если надумаешь, окей?
– О чем это она? – спрашивает Ирис, когда Лаура уходит.
– Да так, наши дела, – отвечает Эрин. – Ничего интересного.
Ее слова звучат так уверенно, как никогда раньше. Если бы она захотела, Эрин могла бы собрать стадион и во всеуслышанье объявить, что она марсианка, и люди бы ей поверили. Но Ирис не проведешь – она видела Хану в водовороте образов Эрин, и Хана плакала. Ирис никогда не видела подругу настолько грустной, и Эрин тоже. Это даже не воспоминание, а предчувствие… Эрин что-то замышляет, и это «что-то», вероятно, очень расстроит Хану.
Что ж, сперва ей придется иметь дело с Ирис.
У нее все еще кружится голова после путешествия в мысли Лауры и Эрин, да так сильно, что Ирис не осмеливается его повторить. Но она обязательно выяснит, что они задумали.
– О, и кстати! – вскрикивает Хана, глядя на Луну. – Если Габриэль спросит, мы помогаем твоей бабушке вязать одеяло с Кэти Перри.
От неожиданности Луна начинает кашлять, поперхнувшись воздухом.
– Что?!
– Я же говорила, они соседи. Его мама видела, как мы несколько раз заходили в подъезд, и он начал задавать вопросы… А так как мы не можем сказать правду, ну, это было первое оправдание, которое пришло мне в голову.
– Серьезно? Первое, что пришло на ум, – это одеяло с Кэти Перри?
– Ее новая песня крутилась у меня в голове!
– А зачем моей бабушке такое одеяло?..
– И он поверил? – вмешивается Ирис.
– Еще бы…
– С ума сойти… – бормочет Эрин, закатывая глаза.
– Я же замечательная актриса! Он бы поверил во что угодно!
– А я до сих пор не могу поверить в то, что Нора еще не вышла… – ворчит Луна.
– Мне кажется, все остальные уже ушли вместе с Лаурой, – говорит Эрин, окидывая взглядом полупустой спортивный зал. – Пойдемте поищем ее.
Она толкает дверь и входит в маленький вестибюль, где пахнет сыростью и дезодорантом для ног, и, миновав мужскую раздевалку, без колебаний входит в раздевалку для девочек.
Нора стоит посреди комнаты, окруженная длинными скамейками, на одной из которых лежит ее полуоткрытая спортивная сумка. Она уже успела переодеться в хлопковую футболку, но до сих пор оставалась в спортивных шортах и одном кроссовке.
– Ты все еще здесь? – недовольно спрашивает Эрин, заметив, что та только наполовину переоделась.
– Ты что, всю одежду сшила с нуля? – добавляет Луна, скрестив руки на груди. Нора смотрит на них в упор, и ее огромные голубые глаза не выражают никаких эмоций.
– Ты в порядке? – говорит Хана, но та не отвечает – продолжает смотреть на них. Эрин делает несколько шагов вперед, и по спине Ирис пробегает холодок, когда Нора медленно поворачивает шею к подруге.
У Ирис все еще кружится голова, но она осмеливается проникнуть в мысли Норы. К сожалению, это все равно что оглядываться по сторонам в темной комнате. Нора продолжает наблюдать за ними в жуткой тишине. Ирис трансформируется и вновь пробует прочитать, что происходит у нее в голове.
– Что ты делаешь? – за спиной раздается голос Эрин.
Но Ирис даже не оборачивается на нее. Вся ее сила направлена на мысли Норы, и на этот раз, когда диадема легонько щекочет ее лоб, ей удается проникнуть внутрь ее разума… и встречает ответный взгляд Эрин, смотрящей через глаза Норы. Эрин, Эрин, Эрин и рука, которая тянется к ней.
– Эрин, не трогай ее! – кричит Ирис.
Но уже слишком поздно. Эрин замирает в нескольких сантиметрах от Норы, но та сама протягивает руку и хватает ее за запястье. Едва коснувшись подруги, Нора исчезает, и на ее месте появляется вторая Эрин, бросая пустой взгляд на Эрин настоящую.
Эрин
После вполне объяснимого замешательства (что естественно, если на твоих глазах лицо лучшего друга превращается в твое собственное) Эрин довольно быстро осознает, что ситуация вышла из-под контроля.
Двойник все еще удерживает ее за руку, и девочка, недолго думая, трансформируется – в ответ вторая Эрин, пронизывающая ее взглядом, в одночасье меняет свой внешний вид. Впервые выдав хоть какую-то эмоцию, она слегка выгибает шею и оглядывается вокруг, как удивленный карась. Эрин не может упустить эту возможность, и ее свободная рука резким, как молния, движением вырывает вторую руку из цепких лап клона. Она хватает противницу за пуговицы на воротнике костюма, но та продолжает рассматривать ее с растерянной медлительностью.
– Если уж ты решила притвориться мной, то хотя бы убери это тупое выражение лица, – говорит Эрин, не сводя глаз со своего двойника.
Две вспышки освещают стены – сиреневая и желтая: Луна и Хана тоже трансформировались.
– Еще один оборотень, – говорит Луна. Она подходит к Эрин, крепко сжимая свой посох. – И этот сильнее, чем первый…
– Разве сейчас это имеет значение? – рявкает Эрин, тряся своего двойника за воротник костюма. – Где Нора?
Лицо другой Эрин остается таким же озадаченным, как и лицо Уго, когда он пытался помочь ей с домашкой по химии. Настоящая Эрин снова кричит на клона, но это больше похоже на разговор с пробиркой. Она поднимает мутанта в воздух и продолжает трясти, но взгляд аберранта безучастно скользит вниз по ее руке, словно анализируя сложное движение, которое она только что сделала, пока не замечает пульсирующий и источающий красное свечение рубин.
Клон запрокидывает голову, медленно (очень медленно) моргает и протягивает руки к собственной шее, которую сжимают пальцы Эрин. Хватка сильна, но аберранту все же удается высвободиться и отбросить защитницу в сторону со сверхчеловеческой силой («С моей сверхчеловеческой силой!» – возмущается Эрин), и через долю секунды он превращается в пятно света, движущееся с космической скоростью.
– Не упустите его! – Эрин пытается предупредить, отлетая назад.
На самом деле она успевает произнести лишь: «Не упу…!»
Ее слова обрываются, когда она врезается в Ирис, сбивая ее с ног, как кеглю в боулинге, и они вдвоем падают на одну из скамеек. Вряд ли это выглядело очень элегантно. Зато как унизительно.
Эрин быстро поднимается и уже видит, как Луна стучит по полу концом своего посоха. Линолеум слегка потрескивает – такой звук обычно доносится из осиного гнезда или от шушукающейся кучки хейтеров – и за спиной Луны вспыхивает сиреневый ореол, охватывающий все пространство от пола до потолка.
– Все под контролем. Так он вам ничего не сделает. Найдите этого гада.
Эрин никогда этого не признает, но решимость в глазах Луны откровенно пугает. Выпутавшись из рук Ирис, она осматривает комнату. От аберранта не осталось и следа…
– Я нашла! – из задней части раздевалки раздается крик Ханы. – И Нора здесь!
Оставив Луну присматривать за дверью, Эрин и Ирис бегут на голос, перепрыгивая через перегородку, отделяющую основную комнату от душевой. Там душно и влажно, а комары за считаные секунды окружают Эрин, как надоедливые дети на празднике. Душевые разделены небольшими перегородками с орнаментом из оранжевой и белой
