из его невозмутимого характера.
— Значит, — сказала я, поправляя на себе толстовку, чтобы она хоть немного прикрывала плечи и грудь. — Ты и раньше был военным.
— С чего ты взяла? — его лицо все так же выражало полное спокойствие.
— Твои руки. До войны ты явно не на грядке копался.
— Совсем неплохо, — Вик снова кивнул, и я снова не знала о чем конкретно он говорит. — Теперь я еще больше хочу, чтобы ты вступила в мой отряд.
— Все из-за платья, да?
— А как сама думаешь? — и он улыбнулся.
— У меня ведь нет другого выбора, не так ли? Тея сказала, что вы не можете просто так отпустить людей, которые знают о вас. Это было несправедливо с твоей стороны лишить меня права выбора таким способом.
— Ты прекрасно знала, к чему все идет. Полагаю, что ты стала слушать не из праздного любопытства. Уже тогда какая-то часть тебя приняла решение, что мы нужны тебе. В конце концов, тебе никто насильно не заливал в уши информацию об этом месте.
— А что, если я сейчас возьму и откажусь от твоего предложения? Что будет со мной тогда? Вы меня убьете?
Вик вдруг тихо рассмеялся. Достаточно смешливый товарищ, учитывая специфику его работы.
— Будем считать, что тогда, на поле, ты спасла мне жизнь. Было бы несправедливо тебя убивать только за то, что ты знаешь немного больше положенного. Так что, если откажешься, мы просто поставим тебя под командование одного близкого знакомого из регулярной армии, который в курсе наших дел. Но вернуть тебя домой или пустить в свободное плавание уже не выйдет. Надеюсь, что ты это понимаешь.
— Но мы ведь квиты, верно? Разве этот факт не снимает с тебя обязательство заботиться о сохранности моей жизни?
— Ты про то, что я принес в тебя в лагерь? Признаю, не совсем честно с моей стороны, но и выбора ты мне тоже не предоставила.
— Ты прекрасно понимаешь, что я говорю о другом!
Он смолк и опустил глаза. С минуту мне казалось, что Вик просто потерялся в своих мыслях, но потом на лице резко заходили желваки. Парень резко вздохнул, будто решив что-то про себя, а затем резко поднял на меня взгляд.
— Ты единственный человек… — вдруг сказал он севшим голосом.
— … которого ты смог спасти, — закончила я за него фразу. — Помню эти слова.
Вик слегка опустил голову вниз так, что его глаза скрылись под челкой пепельных волос. Мне показалось, что это из-за переживания, но затем парень так же медленно, едва заметно, приподнял голову. Это был короткий кивок. Он тоже помнил слова, произнесенные им когда-то давно.
— Если переживаешь, что осталась у меня в долгу, то можешь расслабиться. Обычно, когда я спасаю людей, у меня нет никакого желания потом самолично лишать их жизни или превращать существование в ад на земле. Но, надеюсь, ты поймешь, что я не могу рисковать безопасностью всех своих ребят и своей работой только ради одного человека. У меня правда нет альтернативы для тебя.
— Знаешь, — я заправила за ухо прядь теперь слегка влажных, едва начинающих завиваться волос. — Мне казалось, что ты умер в тот день. Я чувствовала вину за то, что смогла выжить, а ты — нет. Мы ведь стояли совсем рядом. Но теперь мне стало гораздо легче. И все же, как ты там оказался?
— Информация тогда поступила к нам слишком поздно, — Вик снова глубоко вздохнул. — Нас проинформировали о планируемых в полисе атаках, но мы не успели предотвратить все. Я знал, что времени не практически не осталось, но все равно побежал туда, в надежде успеть. Но потом…
— Что произошло потом?
Вик снова посмотрел на меня тем же взглядом, что смотрел утром. Он будто бы задал немой вопрос и сейчас пытался найти ответ в моих глазах. Но, чтобы он там не искал, этого просто не существовало.
— А что ты сама помнишь о том дне?
— Я увидела тебя, а потом в голове будто вспыхнул яркий обжигающий свет. Затем почувствовала, что кто-то схватил меня за запястье во время взрыва, — либо сыграло мое воображение, либо мне показалось, что Вика разочаровал ответ.
— Да, ты… права. Во время взрывной волны мне, кажется, удалось схватить тебя и повалить на землю.
— Но как ты сам не пострадал?
— Годы тренировок, — я почувствовала, что он снова уклоняется от ответа. — Только вот, это все равно не помогло предотвратить взрыв.
— Спасибо тебе, — неожиданно для себя сказала я. — Несмотря ни на что, ты все же спас меня.
— Удивительно, правда? Я спасаю девушку, а через некоторое время встречаю ее на поле боя и снова спасаю, — теперь Вик уже улыбался, а градус напряжения постепенно снижался.
— Ну, мне не сидится на месте.
— Это я уже успел заметить.
— Ладно, — я поднялась с кровати и теперь стояла буквально в одном шаге от него. — Полагаю у меня нет другого выхода, кроме как принять твое предложение.
— Ты точно уверена в своем решении?
— Если я сказала это тебе, значит уверена. Но у меня будет одно условие: ты должен позволить мне использовать всю имеющуюся информацию для того, чтобы я могла найти своего друга.
— Мы ведь с тобой это уже обговаривали, разве не так?
— Да, но я хочу кое-что добавить к нашему прошлому договору.
— Разве это честно, так увеличивать свои требования?
— Сначала дослушай. После того, как я найду своего друга, ты должен будешь отправить его домой, ладно?
— Хорошо, — сказал Вик, поднимаясь на ноги. — На этом и договоримся.
Он протянул мне свою ладонь для рукопожатия и, не говоря больше ни слова, вышел из моей комнаты тихо прикрыв за собой дверь. Странно было осознавать, что до этого он болтал без умолку, но, как только достиг своей цели, то попросту развернулся и ушел. Я в который раз за день почувствовала себя использованной, однако сил злиться не оставалось совсем. С таким настроением я легла спать в тот день, а на другое утро у меня началась новая жизнь.
Глава 11
Когда я открыла глаза на следующий день, солнце еще даже не взошло. Вставать с рассветом до войны казалось чем-то тяжелым и почти невыполнимым. Я помню, как с трудом отковыривала себя с кровати сначала в школу, потом в университет, затем на работу. Теперь же я не могла спать много, даже если это позволяло время. С началом войны пришел страх, что пока я вижу сны, в реальности может произойти нечто ужасное. А после того, как на нашу базу проникла та
