Толпа расступилась, дав возможность старику пробраться к сидарийцу. Подбежали и остальные спутники, пытаясь помочь отнести Дарлана в замок. Кто-то любезно предоставил тележку и даже готов был сопровождать. От сопровождения отказались, но тело погрузили на телегу и, клятвенно пообещав оставить ее в целости и сохранности возле конюшен, оправились в Академию. Толпа провожала повозку радостными криками, а тролля решили незамедлительно признать лучшим воином турнира, потому что желающих оспорить его силу так и не нашлось.
Когда телега с эльфом въехала в ворота академии, смотреть, что случилось, выбежали почти все студенты и многие из преподаветелей. В их числе был и магистр, который, удостоверившись, что эльф живой, дал старику знак следовать за ним. Стены Академии опустели сразу же, как только телега появилась во дворе замка, а по дороге в кабинет они встретили только двух адептов. Те очень спешили к выходу, чтобы успеть посмотреть на поражение новичка.
Дверь в кабинет открыла мадам Дарей, вежливо поздоровавшись и незамедлительно удалившись по «очень важным делам». А магистр указал мужчине на твердый стул возле своего рабочего места.
- Садись, Виан. И рассказывай, что случилось.
- Благодарю, мессир. Мальчишка зачем-то решил принять участие в турнире, но против него вышел тролль. А вы сами знаете, что даже не все стражи смогут без магии справиться с троллем, особенно если тот из клана Паниши. Но, хочу заметить, это был просто турнирный бой, и то, что произошло - обычная случайность.
- Ты уверен?
- Да, но, мессир, я должен вам сказать, что я не справился. Мальчишка понял, что я за ним слежу.
- Почему так решил?
- Когда я подбежал к нему, он сказал что-то про второго, и было видно, что именно меня он и искал.
- А кто первый?
- Я не знаю, мессир. У меня было впечатление, что есть кто-то еще, и я собирался сегодня вечером вам доложить. В Академии всегда рядом кто-то есть, студенты сами следят друг за другом, а эльфы им слишком интересны, поэтому вначале я не придал этому значения, но теперь… Я уверен, что и мальчишка это понял раньше.
Дверь в кабинет снова открылась и на пороге появилась мадам Дарей. По ее недовольному виду сразу можно было сказать, что произошло что-то из ряда вон выходящее.
- Простите, господин магистр, к вам рыбак прямиком с ярмарки, говорит, что его дело не ждет.
- И чего он хочет?
- Денег. Он хочет, чтобы ему возместили убытки, которые нанес кот одного из адептов нашей Академии, говорят, на пятьсот золотых, - недовольно сообщила секретарь. – Говорит, что кот эльфа, но я уверена, что это проделки Филиппа.
- Господин магистр, если вы не возражаете, я вернусь к своим обязанностям, - понимая взгляды женщины, сказал Виан, встав с кресла.
Магистр кивнул, и мужчина, скромно поклонившись, вышел из комнаты, оставив секретаря и главу академии наедине. Что произошло на ярмарке, он знал, но следить было приказано только за эльфами, поэтому за все остальное он не был в ответе. Были вопросы намного важнее и один из них - найти «первого», который тоже зачем-то следил за наследником. Виан поправил камзол, выпрямился и уверенным шагом отправился в «Три свиньи», где всегда можно было найти не только горячий эль и голых женщин, но и столь необходимые слухи.
Пока шпион, известным только ему путем, тайком покидал замок, в кабинете магистра рыбак во всех подробностях описывал свой тяжкий труд, нелегкую жизнь, отсутствие денег и ужасную встречу с животным из Академии. При этом он был полностью уверен, что кот - настоящее порождение бездны или еще хуже - выходец из священного леса, в чем хозяин лавки готов поклясться своей головой, который одним махом уничтожил весь его годовой труд на целых семьсот золотых.
- Пятьсот, - поправил магистр, уставший от долгого рассказа и услышав из него только указанную сумму.
- Простите?
- Пятьсот золотых, мне передали, что он испортил ваш товар на пятьсот золотых монет. Или вы хотите сказать, что я вру?
