— Как знаешь, Маржук, — выдавил из себя Генбел. — Я не стану держать тебя за руку, езжай куда хочешь и с кем хочешь. Но Варрос — убийца, и отправляясь с ним, ты становишься соучастницей и, значит, тоже преступницей!
— Я не желаю больше разговаривать с дураком! — вспыхнула Маржук. — Поехали, Варрос. Нас ждет свобода!
Варрос внимательно посмотрел на человека, которого вытащил из моря и с которым провел в лесах последние дни. Лунгарзиец оказался упрям и несговорчив. Ничто не помогло.
Варрос развернул коня и помчался к дожидающейся его вдали Маржук. Через сотню шагов он оглянулся — Генбел развернулся и медленно возвращался в Дапрез. Варрос стеганул своего коня, и они вместе с Маржук во все сгущающихся сумерках помчались на юг. Погоня могла направиться за ними в любое мгновение.
Звезды вспыхнули на почерневшем куполе небосвода и улыбались сверху двум путникам. Почти полная луна освещала им путь.
Маржук натянула поводья и перевела коня на шаг.
— Что случилось? — спросил Варрос. — Ты тоже передумала и решила последовать за братцем?
— Нет, — улыбнулась девушка.
Она изумительно смотрелась в призрачном лунном свете на коне, юбки пышными волнами обволакивали ее со всех сторон, она напоминала древнюю воительницу, вышедшую из волн по велению богов.
— Здесь где-то ответвляется дорога, ведущая к нашему загородному дому, — пояснила Маржук. — Там отдохнем, а утром отправимся дальше. Горы вон, рукой подать, был бы сейчас день, ты бы их увидел. А вот и дорога!
Вскоре они подъехали к огромному пустому дому. Варрос сорвал доски с ворот, и они въехали внутрь. Варрос поставил доски на место и легко перемахнул через высокий каменный забор. Дом был большим, но полусгоревшим — до ремонта и восстановления у старого Крандала руки не доходили, да и не хотелось тратить на эту развалину лишние средства. Так и заросло все во дворе лопухом и прочими сорняками.
В кромешной темноте Маржук провела Варроса в с детства знакомый ей дом, уверенно поднялась по лестнице, держа спутника за руку, и распахнула дверь в одну из комнат. В лунном свете, врывавшемся через сломанную ставню, Варрос увидел большую деревянную кровать.
— Посиди здесь, — почему-то шепотом, что, впрочем, соответствовало обстановке заброшенного дома, произнесла девушка. — Я поищу каких-нибудь одеял и чего-нибудь поесть.
Через какое-то время она вернулась с ворохом шкур и с кувшином в руке.
— Вот, — вывалила она все на постель, — все, что есть. Ночи здесь холодные. Есть нечего, но в погребе сохранилась бочка с остатками вина, я нацедила почти полный кувшин. Пей, вино придаст тебе силы.
— А ты? — спросил он, принимая у нее кувшин.
— И я тоже, — улыбнулась она в темноту. — Женщины всегда пьют после мужчин.
Варрос напился и передал ей кувшин. Он действительно хотел спать, но исходящее от нее приятное тепло будоражило кровь и мутило разум.
— Будем спать вместе, — деловито сказала она, — теплее будет. Ночи здесь очень холодные.
Варрос, проведший последние дни в местных лесах у костра, так не считал, но спорить не стал.
Она прижалась к нему всем телом.
— Ты такой красивый, Варрос, — прошептала она, — такой мужественный, не то что этот прилизанный Слеер, думать о нем не могу, мерзавец! А ты… Я такого, как ты, ждала всю жизнь, и когда увидела тебя утром… Поцелуй меня, пожалуйста…
Варрос знал, что этого делать не стоит, но взыгравшая в нем природа сделала свое дело, он сам не понял, как сорвал с себя и с нее одежды и в свете ухмыляющейся луны слился с этой такой милой и беззащитной девушкой воедино, забыв обо всем — о том, что он преступник, о том, что вещий сон обещал ему королевскую корону, о том, где он и что за ними по пятам может гнаться погоня… Он забыл обо всем — кожа ее тела была такая нежная, а губы — такими горячими и сладкими, как… как… Варрос не мог сравнить ни с чем, что знал до этого, перед ним открылся совершенно новый мир.
Он хотел в эти мгновения лишь одного — чтобы ей было так же хорошо, как ему самому, ее сладкие стоны казались ему божественной музыкой. Фантастическая мелодия вспыхнула в голове, напряжение, охватившее его и достигшее предела, вырвалось в яростном извержении, и сладкая истома разлилась по всему телу.
Он рухнул рядом с ней, унимая дыхание и слушая, как тяжело дышит она. Да, это достойно того, чтобы за женщин проливалась кровь. Тем более за такую, как Маржук…
Но в следующее мгновение он вспомнил погибшего из-за похоти соплеменника, собиравшегося покончить с собой Унгина, лишившегося всяких сил после купания в бассейне с девушками Генбела… Он почувствовал, что отдал ей все силы, что падает в сладкую бездну счастья…
Он резко сел и в ужасе протянул руку к мечу. Ощутив в руке знакомую тяжесть оружия, облегченно вздохнул. Наслаждение испарилось словно не было, он опустошенный сидел в призрачном лунном свете, а рядом тяжело дышал чужой ему человек.
— Что с тобой, милый? — встревоженно спросила Маржук. — Ты слышал конский топот?
— Нет, — хрипло ответил Варрос. — Я просто подумал, что потерял возможность к действию. Я видел, как Генбел после этого самого… ну, в бассейне… Он потерял все силы.
Она рассмеялась.
— Глупый. Там были девки. А я люблю тебя. Я, наоборот, придам тебе силы. Вот увидишь утром. Спи. Прижмись ко мне и спи.
Она прижалась грудью к его спине и обняла ласковыми руками, слегка поглаживая его по плечу.
Варрос, чувствуя, как саднит свежая рана на груди, лежал с открытыми глазами, не в силах заснуть и боясь пошевелиться, чтобы не потревожить ее, чтобы она не стала упрашивать его повторить все сначала — тогда он точно потеряет всю силу, станет безвольным моллюском, которого можно брать голыми руками.
Он сам удивлялся, но ему было хорошо.
— Милый, — прошептала она ему утомленным голосом, — спи. С рассветом мы отправимся в горы. У Храма Мертвых Богов есть тайная тропа, ведущая через горы, и через два дня мы будем в малых княжествах. У меня есть деньги, много денег, я взяла перед отъездом из отцовского тайника, чтобы Слееру не достались. Мы купим где-нибудь дом и переждем тяжелые для Лунгарзии времена. А потом, когда короля Мерналдита не будет, а это рано или поздно случится, не может же этот кровавый ужас продолжаться вечно, мы вернемся в Дапрез. И докажем наши права на дворец… то есть мои, а ты будешь защищать меня…
Варрос повернулся и поцеловал ее, неумело, но как можно более нежно.
— Спи.
Она закрыла глаза. Варрос тоже положил голову на шкуру и подумал, что она права. Переждать тяжелые времена и вернуться. А за это время найти в малых княжествах учителя фехтования. И надо научиться грамоте, если он хочет, чтобы дивный сон когда-либо воплотился. Что ж, отправиться в малые княжества — отличный вариант…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
