темно-синее, тоже для этого не годилось, и все же оно было хоть чуточку элегантнее.
– Нет, – вдруг сказал принц.
Я озадаченно скосилась на него. Он по-прежнему смотрел в стену.
– Что, прости?
– В таком платье нельзя ехать в Загрем.
Категоричность в его словах меня разозлила.
– Для встречи с принцем я взяла в поездку свои самые приличные платья. Извини, что моя семья слишком бедна. Знала бы я заранее, что придется предстать перед королевским двором, потратила бы часть отданных приюту денег на шелка и бархат.
– Рад, что ты этого не сделала, – спокойно ответил Баво.
Вся злость улетучилась так же мгновенно, как разгорелась. Я застыла с открытым ртом. Спохватилась и закрыла, затем медленно произнесла:
– У тебя очень нестандартный ход мысли.
– Какое изящное выражение для просьбы объясниться, – иронично заметил он. – Вижу, ты уже начинаешь входить в роль заправской придворной дамы. Я имел в виду, что ты бережлива и скромна. Это хорошее качество.
– Только королевский двор его не оценит, – со вздохом закончила я. – Но у меня правда нет нарядов получше.
– Я об этом позаботился. Позвать слугу или ты вернешься в постель?
Я вновь окинула его взглядом, теперь с подозрением. Что-то было странное в том, как это говорил…
– А как ты вообще разглядел платье? – сообразила я.
Оно же было в чехле и принц не мог его видеть, когда вошел!
С той стороны раздался сдавленный смех.
Еще и ржет, пройдоха!
Уперев руки в бока, я пристально изучила угол, в котором стоял Баво. На комоде стояло маленькое зеркальце, незамеченное мной раньше. В него-то и таращился принц, исподтишка наблюдая за мной.
– Прости, – сказал он, но никакого чувства вины в его голосе не прозвучало. – Я слишком много времени провел в степи, чтобы так запросто поворачиваться спиной к незнакомому человеку.
– Ага, особенно если это слабая девушка! – съязвила я.
– Ты обманула трех мужчин. И ты владеешь магией, – резонно возразил он.
«Ладно, к фьёрту», – мысленно отмахнулась я. Спасибо тете Ланнии, что она положила мне с собой толстую шерстяную ночнушку до пят. Я сначала спорила – ночами еще не так холодно, а она ответила, что в дороге может произойти что угодно и мало ли где и с кем придется ночевать. Мудрая женщина.
– Мне все-таки выйти? – уточнил проклятый Баво.
– Да поворачивайся уж, – проворчала я.
Толку играть в эти игры со смущением. Всё, что хотел, он уже увидел.
Глава 10.2
Он повернулся, окинул меня лукавым взглядом и открыл дверь. Исчезнув за ней на сколько мгновений, принц вернулся и бросил на кровать три платья.
– Выбирай. Твои размеры я, разумеется, не знал, прикидывал на глаз. Ориентировался тоже на свой вкус. Если что-то не подойдет или не понравится, вызовем портного, когда приедем в Загрем. Остальным скажем, что твой багаж был разграблен дикарями-степняками.
В восхищении разглядывая принесенную им одежду, я даже забыла возмутиться, что он опять решил всё за меня.
Платья были великолепны. Скорее всего, в Загреме их сочли бы провинциальными, но по меркам моего родного Мелхена в таких не стыдно было появиться и самым богатым горожанкам. Три разных наряда, три разных цвета и стиля – шелк, атлас, кружево, фривольно открытый вырез и короткие рукавчики, наоборот, строгие прямые линии и закрытое декольте… Глазомер у Баво оказался хорошим. Я уже сейчас видела – мне подойдет всё, что он выбрал. Возможно, придется подшить подол или скорректировать длину рукавов, но это делалось легко, и даже не понадобится звать служанку для помощи.
– Где ты это взял? – спросила я, поймав себя на том, что не могу оторвать взгляд от новых сокровищ.
– Позаимствовал у знакомого, у которого ночевал.
– Твой знакомый – женщина?
– Мне кажется или я слышу ревность в твоем голосе? – поинтересовался Баво.
– Кажется, кажется, – кивнула я, спокойно встретив его проницательный взгляд.
Он почему-то усмехнулся.
– Нет, мой знакомый не женщина, но у него есть сестра, которой эти наряды без надобности. Надеюсь, тебя это не оскорбляет?
– Нет, я всего лишь беспокоюсь, не узнает ли какая-нибудь дама на мне свое платье и не поднимет ли скандал.
Баво склонил голову.
– Воровка волнуется о своей репутации?
Я вздохнула. А мне-то уж начало чудиться, как будто мы близки к тому, чтобы поладить.
– Я ограбила трех мужчин, пытавшихся меня совратить, только потому, что считала это справедливым. У меня не было возможности доказать, что эти люди применили ко мне силу. Хоть я из благородной семьи, но бедная и без связей, а судьи охотнее поверят тому, у кого кошелек толще. К тому же я говорила, что не присвоила из тех денег ни монетки. Дополнительно вешать на себя грехи, в которых я не виновата, у меня нет желания. Хотя, конечно, если ты так скажешь, я готова… Одного не могу понять. Почему ты помогаешь мне, но при этом так усердно стараешься меня задеть? Разве я тебя чем-то обидела?
Принц продолжал внимательно смотреть на меня. Ни единый мускул на его лице не дрогнул.
– Знаешь, после чего мы сблизились с Церестином?
Я моргнула. Этот мужчина очень, очень странный! Как проследить за ходом его мысли? Это же невозможно!
– Нет, не знаю.
– Я пришел к нему домой, чтобы его обокрасть. А потом с помощью украденной вещи снова нарушить закон, на сей раз карающийся смертной казнью.
– Ты шутишь надо мной, – недоверчиво сказала я.
Он покачал головой, сохраняя серьезное выражение. Ни глаза, ни губы – ничто не давало намека на улыбку.
– Это было два года назад. Мою невесту Лорейну, доларскую принцессу, похитили наги. Как я думал тогда – чтобы использовать ее в войне против нас. Единственным способом нагнать преступников было использовать портал на Колдовские пути, а за пользование ими в то время полагалась смертная казнь. Однако портал оказался разобран, и его части хранились у Церестина. По собственной воле он бы их не отдал, объяснять что-то ему я не хотел – боялся, что мне помешают броситься вдогонку за невестой. Вором я не стал только потому, что меня опередил другой мужчина, сделавший то, что собирался сделать я. Совесть, кстати, меня не мучила, и за свою репутацию я не волновался. Понимаешь?
