касаюсь её талии, хотя всё, что мне хочется сделать сейчас, это резко переместить руку выше на грудь, накрыть ладонью, нащупать сосок и… Дальше ты нужна мне вся.
— Спасибо. — Её резкий поворот, и я — еле-еле успевший подтереть повисшую слюну.
— Всё для тебя, детка, — добавляю я последнее слово шёпотом, но так, чтобы она могла услышать.
На смущённом личике видна борьба двух эмоций: принять комплимент или отвергнуть. И она его… принимает, безуспешно пряча улыбку и почти незаметно кивая.
Русалочка, один шаг, всего один…
«Не торопись, Алекс», — осаживаю я себя.
Не тот случай.
Но, чёрт, как же трудно быть рядом, чувствовать её тёплый пьянящий аромат, знать, что одно движение — и она прямо сейчас может стать моей.
Может, но всё ещё не хочет.
А я мечтаю, чтобы хотела до безумия, до дурманящего наваждения быть со мной…
Выпадаю из параллельной реальности, где у нас уже всё было, из-за грёбанного звонка телефона.
Ого, а они быстро!
Ты это точно оценишь, детка!
Глава 16
Аня
Непривычно.
Более того… ещё и… приятно.
Роюсь в памяти в поисках чего-то подобного, а в ответ лишь глухое эхо мрачной пустоты.
Глеб перехватил меня перед самым окончанием колледжа — растерянную и слабо представляющую, как жить дальше.
Не было ни страсти, ни нежности, но был образ надёжного мужчины, который, как каменная стена, укроет, убережёт, станет опорой. Я же, в свою очередь, создам дом его мечты.
Тогда мне казалось, что в нашем случае любовь — всего лишь вопрос времени, что мы придём к ней через взаимоуважение…
— Анечка, — радостно щебечет Вера Фёдоровна из телефона, плотно зажатого между моей щекой и плечом, — с этой стройкой сегодня все планы поменялись. Чем вы там занимаетесь? Алекс у вас? — в её голосе проскальзывает какое-то тёплое умиление.
— Нет, занёс молоко и ушёл. Кажется, звонил кто-то из его знакомых.
— Ясно. Домой тоже не зашёл, а это значит, до вечера. Бери Даню, и идём ко мне.
— Вера Фёдоровна, так ведь рано ещё для занятий, и у меня тут рыба.
— У меня тоже. Толя сказал, что Алекс поучаствовал. Анечка, золотце, ты очень хорошо влияешь на моего внука.
— Вера Фё-о-одоровна…
— Ничего не знаю. Рыбу в морозилку, сделаем сегодня у нас на гриле. Вчера суматошно получилось, давай устроим спокойный семейный вечер, — просит она, и я не могу отказаться, потому что безумно люблю эту непередаваемую атмосферу вечерних посиделок.
Отголосок из детства и подарок судьбы сейчас.
Вот только… Алекс.
— Всё, жду! — не даёт мне придумать адекватную причину для отказа моя чересчур деятельная соседка.
Полчаса, Вера Фёдоровна с Даней погружаются в стихию дошкольной подготовки, а я обхожу её владения, выполняя обязанности, которые сегодня пропустила из-за позднего подъёма.
Никогда бы не подумала, что можно получать столько удовольствия от простых бытовых дел.
Дома Глеб перепроверял всё по сто раз и всегда находил, к чему придраться.
Последние пару лет я мысленно спорила сама с собой, делая ставки на то, что не понравится ему в очередной раз. И он не разочаровывал, всегда находя новые, часто абсурдные поводы для претензий.
Поднимаю руки вверх, потягиваясь от удовольствия и ловя согревающие лучи потихоньку клонящегося к закату солнца.
Бабулечка, спасибо тебе, что оставила мне не только домик, но и возможность передохнуть здесь и подготовиться к новой жизни.
И за людей… которые оказались рядом.
Быстро смахиваю слёзы, замечая Анатолия Степановича, идущего прямо ко мне.
— Ну, всё, Анют, работу принял. Хорошие ребята, и сделали всё на совесть, осталось установить дверь, но это уже завтра.
— Анатолий Степанович, но ведь это точно не за их счёт?
— Ты же слышала, единый архитектурный ансамбль, — лукаво улыбается он мне в ответ. — Пошли, Вера с Даней уже тоже закончили, а я гриль приготовил.
— Идёмте, — загоняю я переживания на дальний лужок, чтобы не портить ими такой прекрасный вечер. Потом. — Я сейчас сбегаю домой. Совсем забыла, у меня же сливовый морс! И сразу за гриль.
— Стой! — перехватывает он меня на низком старте. — У Веры там и так напитков хоть отбавляй, поэтому, Анечка, сегодня можно без него, а вот завтра с удовольствием попробуем, можно будет с собой на озеро взять.
— На озеро?
— Ну так мы же сегодня, пока рыбачили, у Дани возможности поплавать всласть не было, ну я и пообещал завтра сходить. Ты же не против?
— Нет, — подтверждаю я своё согласие.
— И ты с нами! Завтра прямо пекло обещают.
— Я не…
— Всё-таки наше озеро — сказка, ни секунды не пожалел, что обосновался здесь, — перебивает меня Анатолий Степанович, увлекая за собой в сторону дома.
И опять восхитительный вечер, наполненный ароматами еды, цветов, свежести и счастья. С одним-единственным недостатком…
Алекс так и не появился. Но, видимо, предупредил бабулю, потому что Вера Фёдоровна ни разу за всё это время о нём не вспомнила.
Дела? Более интересное времяпрепровождение?
Его право. Всё-таки отпуск.
— Дань, ты умываться и спать, — даю наставления сыну по дороге домой. — Ты же сегодня встал ни свет ни заря и днём не поспал.
— Мам, ну я же уже взрослый. Мне необязательно. И я тебе с огородом помогу.
— Сегодня не нужно. Я быстро всё сделаю, а вот завтра не забудь, у нас охота на малину с самого утра, пока не разбежалась.
— Я помню, мам. А потом на озеро, да? Алекс так классно плавает! Я тоже так хочу! И вырасти таким же большим и сильным.
— Ты у меня уже и так большой и сильный, — чмокаю я сына в макушку, слегка его приобнимая, — но вырастешь ещё больше!
— Да! И нам не будет страшно! — Даня крепко сжимает мою ладонь и прижимается к бедру, но внезапно вскрикивает: — Ой, мам, а что это?!
А это наша веранда…
Внезапно увеличившаяся в размерах.
«Это как вообще?» – открываю и закрываю рот я, словно рыба, оставшаяся на берегу после отлива.
Да, веранда, но не наша…
Единый архитектурный ансамбль, говорите?
Сын, в отличие от меня, не теряет времени, залетает внутрь, моментально обнаруживает выключатель и включает свет.
Так…
Мамочки…
Блин…
Но это же…
Я опираюсь на новенькую стенку, чтобы не грохнуться на пол.
Вдох—выдох, вдох—выдох.
