наш командир.
— Командир?
— Долго объяснять, — Марк лениво пожал плечами. — Давай сначала лучше закончим с твоей историей.
— Ладно, — я вздохнула, мысленно возвращаясь к тому дню. — Когда мы поняли, что врагов значительно больше, Вик сказал мне бежать в лес, мол, он сам со всем разберётся. И я правда собиралась убежать, но не смогла. Совесть, чтоб ее. Так что мне ничего не оставалось, кроме как вернуться и помочь ему. Дальше рассказывать нечего, потому что меня почти сразу подстрелили.
— Вик сказал, что тебе глупо было возвращаться.
— Может и так, — я пожала плечами. — Но тогда он вел себя как настоящий идиот. Я даже не могла допустить мысли о том, что этот парень умеет здраво думать.
— И даже очень, — кивнула Тея. — Хотя то, как он притащил тебя в лагерь вызывает вопросы. Как я уже говорила, новые люди тут появляются крайне редко. Чаще всего они приходят сюда по рекомендации Вика или его лучшего друга, которого сейчас нет в лагере. И это почти всегда люди, отличившиеся чем-то на своем поприще и имеющие хорошие послужные списки. Если тут появляется новичок, это становится целым событием. И, как правило, мы знаем об этом заранее.
— К чему такое долгое вступление? — уточнила я у Теи.
— Ты просто должна понять, насколько абсурдна сама мысль, что строений человек может забрести в наш лагерь. Вик же просто внес тебя на руках через центральный вход. На глазах у всех.
— Раньше он никогда не приносил раненых в лагерь, — подтвердил Марк.
— Когда он вошел с тобой на руках, то с минуту все молчали от изумления, — продолжала Тея. — Мы стараемся быть достаточно скрытными, чтобы о нас никто не знал. И эти правила устанавливал сам Вик. В общем, пока он стоял с тобой на руках, все пялились на него в немом изумлении. Вик же с ходу начал кричать, чтобы ему привели доктора. Затем он отнес тебя к себе, а не в медпункт, как-то положено. Мы понимали, что происходит что-то неправильное, но никто не захотел вмешаться. У него тогда было… не самое лучшее настроение. В любом случае, — девушка глубоко вздохнула. — Вик сам нарушил свои же правила. Поэтому все подумали, что вы, по крайней мере, очень близки. Это бы многое объяснило.
— Но я вижу этого человека впервые в жизни, — мне показалось, что про случай со взрывом в подземке лучше не упоминать.
— Тогда это более чем странно, — заключила Тея. — Знаешь, многие сейчас строят догадки о природе ваших отношений. Но не слушай ни слова из того, что тебе говорят. Вик редко идет на поводу у эмоций. И вот мой небольшой совет: раз он взял тебя с собой, значит в тебе есть что-то важное. Он хороший человек, но постарайся не принимай его порыв за доброту сердечную.
— Ладно, — я сцепила руки в замок. — Просто не верить всему, что говорят. Это несложно. Но тогда расскажите мне, во что я вообще влипла? Что это за место?
— Разве Вик не сказал?
— Он лишь сообщил, что ты посвятишь меня в курс дела.
— Еще одна прекрасная история. Давай, расскажи ей, Тея, — Марк снова похлопал девушку по плечу, а затем поднялся и направился в сторону палаток.
— А ты не хочешь помочь мне? — спросила она у него.
— Твоя обязанность — не моя, — крикнул парень на ходу и вскоре скрылся из вида.
Тея некоторое время смотрела ему вслед. Затем она снова поправила свои волосы и сложила руки на столе, словно первоклассник. Только позже я поняла, что это являлось ее неотъемлемой частью. Когда Тея волновалась и пыталась сосредоточиться, она начинала вести себя более официально. Девушка всегда старалась отряхнуть одежду или поправить волосы, выпрямиться или свести руки в замок. И, вероятно, весь этот ее ритуал смотрелся бы куда внушительнее, если бы не маленький рост и худощавое телосложение, которые вкупе с такой привычкой выдавали в ней маленького испуганного ребенка, нежели взрослую женщину.
— Я все еще жду продолжения, — пришлось напомнить ей о своем присутствии.
— Собственно, ты знаешь уже большую часть. Мы являемся чем-то вроде независимого военного отряда.
— Независимого от кого?
— От всей регулярной армии. У нас совершенно другие цели и задачи. Так, например, мы никогда не принимаем участия в прямых столкновениях. Открытые боевые действия не наш конек.
— Но тогда чем вы занимаетесь? Разве не из этого состоит война и сама победа?
— Совсем нет, — она покачала головой. — В наши задачи входит специальная разведка, отдельные миссии, рассчитанные на устранение… некоторых преград. И мы, как бы это сказать, используем совершенно другие методы.
— Другие методы?
— Это сложно объяснить так сразу. Ты знаешь, что вся армия полиса состоит из структурных подразделений. Большая схема того, кто кому должен подчиняться, и кто за что должен отвечать. Но мы — совсем другое дело. Наша команда работает только по приказам Совета, напрямую. Именно от них мы и получаем финансирование. Но и сфера нашей специализации не ограничена. Иногда мы добываем необходимую информацию через шпионаж, иногда проводим разведку в регионах, принадлежащих другим полисам. И вся эта работа, так или иначе, служит единственной цели — собрать достаточно информации и сил, чтобы нанести стратегически важные удары противнику.
Она сделала паузу, чтобы перевести дыхание.
— Но почему вы существуете так скрытно?
— Ценная информация имеет свойство быстро просачиваться: если кто-то из наших узнает, что мы существуем и какого рода информацией обладаем, то это, рано или поздно, стало бы известно и врагу. От таких сразу избавляются. Поэтому и мы стараемся минимизировать распространенность о нашей деятельности. Такое условие поставил Вик, чтобы обеспечить нам хоть какую-то безопасность. Он сам тщательно выбирает людей, которые будут тут служить и устанавливает правила внутри лагеря, сам курирует все дела и передает информацию.
— Мне… надо найти одного человека. Вик сказал, что тут у меня гораздо больше шансов сделать это.
— Думаю, так оно и есть. Через нас проходит гораздо больше данных, чем через обычную армию. Плюс мы часто знаем обо всех их перемещениях. Так что попытаться можно.
Что-то мне во всей этой истории не давало покоя, что-то явно не складывалось. Я нахмурилась, пытаясь привести мысли в порядок. Получается, об их существовании знают отдельные лица. И, если все так строго, то получается…
— Но вы подобрали меня, — я медленно перевала глаза на Тею. — И теперь просто так рассказываете о том, как тут все устроено. Разве это не противоречит вашим правилам?
— А ты думала, что Вик так просто тебя отпустит?
От затылка и вниз по шее пробежали
