его воинов, то жестоко карается. Причем подвергаются наказанию и те, кто скрывали и всячески препятствовали раскрытию этого преступления.
Бросив взгляд на неподвижное тело жены, очаровательное в своей беспомощности, я прошептал:
- Эхх, Элоиза, Элоиза. Как только лекарь получит доказательства твоего приворота, ты будешь незамедлительно казнена через повешение. Что же ты натворила?! Очень жаль, могла спокойно прожить свою недолгую жизнь в гостевых покоях, наслаждаясь чтением книг и уютными прогулками по цветущему саду.
Тем временем лекарь подошел к жене и попросил разрешение проколоть ей палец, чтобы выдавить пару капель крови.
- Для чего? – уточнил я.
- Ваша светлость. Совершен любовный приворот. Согласно обязанностям, я должен немедленно взять кровь у жены/мужа того, на кого наложены чары. В данном случае при создании зелья была использована кровь ворожившего, и она оставила отпечаток в вашей крови. Поэтому сравнив кровь жены с вашей, я смогу с полной уверенностью заявить о ее причастности или невиновности к этому чудовищному поступку. И если она виновна, то доложить стражам его императорского величества.
- Приступай. - ответил я, продолжая смотреть на хрупкие и нежные руки жены.
Потихоньку во мне разгоралась непроглядная ярость и злость. Такая трепетная и страстная, словно бутон дикой розы, на самом деле моя жена была коварной и вероломной человечкой, возомнившей, что сможет скрыть приворот и заставит Первого Генерала ее полюбить.
Сжав кулаки до крови, я развернулся и вышел из спальни с твердым намерением оставшееся время избегать общения и контактов с Элоизой, чтобы мой дракон мог успокоиться и не поддаваться любовным чарам. Если я еще как-то и мог контролировать свое тело под воздействием приворота, видя в ненавистной жене лишь красивую и обворожительную женщину с манящими формами, то мой дракон сходил с ума. Он искренне принимал наложенные чары за настоящие и поддавшись звериным инстинктам пытался утащить и завладеть своим сокровищем.
Под предлогом проверки пограничных рубежей я решил на три дня удалиться из замка, чтобы вернуть душевное равновесие и морально восстановиться. За это время лекарь обещал провести расследование и сравнить образцы крови, а также изготовить антидот, способный вывести из моего организма остатки любовного зелья и снять опутывающий меня морок.
Как же я заблуждался...
17. На границе
В первый день на границе ничего не происходило. Я проверил работу гарнизона, усилил ночные патрули вдоль границы с Магическим лесом. Как давно я здесь не был. Оглянувшись по сторонам, вновь поразился мрачной таинственности леса. Казалось, он не хочет подпускать к себе путников, заграждая путь тенистыми черными деревьями с уродливыми и корявыми стволами. До сих пор не нашелся ни один храбрец, добровольно согласившийся бы зайти в чащу. Хотя может быть и был, только обратно оттуда не возвращаются. В этом лесу нет птиц, не слышно воя зверей, тишина, пугающая тишина окутывает его густым плотным туманом.
Комендант крепости сообщил, что последние два дня усилились магические всплески возле старинного большого серого камня, на протяжении многих лет стоявшего на возвышении.
Взяв на следующее утро с собой с десяток сильных драконов – воинов, мы на лошадях направились в сторону камня. На расстоянии ста метров, мое кольцо артефакт уловило ярко-выраженный магический фон.
Дав команду обнажить мечи, мы спешились и медленно направились вперед, озираясь по сторонам и вглядываясь в окружающую растительность, в надежде разглядеть источник, оставивший этот след. Напряженная тишина нервировала, заставляя беспокоиться и оборачиваться на любой шорох.
Неожиданно над большим камнем вспыхнула ярко-оранжевая огненная вспышка, и из-под земли сначала появился мощный хвост, усыпанный острыми наростами - шипами с огромным жалом на конце, а затем туловище животного, похожего на льва, но с человечьей головой.
- Мантикора! – в диком ужасе зашептали мои воины и непроизвольно попятились назад. У нас при себе были только мечи и кинжалы - бесполезное оружие в борьбе с этим свирепым хищником. Ее яд, находящийся на конце жала – смертелен, достаточно одного пореза, чтобы сначала обездвижить человека, а через пару минут убить.
Мантикора тем временем зашипела, и, вращая безумными глазами, ногами вздымая пыль, двинулась на нас. Ее огненная грива ярким пятном освещала пространство вокруг, сея панику и страх в моем отряде.
- В защиту! – скомандовал я. Я понимал, что единственный шанс выжить – это отвлечь зверя, а самому тем временем обратиться в дракона и попытаться отрезать ее от отряда в огненном кольце. Потерявшая ориентир, она станет беспомощно крутиться в ловушке, а у меня появится шанс отсечь ей хвост.
- Отвлекать! – дал команду Маркусу, начальнику отряда, а сам взмыл ввысь, нарушая тишину леса громким хлопаньем крыльев. Мой дракон оценил план. Исторгнув огненное пламя, замыкая кольцо, я вдруг заметил, что мантикора не оставляет отпечатков на земле. Это было весьма странно, учитывая тяжесть ее тела. Смутные подозрения закрались в голову. Чтобы их проверить, мой дракон спикировал прямо на хищника, пытаясь схватить за хребет и поднять в воздух. Догадки оказались верны. Это была не обычная мантикора, а ее морок. Очень реалистичный и достоверный, ни каждый высший маг способен на такое, из известных мне – никто.
Вернув себе человеческий облик, я перепрыгнул через стену огня и вплотную приблизился к зверю. Мои воины громко закричали, и бросились было на помощь, но я резким движением руки их остановил. Опасности не было. Это всего лишь мираж, искусно сотворенный кем-то с определенной целью. Еще раз проведя рукой по мантикоре, я наблюдал, как моя ладонь свободно проходит сквозь тело зверя, а на кончиках пальцев ощущается легкое покалывание.
Задумавшись о том, кто мог и для чего был создан этот морок, я почувствовал, как стал горячим артефакт связи. Достав кристалл, активировал его, и увидел Главу охраны моего замка с очень озадаченным и взволнованным лицом.
- Что случилось? – с недобрым предчувствием спросил я.
- Ваша светлость. Я должен предупредить, к вам приехал его сиятельство Адриан фон Вольштайнс. Умоляю простить меня, но я был вынужден впустить его, несмотря на ваш запрет. У него с собой императорская печать. Вы же знаете, ваша светлость, гонцам с такой печатью не отказывают, а тем более императорской родне. – Глава охраны в страхе склонил голову в низком поклоне, ощущая мой гнев.
Два дня назад я выставил этого неблагодарного юнца из своего замка и запретил приближаться к нему ближе, чем на десять шагов. И он должен быть мне благодарен, что я не пожаловался дяде на его недостойное поведение с
