"Неужели он умнее, чем кажется с первого взгляда?" - подумал Хелди.
На лице Тодди возникло недоверчивое выражение. Он ждал бури, возмущения, угроз, но не приветливого голоса.
Или здесь скрывался подвох?
- Да? - переспросил Тодди, стараясь придать своему голосу максимум иронии.
- Да, - сдержанно отозвался Джек.
Зрители недоумевали. Или претендент на "президентское" место был мягкотелым слабаком, или он все же лгал.
Так или иначе, свои правила игры он навязал - Тодди знал, что не сможет отвергнуть протянутую руку. Пусть потом, сразу за дверями, будет ждать наемный убийца, сейчас комедию надо было доиграть до конца, чего бы это ни стоило.
В том, что ни один из боссов синдиката такую наглость не простил бы, можно было не сомневаться: даже сдержанный обычно Гриссем мог устроить перед всеми сцену.
"Значит - убийца... Ну-ну, посмотрим еще, кто кого", - подумал Тодди, вставая и делая роковой шаг навстречу Джокеру.
Их руки встретились.
В первую секунду никто не понял, почему раздался странный нервный смех. Но Джокер захохотал.
Несколько секунд со стороны можно было видеть только одно - двое стояли, пожимая друг другу руки, один из них хохотал, а второй странно дергался.
- О, смотрите, какой он живчик, - давясь смехом, проговорил Джокер, не отпуская руку Тодди. Лишь сейчас гангстеры начали догадываться о смысле происходящего - от Тодди потянуло паленым. При более внимательном рассмотрении некоторые заметили и голубые молнии, скачущие вокруг перчатки Джека. - ...какое горячее рукопожатие, - не унимался Джокер. Было видно, как меняется на глазах лицо Тодди - задымились волосы, потемнела и начала лопаться сжигаемая жаром электричества кожа... Постепенно она сморщивалась, сжималась, начинала опадать коричневой трухой. Через несколько секунд обнажился покрытый копотью и пеплом череп, чудом сохранивший остатки человеческих черт. - Ему немножко жарко стало под галстуком! - объявил Джокер, освобождая останки своей жертвы. Одетый в костюм скелет мягко опустился в кресло.
В комнате воняло паленым мясом. Череп Тодди слегка дымился. Джокер снова обвел взглядом лица гангстеров - похоже, желаемого эффекта он добился. Все сидели ни живы ни мертвы.
Им приходилось видеть десятки и даже сотни убийств. Но никогда они не совершались так откровенно, и никто не старался превращать это уважаемое в определенных кругах дело в дешевый балаган.
Смерть Тодди была ужасна не только как таковая - от нее несло несолидностью, даже неприличием.
Разве так полагается умирать уважающему себя гангстеру?
Да, тут было от чего застыть крови в жилах...
А Джокер все еще хохотал...
- Ты сумасшедший! - выдохнул наконец Хелди. Лицо толстяка выглядело еще бесцветней обычного.
- Вы что, никогда не слышали о живительной силе смеха? - повернулся к нему Джокер, и тот замер, ожидая убийственного прикосновения электрической перчатки или чего-то не более приятного.
Но нет, на уме у Джокера было нечто другое.
Первый акт драмы этого режиссера-любителя был завершен. Пришла очередь второго.
Никто не видел, как он нажал на вмонтированную в перчатку кнопку, посылая сигнал своим людям.
Неожиданно все двери в комнате распахнулись, и в нее ввалилась группа боевиков с автоматами.
Заблестели черные стволы и складки на кожаных куртках.
"Гориллы" действовали слаженно - каждый из собравшихся оказался под прицелом.
Джек тоже больше не улыбался - смеяться продолжал только его рот.
- А теперь - убирайтесь отсюда! - торжественно произнес он, но через секунду уже перешел на новый истерический крик: - Слышите? - дула автоматов угрожающе наклонились, гангстеры проворно вскакивали со своих мест и спешили к выходу.
- Пошли! Пошли отсюда! - бесновался Джокер, размахивая руками. Проваливайте!
Комната быстро опустела. Остались только молодчики с автоматами, которым он тоже позволил расслабиться и удалиться. Лишь Боб задержался на секунду.
Присутствие приятеля, похоже, успокоило Джокера. Уже спокойней он подозвал того рукой поближе и опустился в "президентское" кресло, предлагая тому занять одно из соседних.
- Да, Боб... - проговорил он. - Теперь - иди в газету "Голос" и проследи за Ноксом. Возьми свою камеру и выведай все, что он знает о Бэтмене.
Боб послушно кивнул и встал.
Глядя на него, Джокер ощутил, что в разговоре с ним не хватает какой-то точки. В самом деле - ведь более верного человека у него пока не было, значит, можно было сказать ему что-то еще. Но не благодарить же?
- Да, - остановил он Боба. - И еще запомни: ты - мой главный помощник.
- Да, сэр, - с живостью ответил Боб, и Джокер понял, что угадал.
Великое дело - уметь управлять людскими слабостями. Теперь можно было не сомневаться - Боб выложится до конца, сделает для него самое невозможное. Слишком жива еще в нем память о никчемной жизни заурядного бродяги.
Главный помощник ушел вслед за всеми, но Джокер еще не чувствовал полного удовлетворения. Спектакль, конечно, удался, но не хватает еще чего-то. От представления у Джокера только разыгрался аппетит.
Вскоре взгляд его нашел то, что нужно.
Джокер торжественной походкой подошел к обгоревшему трупу Тодди.
- Твои приятели - совсем никудышные люди, правда? - издевательски спросил у обгоревшего Тодди Джокер. - Может, нам стоит пару дней все обдумать? Что мне с ними сделать, а? Поджарить, как тебя? Нет? - он упивался этим разговором с мертвецом. Джокеру мерещилось, что он оказывает сейчас этому бывшему человеку немалую честь, обсуждая с ним наметки своих планов. "А смог бы так побеседовать с трупом Бэтмен? - спрашивал он себя. - Нет! Куда уж... слабо ему..." - Ну что, обсудим все прямо сейчас? - при этих словах Джокеру показалось, что мертвый Тодди оскалил зубы. Выражение лица трупа было весьма зловещим. - Хорошо... Какой же ты ублюдок, мстительный... Я рад, что ты мертв, гад! - Он провел полосу по его лбу, очищая белую кость от гари, потом взял за шею. Последняя фраза понравилась Джокеру своей неожиданной рифмованностью и он повторил ее: - Я рад, что ты мертв, гад! - во второй раз ему захотелось смеяться, что он и сделал.
Жизнь казалась ему прекрасной. Хорошо видеть своих врагов вот в таком жалком состоянии!
Хохоча, Джокер отступил на несколько шагов назад, чтобы полюбоваться сотворенной картиной.
Мертвый Тодди молча оскалил зубы.
- Я рад, что ты мертв, гад! - торжествующе объявил Джокер в третий раз. - Это неплохо... Я рад...
Нокс не мог не обратить внимания, как похорошела и расцвела Вики за один день - на этот раз это не было простой переменой одежды: девушка словно светилась изнутри.
Так расцветают только когда влюбляются.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
