так тупо отмазаться.
– Это я о вчерашнем, – поясняет Тимур, поправляя свой пиджак и двигаясь к кушетке, чтобы сесть. – Сегодня ты меня вывела. Я вспыльчив, Лейла, и быстро выхожу из себя. Думаю, нам все же следует откровенно поговорить о том, что случилось до свадьбы, чтобы в будущем больше не в возвращаться к этой теме. Очевидно же, что этот вопрос снова всплывет, если так и останется нерешенным, а я не хочу жить прошлым и без конца злиться из-за этого. Я тоже, знаешь ли, обещал себе, что буду хорошим мужем, поэтому на этот раз, сделаю вид, что этой пощечины не было. Но это не значит, что если попробуешь ударить меня ещё раз – останешься безнаказанной. Ты поняла?
– Поняла, – отвечаю неохотно.
В следующий раз он даст мне сдачи.
– Сядь, – повторяет он, когда я не двигаюсь с места.
Сажусь у туалетного столика, повернувшись к нему лицом. Нет совершенно никакого желания снова устроиться на кровати или, еще хуже, рядом с ним на кушетке!
– Почему Мира сбежала? – спрашивает Тимур, и это последний вопрос, который я ожидала.
– Откуда мне знать? – отвечаю, не скрывая своего недоумения. – Все, что она написала в своем последнем сообщении – единственное объяснение, которое я получила. Хотя есть в моей семье люди, считающие, что я ей помогала и прикрывала.
– А это не так? – с подозрением спрашивает он.
– Конечно, нет! Знай я о ее сумасшедшем плане, то попыталась бы отговорить, а если бы не получилось, рассказала бы своей маме, чтобы она решила, как быть. Несмотря на то, что мне всего двадцать, я не глупая, знаешь ли. Я прекрасно осознаю свой долг перед семьей и не стала бы поощрять такую выходку. Вопрос в том, чтотысделал такого, чтобы она передумала выходить за тебя? Потому что Мира не раз говорила мне, что любит тебя. И она не выглядела несчастной, готовясь к вашей свадьбе до последнего времени.
– Она сбежала не из-за меня, – мрачнеет Тимур, гневно сводя брови на переносице. – Мы прекрасно общались после того, как помирились. Не вали с больной головы на здоровую! Мне сложно поверить в то, что ты говоришь правду, учитывая слова твоей тети и то, что Самира ночевала вместе с тобой в ночь, когда сбежала, и, тебе же оставила это идиотское сообщение.
Постепенно мне становится ясен смысл его прошлых слов и обвинений. Так вот что он думает! Как и моя семья, этот упрямый мужчина решил обвинить меня во всех бедах!
– Что тебе наболтала тетя Азиза? – спрашиваю прямо, начиная злиться. – Хотя, неважно. Мне все равно. Я не собираюсь доказывать свою невиновность еще и тебе. Хватило мне моих родных, которые допрашивали не хуже, чем преступника в тюрьме.
– Или тебе просто нечего сказать… – гнет свою линию он.
Это становится последней каплей. Я так долго сдерживалась, но тут не устояла. Позорные слезы текут из глаз, убивая мою гордость, и хотя я тут же зло вытираю их, они не останавливаются.
– Я просто хочу покоя, Тимур! – срываюсь на эмоции, чувствуя не только гнев, обиду, но и жгучий стыд за то, что проявила перед ним слабость, показав свои слезы. – Ты думаешь, это так легко – прийти в чужой дом, к человеку, которого практически не знаешь и которого должна считать своим мужем? Тебе больно? Ты ненавидишь меня? Так ты хотя бы отыгрался! За эти два дня ты прокатил меня на всех видах эмоциональных горок! А в чем моя вина? Что я сделала? Почему, если вы с Мирой не смогли разобраться в своих отношениях, страдать должна я? Я покинула своих родителей, а скоро покину и родину, но разве ты хоть раз подумал, что, возможно, мне сейчас даже труднее, чем тебе? Ты вернешься к своей обычной жизни, с той лишь разницей, что теперь придется делить дом с женой, а как же я? Я никогда не хотела переезжать отсюда! Я не хотела выходить замуж за человека, которого не люблю! Что мне-то делать!? Как справиться с этим, даже если ты – большой, сильный мужчина, не можешь забыть и смириться?
Срываюсь в ванную, потому что рыдания подступают к горлу, а я не собираюсь дать ему это увидеть. Заперев дверь и включив воду в раковине, сползаю на пол, давая свободу горю, но даже тут он не хочет оставить меня в покое. И пяти минут не проходит, как я слышу грохочущий стук в дверь и равнодушный голос мужа.
– Выходи, у нас нежданные гости.
К черту этих гостей! Не хочу никого видеть, хочу домой. К маме. В ее теплые, понимающие руки. За что Бог так наказывает меня? Почему я должна переживать все это?
Глава 11
Казалось бы, то, что Тимур перестал обращать на меня внимание, должно радовать, но напряжение, витающее между нами, только еще больше нервирует. Отвезя мои вещи на почту, он вернулся домой и попросил поесть. Вежливо попросил. Однако, все равно как-то холодно. Я и сама не понимаю, почему меня это так напрягает, но как-то неприятно.
Накрыв на стол, ухожу в спальню и снова включаю телевизор. Потом понимаю, что раз мы идем завтра к родителям, а вечером вылет, собраться я не успею. Нужно сделать это сейчас.
Достав два чемодана средних размеров, укладываю в них вещи на лето и осень, но поняв, что тогда не поместятся сумки и обувь, осеннюю одежду решаю оставить. Как сказал Тимур, в Москве тоже есть магазины.
Он не возвращается до того, как я лягу спать, так что в следующий раз я вижу его только утром, спящим рядом. На этот раз его рука накрывает мое предплечье, так что я аккуратно убираю ее и сползаю с кровати, начиная собираться. Приняв душ и накрасившись в ванной, решаю разбудить его, чтобы мы не опоздали, но Тимур уже и сам встал.
Когда я выхожу из ванной, он сидит на кровати и копается в своем телефоне, а потом, не удосужившись даже посмотреть на меня, уходит в освободившуюся ванную. Быстро надев выбранное накануне платье из шифона, сине-зеленого цвета и белый шелковый платок на голову, я