- Нет, что вы, я не хотел этого говорить, - ответил рыбак, низко кланяясь и пытаясь выдавить из себя улыбку, но, увидев взгляд магистра, сразу переменился в лице. - Я неправильно сказал, господин, не обучен, - соврал рыбак, - я хотел сказать, что даже так не подумал. Старый стал, память уже не та, простите меня, ошибся. А вы как всегда прекрасно знаете обо всем, что у нас происходит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Может, вы ошиблись еще на триста монет?
Глаза рыбака округлились, а от былого раболепия не осталось и следа.
- Что вы, господин, Альтама с вами, да как можно? На сто, сто – самое большое.
- Прости, не расслышал.
- На сто семьдесят говорю, не больше.
- Что ж, на двести, так на двести. У меня нет времени торговаться, поэтому выйди из кабинета и скажи мадам Дарей, что я разрешил выдать триста золотых. Надеюсь, я тебя больше не увижу.
- Спасибо, господин, спасибо, я не забуду вашей щедрости. Это единственный наш заработок, спасибо,- рыбак раскланялся, потирая глаза и понимая, что большего он не добьется.
Как только он вышел за дверь, там послышалась суета, возглас мадам Дарей и ее быстрые шаги. Магистр был уверен, что свое возмущение она выражала резкими и грубыми движениями, когда брала ключ от хранилища и когда, вернувшись через некоторое время, отдавала рыбаку три мешочка с подсчитанной сотней золотых в каждом.
Не прошло и десяти минут, как довольный рыбак ушел, а в стенах кабинета послышалось ворчание Филиппа, и на пороге комнаты магистра появились двое нерадивых жителей замка, которых лично привела главный секретарь. Кот опустил уши и жалобно смотрел в глаза Эдуарду Фамитье, рядом с ним стояла Хелена, упорно рассматривая свою обувь и боясь поднять глаза.
- Хелена Риар, ваш фамильяр снова нанес вред Академии, вы знаете, что он сделал на этот раз? – грозно произнес магистр, даже не взглянув на девушку.
- Нет, господин магистр, простите.
- Он уничтожил товар рыбака на триста золотых. Вы представляете, какие это деньги?
- Большие, господин магистр.
Слезы предательски потекли из глаз, и Хелена стала мысленно представлять, куда она отправится после позорного изгнания из Академии.
- Да, Риар, это год работы рыбака или год вашей учебы, - магистр с укором посмотрел на Хелену, но вновь перевел взгляд на лист бумаги, аккуратно подвигая его ближе. - Это последний год вашего обучения, Хелена, а весь урон, который причинил Академии ваш фамильяр, невозможно сосчитать, и я бы знал, что с вами делать, будь вы новоиспеченным магом. Но магия в вашей крови, вы с ней родились, а таких очень мало и Ковен готов платить любые деньги за каждого из них, но только если вы становитесь стражем. Отдавать столько золота за тех, кто собирается варить травы, никто не станет.
Магистр прочитал строчки на пожелтевшем листе и положил его на стол перед Хеленой. Большими черными буквами был выведен договор о работе стражем после окончания обучения.
- Мне жаль, Риар, я помню, что вы мечтали о другом, но на вас потрачено слишком много средств и сил, и вам придется все отработать. Ковен готов учить одаренных адептов, но оплачивать все, что натворили они и их питомцы, никто не желает. Подписывайте Риар, я больше не могу утаивать все ваши выходки.
- Господин магистр…
Слезы не давали говорить нормально, да и что именно говорить, Хелена не знала, но она не хотела становиться стражем, пять лет упорно избегая этой судьбы, идя наперекор главе Академии и пробираясь сквозь выходки своего фамильяра. Ответить было нужно, а подходящие слова не желали приходить на ум.
- Не плачьте, - магистр подошел к девушке и стал рядом, держа руку на договоре. - Все будет хорошо.
- Господин магистр, стражи... они... мне говорили, что они перестают быть…
- Кем? – приподнял бровь магистр.
- Собой, - уверенно ответила девушка, посмотрев прямо в глаза главе Академии.
- Не повторяйте глупостей, то, что говорят о стражах, это не всегда правда. Они лучшие, но продолжают оставаться людьми, эльфами - не важно. У них рождаются свои принципы, своя честь, свое понимание, поэтому о них говорят столько плохого.
