полки пульверизатор, который, казалось, был наполнен серебристой жидкостью.
— Серебряная пыльца в святой воде, — сказал Горец, заметив ее взгляд. — Распыли это в морду оборотню — и у него будет очень плохой день.
Сет обвел взглядом их маленький отряд. Они были потрепаны, изранены, испуганы. Но в их глазах он видел решимость. Даже если эта ночь станет для них последней — они не сдадутся без боя.
Он поднял руку:
— Пусть руку поднимут все верующие, — и сам поднял свою, удивляясь собственному жесту.
Горец спокойно поднял руку. Джесс и Рокси переглянулись, но затем тоже подняли руки.
— С этих пор мы все верим в Бога, — сказал Сет тоном, не терпящим возражений. — Так как если есть оборотни, вампиры и кто знает какие еще долбанутые уроды, значит, есть ребята и на другой стороне. И нам сейчас нужно, чтобы они нам помогли.
Он провел рукой по волосам, оставляя на них следы крови:
— Сейчас мы с вами проговорим молитву, перекрестимся и двинемся туда как
