Читаем без скачивания Цирк - Алистер Маклин

Прошло не менее тридцати секунд, пока он снова рискнул выглянуть. Коридор был пуст. Генри не спеша прошел мимо каюты Марии — до него донеслись оттуда неясные голоса, — добрался до трапа и спустился на палубу ниже. Генри не зря потратил два дня, усердно и, как он считал, незаметно выслеживая Вери и заодно выяснив, где расположена его каюта. Не оставалось сомнений, что Вери ушел к себе.

Генри не ошибся. Вери и в самом деле отправился в свою каюту и был, видимо, настолько уверен в себе, что даже не закрыл за собой как следует дверь. Генри не пришло в голову, что для подобной беспечности могли быть свои причины. Вери сидел спиной к двери в наушниках, подключенных к радиоприемнику. В этом не было ничего необычного. Как и вся обслуга, Вери делил каюту с коллегой, а поскольку соседи по комнате часто работали в разные смены, на пассажирских судах было принято слушать радио через наушники, чтобы не мешать соседу отдыхать.

Мария сидела на своей кровати и в замешательстве смотрела на Бруно. Лицо ее утратило все краски, и глаза казались из-за этого неестественно большими.

— Это безумие! Это сумасшествие! Это самоубийство! — едва слышно повторяла она.

— Так оно и есть. Но вы должны понять, что доктор Харпер в безвыходном положении. Среди всех возникших у него идей эта была самой остроумной, самоубийственно изобретательной, скажете вы, но другого выхода нет. По крайней мере, Харпер его не нашел.

— Бруно! — Мария соскользнула с кровати и опустилась на колени перед его креслом, обеими руками обхватив левую руку Бруно. На ее лице был написан страх, и Бруно чувствовал себя неловко, понимая, что она боится не за себя. — Вас убьют, вы же знаете, что вас убьют. Не ходите. Пожалуйста, Бруно, не ходите туда! Ничто на свете не стоит вашей жизни. О господи, у вас нет ни малейшего шанса!

Бруно смотрел на Марию с легким удивлением:

— И все это время я думал, что вы настоящий крутой агент ЦРУ!

— Никакая я не крутая.

У нее на глазах выступили слезы. Бруно рассеянно погладил девушку по голове. Она отвернула лицо.

— Послушайте, Мария, возможно, есть другой путь.

— Нет никакого другого пути.

— Смотрите! — Свободной рукой Бруно быстро набросал план. — Давайте забудем про высоковольтный кабель. Спасительным для нас, то есть для меня, может оказаться тот факт, что все окна зарешечены. Я предлагаю дойти до этого переулка с южной стороны западного здания. С собой я возьму длинную веревку с крюком на конце. С двух-трех бросков мне удастся зацепиться за решетку первого этажа. Добравшись до нее, я отцеплю крюк и закину его на второй этаж. И так далее, пока не заберусь наверх.

— Неужели? — Теперь к страху, исказившему лицо девушки, прибавилось выражение скептицизма. — А потом?

— Я придумаю способ заставить замолчать охранников на угловой вышке.

— Что с вами, Бруно? Что вами движет? Вы просто одержимы, вы это понимаете? Вы ведь не работаете в ЦРУ, и это проклятое антивещество вовсе не представляет для вас особой важности. Однако я знаю, чувствую, что вы готовы умереть ради того, чтобы попасть в эту проклятую тюрьму. Но почему, Бруно, почему?

— Не знаю. — Его лицо на мгновение стало встревоженным, чтобы не сказать подозрительным, но девушка этого не видела. — Возможно, вам следует спросить об этом у призраков Пилгрима и Фосетта.

— Но что вам до них? Вы же их почти не знали.

Бруно не ответил. Мария нетерпеливо продолжила:

— Значит, вы собираетесь заставить охранников замолчать. А каким образом вы заставите замолчать две тысячи вольт на стальной ограде?

— Я найду способ как-нибудь обойти ее, не отключая энергию, поскольку это невозможно. Но мне понадобится ваша помощь, а за это вы можете угодить в тюрьму.

— Что за помощь вы имеете в виду? — бесцветным голосом спросила Мария. — И что такое тюрьма, если вы погибнете?

Генри услышал эти слова: Вери снял наушники, чтобы достать сигареты, и разговор в каюте Марии, пусть слабый и искаженный, стал отчетливо слышен. Генри просунул голову в дверь чуть дальше и увидел, что радиоприемник — не единственный электроприбор в каюте. На столе стоял еще и небольшой магнитофон с медленно вращающимися бобинами.

Вери нашел сигареты, закурил, снова сел на прежнее место, взял наушники и только собирался их надеть, как Генри толкнул дверь и вошел внутрь. Вери мгновенно обернулся и удивленно раскрыл глаза. Генри сказал:

— С вашего позволения, Вери, я заберу эту запись.

