за нами захлопнулась дверь квартиры, мы выдохнули. Наконец, мы только вдвоем. Меня не интересовало, что он сказал Римме, в конце концов, это она его у меня отняла, а не наоборот. Целоваться мы начали уже в прихожей, не в силах дойти до комнаты. В это время мне показалось, что все, как прежде, словно и не было этого рокового года разлуки. Сердце колотилось, как бешенное, меня бросало то в жар, то в холод. Казалось, если я буду держать Алексея крепко-крепко, то он никуда не исчезнет. Не знаю, что думал он, но объятий не разжимал.
– У нас меньше трех часов, – уточнила я хронометраж, краем глаза заметив циферблат ходиков.
Алексей расценил эту фразу, как руководство к действию, на что я, с усмешкой, сказала:
– А я-то уж думала, что наш роман так и останется самым платоническим в истории.
Я не буду описывать время до 11-ти ночи, но я никогда его не забуду. Я лишний раз убедилась, что наша совместимость была идеальной. Было все: и радужные всполохи, и удивительное сплетение душ, и бабочки в животе. Запах и цвет тела, руки и губы этого мужчины притягивали меня как магнитом. Эти три часа я трепетно храню в потайном закутке глубоко в груди.
Уже прощаясь, не в силах оторваться от любимого, я спросила:
– Когда мы увидимся завтра?
На что Алексей, спрятав лицо в моих волосах, тихо ответил:
– Ты мне не поверишь, но завтра утром я уезжаю в командировку. Наводнение в Краснодарском крае на реке Адагум под Крымском. Много пострадавших. Сегодня пришел вызов. Вернусь неизвестно когда. Поверь, мне ни с кем никогда не было так хорошо, как с тобой. Но видно, не судьба. Словно злой рок какой-то не дает нам быть вместе.
Мне надо было бы на него обидеться, но времени на это совершенно не было. Я просто обхватила мужчину за шею и, поднявшись на цыпочки, крепко поцеловала в губы.
– Я буду за тебя молиться. Все равно, мой ты или не мой, но я тебя люблю. Я никого в жизни еще так не любила. Судьба с нами несправедлива. Я уверена, мы бы что-нибудь придумали…
Он не дал мне договорить, закрыв рот поцелуем. И я почувствовала, что щеки его мокры от слез.
Но подруга и мальчики должны были вот-вот вернуться, и нам пришлось отпустить друг друга.
– И я тебя люблю, как никого никогда не любил. Прости, что так получилось, – сказал мужчина на прощание, и быстро побежал по лестнице вниз.
– Не прощу. Ты все решил за нас обоих. А мог дать нам шанс быть вместе.
Не знаю, услышал ли он мои слова.
Этой ночью мое Тело пело, но в последующие ночи я много наслушалась от него. Мы с Телом вели нескончаемые диалоги длинными бессонными ночами:
– Ты обижаешься на меня, говоришь, что я не прислушиваюсь к твоим потребностям, но, что я могла сделать? Он сам все решил.
– Ты могла бы сказать ему сразу, что тебе не нужны шампанское, рестораны и корзины цветов. Он принял тебя за другую, но ты промолчала. И он остался в неведении.
– Да, ты право, но я же тогда это не сказала. И исправить уже ничего было нельзя. Он был в Приморске, а я дома.
– Конечно, ты же сидела в обиде. А могла зимой купить билет, приехать в Приморск, разыскать Алексея и остаться с ним. Но ты ничего этого не сделала.
– Не сделала… Но этот мужчина все решения принимает сам. Не факт, что мой приезд что-нибудь бы изменил.
– Ты ничего не сделала, а я теперь я мучаюсь,– жаловалось Тело.
Я горько сожалела.
Море мне стало безразлично, теперь мы стали ходить на дальний пляж. Спасательная станция без моего спасателя вызывала у меня слезы. Владик все понимал и ничего не спрашивал. Даже с Мариной мне тяжело было говорить о произошедшем. В один из вечеров мы с ней, уложив сыновей, выпили "Массандры", и Маринка сказала:
– Одно я знаю точно: все в жизни меняется. Сегодня проблемы есть, и они – не решаемы, а завтра они уходят. И я знаю, как тяжело жить с нелюбимым человеком. Поэтому посмотрим, что будет потом.
И, поразмыслив, я с ней согласилась. Все-таки я осталась в выигрыше:
Во-первых: у меня был головокружительный роман с чудесным мужчиной, о котором я не могла даже мечтать. А мог бы и не случиться. Я узнала, что же такое – любовь. Теперь я слышу свое Тело. Попутно внимание этого мужчины подняло мою Самооценку.
А во-вторых: никто не знает, что будет завтра.
P.S. Теперь мы ездим в Турцию и Эмираты.
Но, у Алексея есть мой адрес.
