Возмущённый пропажей дорогого учебника, за который пришлось выложить кругленькую сумму, Фей Наор вылетел в коридор. К его удивлению он никого там не обнаружил.
– Куда катится этот мир! – Недоумённо поскрёб он в затылке. – Совсем нечисть обнаглела: им уже и ценные книги подавай… – Тяжко вздохнув, парень убрался обратно, послышался звук откупоривающейся бутылки и недовольное бурчание, приглушённое массивной дверью.
Тётушка Забвения появилась в паре с призраком Заваленной Сессии, который сердито шипел и метко плевался. Крисиг нарочно выбрала именно ту комнату, где собрались заносчивые заучки. Они даже истории не рассказывали, а читали из старинных фолиантов. «Сейчас я вам устрою. Что для вас может быть хуже, чем отшибленная во время сессии память? Уверена, такая участь будет горше позора или кончины. Вы же совсем помешались на своих знаниях, а других и за людей не считаете».
Розыгрыш удался лишь отчасти, но вины феечки в этом не было. Онемевшие от ужаса зазнайки, как тараканы кинулись в коридор и разбежались по своим комнатам.
«Вот ведь паразиты, даже испугаться по-человечески не в состоянии. И куда это годится? – проворчала Крисиг, возвращаясь в облюбованную нишу, в которой они договорились встретиться.
Мили решила не мелочиться, а заглянуть в каждую дверь. Результаты превзошли даже самые смелые ожидания: девицы спадали в полный ступор или падали в обморок, а парни пытались спрятаться, где только можно.
Закончив полное отфеячивание зловредных старшекурсников, девчонки стянули светящиеся балахоны и спрятали их в загодя приготовленный мешок. Шкодливая троица вышла в парк и направилась в сторону своего крыла.
– И что вы делаете на улице так поздно? – Онэриль крепко схватила племянницу за плечо, не давая ей удрать и пригвоздив её подружек строгим взглядом.
– Да мы, да так… – заикаясь, выдавила из себя Крисиг, – прогуляться решили, а то от жутких историй в комнате оставаться стало совсем невмоготу.
– Марш спать, вы ещё слишком маленькие, чтобы бродить так поздно даже в Парке Академии.
Девчонки согласно покивали взъерошенными головами и направились к заветной двери.
– Чуть не попались, вот чего ей не спится? – в голосе Утар прозвучало облегчение.
– И на чём это вы чуть не попались? – голос ректора был полон нескрываемого любопытства.
Пришлось рассказать Онэриль всё до мельчайших подробностей. Утаить что-либо от старой феи не смог бы и самый подозрительный гном. Странное дело, она не рассердилась на выходку девчонок, долго смеясь над тем, как три сопливые Феечки проучили надменных старшекурсников.
– Крисиг, не забудь вернуть Наору учебник. Он будет несказанно рад получить обратно такую редкую книгу. Уверена, что после такого благородного поступка он перестанет тебя допекать.
– Но как я объясню, откуда она у меня взялась?
– Скажешь, что нашла у фонтана. Нечисти ни к чему фолианты. Вот утром пораньше и вернёшь, и всё будут довольны. Пойдёмте ко мне в кабинет, несносная малышня, – со вздохом проронила она. – Только не надо пугаться, я не собираюсь вас наказывать за эту маленькую шалость, – когда заметила, как лица подружек начинает заливать восковая бледность и меркнут улыбки. – Не всё ж этим оболтусам развлекаться, вы в своём праве.
Имбирные пряники и горячий шоколад были лучшей наградой за приложенные усилия. Онэриль была так рада, что Утар справилась с испытанием, что даже не упрекнула их за такую шумную проказу.
Получив по спинке увесистым учебником по рунной каллиграфии, цветочная кошечка сильно обиделась на подлого фея, но только тихо схватила в зубы увесистый томик и умчалась прочь. В её голове накрепко засел наказ хозяйки: «Всё трофеи прячем в амбар, иначе испортим проказу, если нас застукают»…
Невидимые в темноте лапки быстро несли маленькое тельце по узкой тропинке. Учебник неприятно оттягивал ушастую голову вниз, но бросать трофей проказница не собиралась. Она придумала, как посчитаться с наглым обидчиком, не обнаруживая себя. На её мордочке застыло весьма неприятное выражение, которое яснее любых слов говорило, что бедной книжке, ой, как не поздоровится…
В заброшенном амбаре всё ещё никого не было, впрочем, магической зверюшке не было никакого дела до этого весьма прискорбного факта. Она предвкушала, как посчитается с гадким феем прямо сейчас и некому будет её остановить. Бросив фолиант на деревянный пол, кошечка ударила по нему лапой. Книга открылась почти посередине, в этой части книги шли уже очень ценные и полезные заклятия, которые можно создавать, если от рождения награждён даром Фея Рун. Встречался этот талант намного реже, чем цветочный и лунный. В настоящее время было известно лишь два обладателя подобного умения, один из которых и оказался в эпицентре проказ трёх феечек и их питомцев.