— Мистер Ринфилд!

— Да, я мистер Ринфилд. Вас это удивляет? Давайте запись.

Вери как бы нехотя перевел взгляд куда-то выше плеча Генри. Молодой человек улыбнулся:

— Извините, Вери, но это слишком старый трюк.

Позади него что-то почти беззвучно свистнуло в воздухе, и это был последний звук, который Генри слышал в своей жизни. Его уши в течение какой-то доли секунды фиксировали этот свист, но тело не успело среагировать. Ноги Генри подогнулись, и он упал на стол, где его подхватил Вери.

— Вы меня слышите? — Голос Марии был все таким же бесцветным и невыразительным. — Никакая тюрьма, ничто не будет иметь значения, если вы умрете. А обо мне вы подумали? Хорошо-хорошо, я, наверно, чересчур эгоистична, но все же подумайте обо мне!

— Прекратите! Немедленно прекратите! — Бруно хотел, чтобы его слова прозвучали резко и холодно, но это ему не удалось. — Мы приедем в Крау в четверг и уедем в следующую среду — это наша самая долгая остановка за все турне. У нас будут представления в пятницу, субботу, понедельник и вторник. В воскресенье — выходной. Мы с вами возьмем напрокат машину и предпримем маленькую поездку по стране. Не знаю, далеко ли нам позволят уехать. Надеюсь, сейчас уже меньше ограничений, ну да это не важно. Мы всегда сможем попутешествовать в близлежащих районах. Гораздо важнее то, что на обратном пути, а это будет уже в сумерках, мы проедем мимо «Лубилана» и посмотрим, какая там наружная охрана. Если она есть, мне понадобится ваша помощь.

— Пожалуйста, Бруно, оставьте эту сумасшедшую идею. Пожалуйста.

— Пока я буду забираться по южной стороне западного здания, вы должны стоять на углу южного переулка и главной улицы. Да, я не сказал: это будет в ночь на среду, после последнего представления. Взятую напрокат машину, которая, надеюсь, будет застрахована, нужно припарковать метрах в двух от главной улицы. Вы откроете окна и поставите на переднее сиденье баночку с бензином. Когда увидите, что к вам приближается охранник, просуньте руку в окно, вылейте немного бензина на обивку сиденья, бросьте зажженную спичку и быстро отойдите. Пожар не только отвлечет внимание охраны, но и создаст своего рода дымовую завесу, так что я смогу карабкаться от решетки к решетке почти в полной темноте. Боюсь, вас могут задержать и подвергнуть допросу, однако мистер Ринфилд с доктором Харпером сумеют вас освободить. — Бруно ненадолго задумался. — Хотя, возможно, им это и не удастся.

— Вы просто сумасшедший!

— Мне уже слишком поздно меняться. — Бруно встал, и Мария вместе с ним. — Сейчас я должен связаться с доктором Харпером.

Девушка подняла руки и сцепила пальцы у него на затылке.

— Бруно, пожалуйста! Ну, пожалуйста, ради меня!

Он обнял ее за плечи, не пытаясь разнять ее пальцы.

— Послушайте, моя возлюбленная, мы ведь должны лишь притворяться влюбленными. — Голос его был нежен. — Этот план может сработать.

— В любом случае вы погибнете, — грустно сказала Мария.

По пути в свою каюту Бруно нашел телефон и позвонил доктору Харперу, который в конце концов обнаружился в столовой. Бруно сказал:

— У меня снова разболелась лодыжка.

— Через десять минут я к вам зайду.

И через десять минут доктор, как и обещал, появился в каюте Бруно. Он воспользовался баром Бруно, устроился в кресле и послушал отчет артиста о его беседе с Марией. Немного поразмыслив, Харпер сказал:

— Мне кажется, этот план дает вам хоть какой-то шанс. Должен признать, он лучше, чем мой. Когда вы собираетесь его осуществить?

— Окончательное решение, разумеется, за вами. Я думаю, в воскресенье было бы неплохо произвести разведку, а во вторник вечером или ночью проникнуть в «Лубилан». Мне кажется, что это лучший вариант и самое подходящее время. На следующий день цирк уезжает, так что, если у полиции и возникнут какие-то вопросы, времени у нее будет немного.

— Согласен.

— У вас есть план отхода на случай, если мы потерпим неудачу?

— Есть, но его еще дорабатывают. Я вам расскажу, когда он будет готов.

— Получите информацию по радио? Вы ведь обещали мне показать, как работает ваш маленький передатчик.

— Обязательно. Я сделаю сразу три вещи: покажу передатчик, выдам вам оружие и сообщу план отхода. Что думает Мария о вашем плане?