— Зачем мне твои интимные фото, когда ты голая лежишь передо мной?
Ткань, которая прикрывает мои ягодицы, медленно соскальзывает вниз и кожу обволакивает прохладный воздух. Я заметила, Матвей любит прохладу.
Дальше ничего не происходит. Точнее, рушится сладкое предвкушение предстоящий ласк. Назойливая мелодия входящего звонка бьет по ушам обрывая момент.
— Ефим, — иронично выговаривает парень. С какой-то издевкой. Будто ему что-то известно. От его тона становится не по себе.
— Сбрось!
— Да чего уж там?
— Сбрось, Матвей! — голос надламывается, как и все внутри. И кажется, я слышу как трещит грудная клетка, так сильно в неё врезается быстро бьющееся сердце.
«У меня скверный характер, Вета. Это мой самый главный недостаток. У меня нет тормозов. Когда чего-то хочу — получаю. Иногда выбираю нечестный путь. Я эгоист до мозга костей, но готов впустить тебя в свой мир. Только если ты захочешь этого. Ты хочешь этого?» — эхом звучит у меня в голове.
Самое страшное, что именно сейчас он может воплотить в жизнь свои слова.
Ну не так же?
Если Матвей ответит — случится самый настоящий крах. К моему огромному сожалению я даже и не представляла, что он случился три минуты назад.
Поднимаюсь с кровати и выхватываю из мужских пальцев телефон. Выдираю зарядку из разъёма и обматываюсь простынёй. Мне нужно срочно найти свои вещи.
— Куда ты собралась? — рычит Матвей.
Сама не знаю куда… просто хочу уйти отсюда.
В моей руке оживает телефон и на дисплее отображается все то же имя. Черт! Удерживаю кнопку выключения и лихорадочно кручу головой в поисках своих вещей. Я сейчас в таком состоянии, что с лёгкостью могу подняться к себе в одной простыне.
Вдруг все потускнело, потеряло смысл и вкус. Только резкий писк фонит в ушах, пробирая до костей. Ах да… это просто совесть. Она проснулась в самый нужный момент. Сегодня я обязательно должна поговорить с Ефимом и поставить точку в этих отношениях.
Глава 18
— Вета, ты совсем забыла о родителях? Не звонишь! Не приезжаешь! — взволнованный голос мамы напоминает мне какая же я отвратительная дочь. Я шла с супермаркета домой, когда звонок матери настиг меня.
Со всеми событиями минувших дней я совсем забыла о родителях. Сейчас отличное время навестить их. Отвлечься. Поговорю сегодня с Ефимом и сразу же поеду к родителям.
Сбегу. Да, так будет точнее. Я сбегу в отчий дом подальше от всех проблем.
— Хочешь, я сегодня приеду к вам? У меня как раз выходной.
— Папа хотел посмотреть, как ты обстроилась.
— Хорошо, тогда вы ко мне, — позади слышится медленный шелест шин и я оборачиваюсь на звук.
Еле ощутимый укол паники врезается в грудь разгоняя по крови проклятый страх. Позади меня через чур медленно едет тонированный джип и в голове оседает противная мысль, что это по мою душу. Меня пасут? Эта машина сопровождает меня с самого супермаркета. Сначала, подумала, показалось! Но сейчас убеждена в обратном.
К высотке где я обитаю, осталось всего ничего. Поэтому ускоряю шаг.
Нужно прекращать смотреть боевики, а то кажется, я уже себя через чур накручиваю. Хотя как здесь не накручивать?
— Договорились, мам! К скольким часам вас ждать? К шести будет нормально? Я приготовлю свою фирменную картошку и очень вкусно нарежу колбасу. — Пытаюсь держаться непринуждённо, но становится ещё хуже. Я прошла несколько метров, а джип по-прежнему катится за мной.
— А что с голосом, Вет? У тебя все хорошо?
Материнское сердце… здесь и добавить нечего. Чует, что ее ребёнок находится в потенциальной опасности.
Да, как сказать мам? Я даже и не знаю, говорят ли такое вслух? Помимо того, что я конкретно запуталась в своих отношениях, похоже меня ещё и проследуют.
Решаю все-таки уберечь мамино сердце от лишней дозы корвалола и съезжаю с темы.
