слабые очертания манящей женственности сквозь подол.
— Мне жаль, если тебе не нравится, как я выгляжу, — жестко отрезала Надия, явно неправильно истолковав его взгляд. — Но брюки не подходят — они все время спадают.
Ее мягкий голос заставил Раста понять, что он пялится на нее, как школьник. Быстро подняв взгляд, он посмотрел ей в глаза.
— Не будь дурой, — грубо сказал он. — Ты выглядишь… хорошо. И не беспокойся о брюках. — Он забрал их и бросил в свою комнату, прямо напротив. — Я, э-э, лучше пойду проверю звездные карты.
— Подожди… — От ее мягкого прикосновения к плечу Раст вздрогнул. Она сразу же отпрянула, на ее лице застыла обида. — Прости меня. Я не хотела… прикасаться к тебе, раз ты не желаешь моих прикосновений.
Невинность и боль в ее глубоких голубых глазах тронули его. Она не виновата в его безумных чувствах, напомнил он себе. Надия была невинной — девственницей. Она не понимала, насколько желанна, и, вероятно, не представляла, какой эффект производит на него, просто находясь рядом.
Раста терзали сомнения. С одной стороны он считал, что лучше оставить все как есть. В конце концов, что хорошего он мог бы сделать, если бы признался, как сильно ее желает? Командор Сильван ясно дал понять, что она недоступна. Если бы сказал ей, что сгорает от желания, это только осложнило бы их отношения. Но с другой стороны, взгляд ее глаз разрывал ему сердце. Можно ли дать ей понять, какой красивой он ее считает, не признаваясь при этом, как отчаянно ее хочет? Раст надеялся на это.
— Мне жаль, — повторила Надия, отворачиваясь. — Я пойду прилягу на кровать, а ты можешь идти изучать карты.
— Нет, подожди, — Раст взял ее за руку. — Это я должен извиняться.
— За что? — обернулась Надия и нахмурилась.
Раст вздохнул и провел рукой по волосам.
— За то, что избегал тебя. За то, что держал тебя на расстоянии все это время, когда мы должны были вместе готовиться к тому, что ждет нас на Транк Прайм. За то, что… за то, что не сказал тебе, что я на самом деле чувствую.
Ее дыхание, казалось, участилось, а щеки порозовели.
— Что ты имеешь в виду? Что… что ты на самом деле чувствуешь?
— Пойдем, — Раст потащил ее в маленькую гостиную, расположенную напротив отсека для приготовления пищи. — Нам лучше сесть, если мы собираемся поговорить.
Глава 10
Надия не могла поверить, что у них, наконец-то, состоится настоящий разговор — разговор, инициатором которого стал сам Раст. Но что именно он собирается сказать? Сердце гулко колотилось, когда она села рядом с ним на крошечное плюшевое кресло, которое едва хватало для двоих, — особенно когда один из них был таким крупным и мускулистым как Раст.
Он устроился напротив и взял ее руку в свою.
— Я был несправедлив к тебе, Надия, — сказал он, смотря прямо на нее. — Я избегал тебя, старался держаться на расстоянии, не разговаривал. Но не по той причине, о которой ты думаешь.
— Что?… — начала Надия, но Раст покачал головой.
— Пожалуйста, просто… дай мне закончить. Ты почему-то думаешь, что мне не нравится, как ты выглядишь, что я не хочу видеть тебя или прикасаться. — Он слегка коснулся ее щеки кончиками пальцев. — Надия, милая, ничто не может быть настолько далеким от истины
Сердце Надии, казалось, остановилось в груди.
— Что… что ты хочешь сказать? Ты что-то чувствуешь ко мне?
— Больше, чем что-то. И чертовски больше, чем следовало бы, — рассуждал Раст мрачно.
— Значит… я тебе не противна?
— Что, черт возьми, заставило тебя так думать? — нахмурился он.
— Из-за того, как я обращалась с тобой раньше, когда ты не верил в мой дар. — Надия посмотрела на их соединенные руки. — Я кричала на тебя… дала тебе пощечину…
— Я заслужил все это и даже больше, — твердо ответил Раст. — Я вел себя как ублюдок — я не виню тебя за то, что ты обижалась на меня.
— Но я… я заговорила о твоей сестре. Джесси… И думала, что ты, вероятнее всего, предпочел бы не вспоминать о ней…
— Но это совсем не так. — Раст сжал ее руку. — Ты не представляешь, сколько лет я мечтал поговорить о ней. Хотелось, чтобы был тот, кто смог меня выслушать.
— Правда? — Надия с сомнением посмотрела на него. — Но твои родители — ты же говорил, что это запретная тема в их доме, но неужели они действительно никогда даже не упоминали о ней?
Раст горько рассмеялся.
— Всякий раз, когда я пытался поговорить о Джесси, моя мать только хмурилась и говорила, что это не вежливая тема для разговора. — Раст явно задумался о чем-то. — А я то считал её своей матерью, — пробормотал он.
— Ты о чем? — спросила Надия, но он покачал головой.
— Неважно. Мы отклонились от темы — очень далеко от темы. Дело в том, что я относился к тебе так, как мои родители относятся ко всему, что хотят замять. Я избегал тебя, потому что это было легче сделать, чем признать, что чувствую. Что думаю.
Сердце Надии стучало так сильно, что она слышала его биение у себя в ушах.
— Что… что ты думаешь?
Раст посмотрел ей в прямо глаза.
— Я думаю, что ты прекрасна, Надия. Точнее, чертовски красива. И, пожалуйста, не думай, что я не хочу прикасаться к тебе — хочу. Э-э… — он прочистил горло. — Надеюсь, это не заставит тебя чувствовать себя неловко.
Прикусив губу, Надия покачала головой.
— Нет, я не против. Это лучше, чем думать, что я тебе не нравлюсь.
Раст засмеялся и покачал головой.
— У меня бы никогда даже мыслей подобных не возникло. Ты действительно не представляешь, насколько красива?
Щеки Надии стали горячими.
— Мне никогда не говорил об этом мужчина, если ты об этом. Й'дексу всегда было интереснее говорить о себе.
Раст казался рассерженным.
— Подобные парни все такие. Он эгоистичный ублюдок — и недостоин тебя.
— Жаль, что мои родители не видят этого, — вздохнула Надия. — Я так рада, что ты бросил ему вызов ради меня. Ты не знаешь, какие кошмары мне снились, когда представляла, какой будет моя первая брачная ночь, если он станет моим партнёром.
— Этого не случится, — мрачно возразил Раст. — Тебе не придется отдаваться ему — клянусь, Надия.
— Я не смогла бы, даже если бы пришлось, — призналась она низким голосом. — Я не могу вынести даже мысли о том, что его руки будут на мне. Я бы боролась с ним, даже если бы это ничего не
