дело, о котором он не должен знать, это только мои проблемы, и справляться мне с ними нужно самостоятельно. Не думаю, что и сам Илья захочет с кем-то делиться произошедшем.
Волю слезам я даю только когда мы заходим в квартиру подруги, хотя до этого я и так была похожа на привидение, не пожелав ни с ней, ни с Максом делиться подробностями своего разговора с Дроздовым, — и так всё понятно без слов, — молчала всю дорогу, стараясь не расплакаться.
Леся меня крепко обнимает в прихожей и гладит по спине, затем помогает раздеться, проводит на кухню и наливает мне чай. Я касаюсь руками кружки и в который раз отмечаю, насколько у меня ледяные руки. Надеюсь, кипяток тоже сможет их согреть.
— Солнышко, — обращается ко мне подруга, — я оставлю тебя на секунду, хорошо?
— Конечно, — киваю я и утыкаюсь в кружку с чаем носом, грея и его тоже.
Леся оставляет меня на кухне, а сама скрывается в коридоре, но уже через минуту возвращается, ставя передо мной целый торт «Наполеон» и две большие банки мороженного: классическую и с орешками.
— Откуда? — поднимаю на неё удивлённый взгляд, переставая плакать от неожиданности.
— Макс купил, — пожимает плечами подруга.
— Но как он узнал?..
— Я ему сказала, что ты любишь, — поясняет Леся и достаёт всю необходимую посуду. — Разбитому сердцу должно помочь.
— Спасибо, — благодарно произношу я, и в моих глазах снова начинает скапливаться влага, но уже от любви к своей подруге.
— Ну ты чего, — тут же бросается ко мне с объятьями Леся. — Всё у тебя образуется.
— Я уже от счастья, что у меня есть ты, — улыбаясь сквозь слёзы, говорю я.
— Моя ты хорошая, — нежно говорит подруга и начинает гладить меня.
Так мы и сидим с ней на кухне часа два. Потихоньку я прихожу в себя, заталкиваю свои эмоции после разговора с Ильей, свои чувства к нему, куда подальше. Торт и ореховое мороженное активно этому способствуют, напоминая, что, что бы ни произошло, они всегда будут отвечать мне взаимностью.
— Ты предупредила Луку, что останешься у меня? — спрашивает Леся, замечая, что мне уже легче.
— Ой, забыла, — беру свой рюкзак и начинаю в нём рыться в поисках телефона. — Я ещё и забыла беззвучный режим отключить, не хотела, чтобы кто-то прервал наш с Дроздовым разговор…
Нахожу мобильный на самом дне и замираю, видя непрочитанное сообщение от Ильи.
— Что? — замечает мою реакцию Леся. — Что случилось?
«Ты добралась до дома без проблем?»
— Мне написал Илья, — говорю я и показываю ей сообщение, протягивая немного трясущимися руками телефон.
Подруга читает сообщение, хмурится, а затем кидает на меня внимательный предостерегающий взгляд, пресекая все обнадёживающие мысли.
— Леся, это же ничего не значит, так? — потерянным голосом произношу я. — Он ведь просто из вежливости интересуется, да?
— Боюсь, что так, — кивая, честно отвечает девушка.
Забираю у неё телефон, печатаю сообщение и сразу отправляю.
«Осталась у подруги. Не переживай. Можешь не волноваться и не писать мне. Всё в порядке.»
— Что ты ответила? — аккуратно интересуется Леся.
— То, что правильно, — коротко отвечаю я, а затем переключаюсь на переписку с братом и пишу ему, что остаюсь на ночь у Кравиц, если он не против. Лука отвечают сразу же: он не против и желает нам хорошо провести время.
Теперь мне становится немного стыдно перед братом: у него ведь тоже личная драма, и он попросил его развлекать. Но сегодня я всё равно не в том состоянии, да и Лука вчера вечером выглядел намного лучше, к тому же, он взрослый мальчик — справится сам.
— Леся, завтра я буду в порядке, но сегодня… — она понимает меня.
Оставшуюся часть вечера подруга пытается меня всячески отвлечь, в итоге мы включаем какую-то многосерийную романтическую комедию и проводим перед телевизором ещё пару часов. Леся засыпает около двух ночи, поэтому я выключаю сериал и тоже собираюсь спать, но ничего не выходит.
В голову так и лезут различные мысли о том, как нужно было поступить: возможно, сказать что-то другое, как-то подготовить Илью или, может быть, попробовать его как-то соблазнить. В какой-то момент мне становится тошно от собственных мыслей, и я тут же пресекаю их поток: всё уже в прошлом, его не изменишь. Остаётся только строить своё будущее.
Лёжа на кровати рядом со спящей Лесей и глядя в потолок, неожиданно вспоминаю, что браслет Илье я так и не отдала, он до сих пор лежит в кармане джинсов. Совсем про него забыла. И несмотря ни на что я всё равно хочу ему его подарить. Я сделала его именно для Ильи и подарю ему, а дальше пусть сам решает, что с ним делать.
За завтра я приду в себя окончательно, а послезавтра на свадьбе вручу его Илье и уверенно скажу слова, которыми должна была закончить сегодняшний разговор, но на которые не хватило моральных сил.
Илья (13)
До росписи остаётся буквально полчаса, но Лары до сих пор нет. Мне приходит сообщение от её мамы, что они встряли в пробку, но уже где-то подъезжают, поэтому к церемонии должны успеть. Я выдыхаю, немного расслабляясь, но всё равно ещё волнуюсь. По-хорошему уже можно заходить внутрь и ожидать в специально отведенной комнате для жениха и невесты.
— Так, Лия скоро будет, — говорит Лука, выбираясь из машины. — Они скооперировались с Максом и заказали одно такси на двоих.
— Лия? — удивляюсь я.
Листьев заехал за мной на машине один, и я решил, что принцессы на нашем с Ларой бракосочетании не будет. Могу представить, как тяжело ей видеть меня и мою невесту, а затем и жену вместе после признания в своих чувствах ко мне. Возможно, стоит с ней поговорить, но я понятия не имею, как сгладить ситуацию.
— Да, бро, — кивает друг и ухмыляется. — Ты где витаешь? В представлениях о своей первой брачной ночи? Я же тебе сказал, когда мы ехали сюда, что Лия проспала всё на свете, и когда я выходил, она только сушила голову.
— Она будет? — мои брови летят вверх со скоростью света, потому что это для меня становится открытием. Я и правда пропустил слова Луки мимо ушей тогда в машине.
— Да, конечно, — отвечает друг так, будто это самая очевидная вещь на свете. — А почему она не должна приходить? Я тебе говорил, что хочу прийти с сестрой после расставания с Дариной, ты ответил, что это прекрасная идея.
— Точно, — немного потерянно отвечаю я, кивая несколько раз головой, а у самого перед глазами её лицо, готовое вот-вот