Миусси не волновало, что её острые когти оставили чёткие отметины на обложке учебника, а пыль и грязь пачкают страницы. Её ушки, похожие на бутоны вьюнка, такие же бело-розовые и полупрозрачные, резко выделялись на фоне тёмно-зелёной шелковистой шёрстки. Не услышав ничего подозрительного, вредина долго кружилась на месте, удобно устраиваясь, а потом на некоторое время присела и оставила на желтоватом пергаменте солидную кучку. После этого она ударом лапы закрыла фолиант и положила её на грубую лавку. Сама же свернулась клубочком на брошенном на пол ворохе из обрезков бумаги и старых простыней и тут же уснула, не дожидаясь возвращения проказливых Феечек.
Три проказницы вернулись в сарай, чтобы оттереть краску с кожи и волос и сжечь одеяния из старых простыней. Ночь уже быстро приближалась к рассвету, а никаких следов они оставлять не хотели.
Крисиг, втянув носом неприятный запах, недовольно осведомилась:
– Миусси, признавайся, где ты опять сделала кучку? – Янтарный глаз слегка приоткрылся и невинно посмотрел на свою Феечку, в ответ раздалось только обиженное: «Муррк», – и цветочная кошечка снова соскользнула в приятную дрёму.
– Девчонки, а вот и книга, – довольно начала Утар, но тут её радость померкла, – Я нашла кучку, Крисиг. Твоя зверушка нагадила прямо на весьма ценное рунное заклинание привлечения удачи. Страницы слиплись намертво, а Онэриль велела фолиант вернуть владельцу. И как мы теперь это сделаем? Миусси, ты ничего поумнее не могла придумать? Ну ладно ещё, следы от когтей на обложке, но это уже переходит всё мыслимые границы…
– Я когда-то искала, как вывести чернильное пятно без помощи магии, а выписывала всё составы, которые попадались на глаза, если они были просты в изготовлении, – пролепетала Мили и вытащила любимую тетрадку со всякими полезностями и советами.
Миусси хозяйка лёгонько оттаскала за ушко, пеняя за глупую выходку. Тихо шелестели переворачиваемые странички, наконец, Милисандра радостно выдохнула:
– Ага, вот оно. Старой соломы у нас полно, так что состав сварим быстро. Немного пыли и паутины тоже найдём. Крисиг, подогрей воду, Утар, измельчи пока её, должно выйти ровно две горсти порошка. Я пока соберу пыль и паутину. Миусси пока посадите в корзину и закройте, чтобы не удрала. Ей ещё придётся отнести вычищенную книгу к фонтану под окнами Наора и колоритно повыть, чтобы он выглянул и увидел её. Главное, чтобы кошечка вовремя смылась. Получив учебник, он не станет преследовать твою любимицу.
Зелье сварилось быстро и уничтожило все следы кошачьей пакости. Страницам вернулся их первоначальный вид, но вот запах стал ещё противнее.
– Запах выветрится, это не утраченные от загаживания страницы с очень ценным рунным заклинанием, – авторитетно изрекла Крисиг и достала проштрафившуюся Миусси из огромной корзины с крышкой, – сейчас ты отнесёшь фолиант и положишь на лавку у фонтана. Повой погромче и пострашнее. Ниор должен увидеть тебя и выскочить в парк. Эта книга слишком дорого стоит, чтобы просто так смириться с её утратой. Ты всё поняла? Мы сожжём простыни, ототрём краску и разойдёмся по комнатам. В состав для тебя и Талли я добавила специальную добавку. При первых лучах солнца он испарится, не оставив и следа на ваших шкурках. Проследи, чтобы фей получил своё сокровище и сразу домой. Я буду ждать тебя. Ты всё поняла, Миусси? – Кошечка недовольно заворчала, но ослушаться не посмела.
Девчонки управились с делами часа за два до рассвета и с трудом добрались до собственных постелей. Крисиг посадила Миусси в её корзину и провалилась в сон, как только бедовая голова коснулась подушки.