— Ладно, я тогда побегу! Буду ждать вас к шести. Купи что-нибудь к чаю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сбрасываю вызов и чуть ли не срываюсь с места. Джип позади свистит колёсами и в одно мгновение перекрывает мне путь. Распахиваются задние двери и оттуда выскакивают двое.
Все происходит достаточно быстро. Из моих рук вываливается картонный пакет с продуктами. Телефон выхватывают следом.
— Тебе это не понадобится пока! — пряча мой телефон в карман, незнакомец мерзкой наружности, хватает меня за капюшон куртки и толкает к своему напарнику. Тот ловит меня. Не забыв облапать, заталкивает в машину. Там меня ждёт третий, блокируя своей тушей противоположную дверь.
Тот, кто схватил меня за капюшон садится на переднее сидение, а его напарник прыгает рядом со мной.
— Вы что себе позволяете? — задыхаясь произношу я. — Быстро выпустили меня отсюда! Произошла какая-то ошибка! Я буду кричать!
— Ля какая борзая! — хмыкает водитель и трогается с места.
— Тебе лучше помолчать, цыпа! — подаёт голос сидящий слева. Его огромная лапища опускается на мое колено и несколько раз хлопает по нему. Он меня так успокаивает?
Меня начинает трясти. Такое чувство, будто отсюда выкачали весь кислород. Мне нечем дышать! Я сейчас задохнусь!
— Кто вы такие? — не оставляю попытку узнать что здесь происходит. — Что здесь происходит?
— Покажи ей фотку! — приказывает водитель.
— Да ищу, блядь! — рычит пассажир с переднего сиденья, нагло листая мою галерею. — Эта дура забыла запаролить телефон, чем облегчила мне задачу. Вот!
Мужлан поворачивает мне телефон приговаривая:
— Ефимка попросил передать: он оценил фотку и сказал, что оплатит свой долг тобой, раз ты любительница скакать на чужих членах. Так что не дерзи мелкая, иначе перестанем с тобой церемониться!
На дисплее своего телефона я вижу полуобнаженных меня и Матвея в его кровати. Это фото было сделано сегодня рано утром. О Боже! Он отправил это фото Ефиму?
Широко распахнув глаза я не верю в увиденное. Пытаюсь вдохнуть, но лёгкие будто склеены. Как рыба выброшенная на сушу судорожно хватаю ртом воздух. Бесполезно. Осознание неминуемой смерти делает панику ещё более ощутимее, сдавливая горло невидимой удавкой. Все той же, которую на меня накинул Ефим. И без Матвея здесь не обошлось...
Как такое возможно? Зачем Матвей это сделал?
— А ниче такая, фигуристая, — выхватывает у него телефон тот, что справа. — В шмотках так и не скажешь!
Кидаюсь на амбала в попытке отобрать телефон, явно не учитывая что мы в совершенно разных весовых категориях. Он меня отталкивает от себя и шикает, приказывая не рыпаться. Начинает листать другие фото.
Слёзы горячим потоком обожгли щеки. Из груди вырвался хрип. Я согнулась пополам пряча лицо в колени.
Нет. Это какой-то страшный сон. Такое не может происходить на самом деле.
* * *
Это был загородный дом. Черт возьми! Меня привезли к какому-то долбанному загородному дому.
Огромный особняк с не менее высоченным забором, окружённый хвойными деревьями располагался в глуши этого несправедливого мира достаточно далеко за чертой города.
Железные ворота разъехались, как только машина свернула к подъездной дороге. Вокруг дома стелился выстриженный газон, а по периметру стояли подсвеченные беседки. Время близилось к шести, меня безусловно радовало это. Поняв, что меня нет дома, родители поднимут шум.
— Там мамка ее написала, спрашивала иней или медовик к чаю купить? — пробасил один из аборигенов. — Я ответил, что ужин отменяется. Вроде повелась.
Мерзко заржал. Другие товарищи подхватили его отменное настроение и одобрительно похлопали по плечу. Ублюдки!
Один из мужчин толкнул меня, намекая, что пора выходить из машины, но в ответ получил лишь мой презрительный взгляд. Я в него вложила весь имеющийся во мне гнев. А его было предостаточно, он ядом обжигал грудную клетку.
