кафе.
Никулин явно весь день бегал по делам, потому вид имел изможденный, наверняка, был голоден, но ограничился чашкой чая, я взяла кофе, но так и не притронулась к нему.
— У меня возникло несколько вопросов, Елизавета Владимировна, — Алексей Викторович говорил мягко, но взгляд, направленный на меня, был цепок. — Мне бы хотелось больше узнать о вашем приятеле Сергее Онегине. Как давно вы знакомы?
— Около года, — нервно сглотнув, ответила я. Предмет беседы мне уже не нравился.
— Как вы познакомились?
— Он подсел ко мне в кафе, мы разговорились.
— Простите за мой вопрос, но он не хотел от вас большего, нежели просто дружбы?
— Я дала ему понять, что между нами ничего не может быть. Но он настаивал на продолжении знакомства, я не отказала. Со временем мы подружились.
— Вы часто виделись?
— Да, достаточно часто. У нас оказалось много общих интересов, мой муж постоянно пропадал на работе…
— И вы не заинтересовались Онегиным как мужчиной?
— Нет, — немного покраснев, я бросила на Никулина испытующий взгляд.
Знает он о нас с Сережей или играет наудачу, что-то подозревая? Его взгляд мне ни о чем не сказал.
— С Красовицким Даниилом Сергеевичем вы знакомы недавно, но тоже успели подружиться? — поинтересовался Никулин совершенно безэмоционально.
— Точно. Он встречался с моей подругой, через нее и познакомились.
— Они ведь разошлись?
— Да.
— Но у вас, видимо, оказалось и с ним много общих интересов?
— К чему вы клоните? — нахмурилась я.
— Ни к чему, удивляюсь тому, как легко вы сходитесь с мужчинами.
— Между нами ничего нет.
— Это вы сейчас про кого? — усмехнулся Никулин, а я покраснела, злясь на его язвительный выпад.
— В чем вы хотите меня обвинить? В измене мужу? Так вот, я ему никогда не изменяла. А то, что я общаюсь с мужчинами… Что в этом такого? Женщине необходимо мужское общество, а Женя все время пропадал на работе.
— То есть ваши отношения с мужчинами никогда не переходили дружеской черты, это вы хотите сказать?
— Именно.
— С Поленовым вы не успели за это время подружиться? — манера ставить вопросы откровенно намекала на то, что он мне не верит. Ну и плевать.
— Мы неплохо общались, один раз посидели в баре, выпили кофе. Вот и все.
Никулин некоторое время разглядывал меня, постукивая ручкой по столу.
— Что ж, Елизавета Владимировна, можете быть свободны. Если понадобитесь, я вас вызову.
Я покинула кафе в смешанных чувствах. Определенно, Никулин неспроста роет под меня, если он узнает о нас с Сережей, то всем моим словам будет грош цена, в том числе и правдивым. Мотивы убить мужа в его глазах станут очевидными. Если они захотят повесить на меня убийство, у них может получиться.
Рома был дома, когда я приехала, сидел в кухне с чаем и сигаретой.
— Что сказал следователь? — поинтересовался у меня, я пожала плечами, Рома усмехнулся.
— Дай угадаю. Интересуется твоими многочисленными дружками, пытаясь угадать, не был ли кто из них любовником?
— Считаешь, это смешно?
— В какой-то степени, да. Но ты сама виновата.
— Не капай мне на мозги, и так хреново.
— Если отец нанимал кого-то для слежки за тобой, следователь может найти его. Тогда тебе точно не поздоровится.
Я некоторое время задумчиво смотрела на Рому.
— Может, мне его самой найти?
— Не спеши, — Рома потушил окурок, — вдруг мужик ни о чем не знает, а так у него будет повод стрясти с тебя денег.
— И откуда ты такой умный взялся?
Рома усмехнулся.
— Жизнь научила. Что там с квартирой отца? Когда ее можно увидеть?
— Не терпится съехать? — усмехнулась я. — Там живет какая-то семья, номера телефона у меня нет, но думаю, можно туда съездить и обрисовать ситуацию. Если что, выплатим неустойку.
— Так поехали.
— Поехали, — пожала я плечами.
Квартира находилась в двадцати минутах езды. Это был уютный район кирпичных сталинок, строившихся изначально для работников военного НИИ, располагавшегося неподалеку. Тут было зелено, тихо и спокойно.
В основном, жили бабушки и семьи с детьми. Торговых центров не наблюдалось, да и вообще, район отличался от всех современных, словно он застыл на определенном уровне и с него больше не сходил. Новые кафе странным образом не приживались, из известных были только те, что открылись много лет назад. Магазинчики маленькие, на улицах то здесь, то там стояли ларьки.
Можно сказать, для Жени это был идеальный выбор места, полностью отвечавший его образу жизни. Однако со временем он купил себе квартиру в центре и перебрался туда. Впрочем, и тут постарался.
Дом наш располагался в стороне от дороги, окна выходили в уютный зеленый двор, дом был небольшой, для состоятельных людей, предпочитающих не сновать среди семнадцати квартир на этаже, как застраивают в новых домах. Своя парковка, огороженная территория, при этом нет ощущения, что ты в какой-то замкнутой системе, отделано очень красиво.
Мы вышли из машины, бросив ее у подъезда. В квартире, честно говоря, я никогда не была, с жильцами Женя встречался сам, но мне о ней упомянул, и в шкафчике лежали документы, так что добрались мы без проблем. Что Рома, что я осматривались с любопытством. Я набрала на домофоне номер квартиры, никто не ответил.
— Этого мы не учли, — заметила я, кинув взгляд на часы, — четыре вечера, если они на работе, то до семи могут не появиться.
Тут распахнулось окно первого этажа и показалась тетка лет пятидесяти в стареньком халате и с растрепанными волосами. Осмотрев нас критически, поинтересовалась:
— Вы в какую квартиру?
— В одиннадцатую.
— Так там никто не живет.
— Как это? — уставилась я на нее. — Должна жить семья.
— Жили, — кивнула тетка, — но уже месяца три как съехали. Хозяин попросил, сказал, что квартира ему стала нужна.
Мы с Ромой переглянулись, и он вежливо поинтересовался:
— Скажите, пожалуйста, а сам хозяин тут после этого появлялся?
— Бывало. Но не часто. Может раз, другой за месяц, а то и вовсе не приедет. По-разному. Я, конечно, за ним не слежу, но по вечерам частенько сижу у окна, вот и примечала.
— Он один приезжал? — спросил Рома, и я бросила на него взгляд, поняв, куда он клонит.
— Всегда один, тут врать не буду. Если меня видел, вежливо здоровался и улыбался.
— Когда он тут был последний раз? — влезла я.
Тетушка завела глаза наверх и зашевелила губами, перебирая в уме события.
— Кажись, в четверг, а может, в среду на той неделе, точно не скажу, но в один из этих дней. Так вас хозяин интересует что ли?
— Видите ли, — сказала я, — я хозяйка этой квартиры. Вместе с
