этому быстро.
– Лорд Готье, достаточно, – сказала мужчине, пылая внутри. – Теперь объясните, как жар телесный в осязаемый превратить. Вы же этого добивались?
Отстранился.
– Безусловно. Попытайтесь этот жар сконцентрировать и как будто через узкое отверстие пропустить, чтобы пучок силы стал очень направленным. Только отверстие представьте лучше в каком-нибудь предмете. О, думаю, это вам отлично подойдет.
Он поднял с земли, отряхнул и протянул мне отломанную рукоять от ножа или кинжала.
– Видите, и отверстие есть. Вот оттуда и выпускайте свой телесный жар, Карина, – сказал и, не спеша отдавать вещицу, поднес мою руку к губам и очень осторожно поцеловал, глядя прямо в глаза. – Ну же, пробуйте.
И отошел на шаг.
А я лупу представила. Племянники Генри с ее помощью однажды так сено на спор подожгли, сконцентрировав лучи. Мне попало тогда, хотя проект про отражение и фокусировку солнечных лучей им в школе задали, а я только разобралась, насколько могла, и объяснила, как это работает.
“Простите, скелетики, но так вам правда будет лучше”, – подумала пропуская все эмоции, что разбудил во мне ректор, через увеличительное стекло, а потом через щель в отломанной рукоятке.
Интерлюдия
Реойт Готье смотрел на зажмурившуюся девушку и никак не мог решить, как ему вести себя с ней. Она была… странная. Темная, с хорошим уровнем резерва. Ректор видел это, а потому ждал надменности, капризов и истерик. Но девушка будто сама не осознавала своей силы. Не задумываясь, влила энергию в защиту. Почти всю. Реойт был уверен, что после этого она сляжет с истощением. Донес ее до комнаты и велел целительнице позаботиться о новом сотруднике.
Сотруднике, как же. Врет, что не может читать, чтобы договор не подписывать? Или правда из другого мира? Да нет, оттуда только твари лезут, и разрыв другой был. Так кто же она? И что искала на складе, когда он застал ее?
Ректор мысленно хмыкнул, глядя как девушка вскидывает руку и направляет бесполезный кусок то ли дерева, то ли кости в сторону скелетов.
– Демоны, – выругался он, когда девица начала заливать кладбище огнем.
Глава 15. Тайны, которые не хотят быть раскрытыми
Скелеты вспыхивали и оседали пеплом, а я вела своим вымышленным автогеном (этот образ показался мне более подходящим к ситуации) и думала о том, что так будет хорошо и правильно. Огонь очистит кости, и они в виде удобрения еще послужат этой земле. А то как-то очень уж тут неуютно. Понимаю, что осень, но все равно тоскливо и уныло – кусты, деревья, сами похожие на скелетов, и голая земля с проплешинами жухлой травы. Так неправильно, осень прекрасна и может радовать взгляд обилием красок. Тем более, тут студенты, которые умеют создавать необычные вещи. Если у них перед глазами нет ничего красивого, то, понятное дело, у них одни чудовища получаются.
Собачка на складе в чем-то наверняка милая, но очень уж жуткая на вид. Вылитый Пушок Хагрида. Кстати, так и не поняла, она исчезла или бродит где-то? А если кто в коридор выйдет? Надо возвращаться. Мысленно я нажала кнопку и отключила свой “автоген”. Пламя погасло.
Обернулась к ректору, который своим сиянием, которое в свете луны выглядело как голубоватые вихри, очищал пространство за нашей спиной.
“И правильно, пусть покоятся с миром! – подумала я, одобряя действия мужчины и желая, чтобы он поскорее закончил. – Не дело это, мертвых тревожить”.
Ректор, видимо, понял, что я его жду и решил покончить со всеми скелетами разом. Они вспыхнули и растворились туманом. Эффектно, ничего не скажешь. То есть, с точки зрения физики, это он, получается, их на частицы разобрал, а потом ветром развеял? Эм, а я так смогу? Если на атомы, то это надо связи внутри частиц разорвать? А, поняла, это как воду в пар превратить!
Вскинула на мужчину радостный взгляд и обнаружила, что он пристально смотрит на меня. Смутилась.
– О чем думаете, госпожа Силина?
– О паре, – не задумываясь, ответила я. И поняв, что слово многозначное, поспешила пояснить. – Чая бы горячего выпить, а то холодно. И дети замерзли.
Мужчина оглядел меня. Сам он был в плаще, наверное, собирался на улицу, когда мы встретились, а я в костюме, что мне госпожа Кинази дала.
– Да, вы правы, – он бросил быстрый взгляд на кладбище и, не обнаружив никого, обратился к студентам. – Спускайтесь, адепты, пора возвращаться.
Потом из светящихся ниток сплел что-то тоненькое и невесомое и накинул на меня. Стало тепло. Поблагодарила. Ректор вздохнул и взял меня под руку.
– Пойдемте, Карина. Нельзя так бездумно расходовать силы. Сляжете с истощением, а работать кто будет?
И так мне Бориса Сергеевича этой фразой напомнил, что мне от его слов гораздо теплее стало, чем от волшебства. Мой начальник на Земле так же заботу свою проявлял, вроде строго, но с душой.
– А вы меня еще на работу не приняли, – напомнила я.
– Приму, – сказал, придерживая и ведя под руку, – куда вас денешь. Выхода с территории Академии все равно нет.
Мы вышли с кладбища следом за пятеркой студентов, которые бодро маршировали впереди, подсвечивая дорогу светящимися шарами. Ректор бубнил о нецелевом расходовании магии, но не ругал детей. А их прямо распирало, это было видно. Они размахивали руками и чуть не подпрыгивали на месте, постоянно оглядываясь на нас.
Наконец, Икайл не выдержал и подбежал к нам.
– Госпожа Карина, там эманаций не осталось, умертвия ведь больше не поднимутся, нет? – спросил он, заглядывая в глаза.
Задумалась. Как скелеты поднимуться, если они пеплом стали? Обратно, что ли соберутся? Как Терминатор? Да нет, не может быть. К тому же туман развеялся, а частички пепла в землю провалились…
– Ну, если дождик еще пройдет, то не должны, – осторожно ответила я.
Все-таки тут магический мир, может им законы физики и не законы вовсе. Вот драконы же не должны летать по ним, а летают… Мальчишка кивнул довольный и убежал.
– О чем вы опять задумались, госпожа Силина?
Ректор будто понимал, когда я ухожу в себя, и каждый раз не давал мне этого сделать, выдергивая своими вопросами.
– Думаю о драконах. Тут они есть?
Потому что если тут летают драконы, то физика им
