хмыкнув, сказал я.
— Я тот друг, который готов утирать твои сопли, — со смехом, сказал Степан.
— Ваши креветки, птенчики, — сказал Бари, ставя перед нами две большие тарелки. — Приятного аппетита!
— Спасибо, Бари, — крикнул ему вслед Степан, взяв одну креветку в кляре, он тут же уронил ее в тарелку обратно. — Ащь, горячо! — взвизгнул парень, прикладывая пальцы к мочке уха. Мимо проходящая Мелисса радостно ухмыльнулась. — Напиши Лу, если она захочет, я отдам тебе сразу билеты, — сказал парень, продолжая держаться за ухо.
— Только хотел это сделать, как ты завел тему про любовь, — недовольно сказал я, взяв в руки мобильный.
— Не извини, — улыбнувшись, сказал Степа, сделав акцент на отрицании. Друг свободной рукой взял стакан и поднес его ко рту.
Закатив глаза, разблокировал телефон и открыл чат.
Я: Лу, тут Степан нас приглашает в клуб на выступление новой популярной группы «Ящик Пандоры».
Ответ пришел почти мгновенно, внутри появилось приятное ощущение тепла.
Лу: Что за любители мифологии старого времени?
Я: На кой мне знать, ну посмотри, что они играют в сети и сообщи. Если захочешь, Степа отдаст мне сразу билеты.
Лу: Ладно, сейчас изучим этих мифологических тварей.
Улыбнувшись, заблокировал телефон и положил на стойку. Посмотрев на друга, увидел, тот с довольной ухмылкой наблюдал за мной.
— Ты прям солнышко, — прошептал он, показательно прикрывая глаза, будто бы я ослеплял его.
— Придурок, — сказал я, не скрывая своей улыбки.
Вот поэтому он мой лучший друг. Не важно какие темы мы будем обсуждать, серьезные или же отстраненные, Степа не давит, лишь просит. Понимаю, он прав и хотел, как лучше, но мне и правда тяжело. Сколько раз я хотел обо всем рассказать Лу? Много, но что-то останавливало. Нужно собраться с силами и сделать первый шаг. Лучше быть отфутболенным напрямую, чем еще годами прощупывать почву, надеясь понять да это или нет.
Прошел час, Степан рассказывал о новой игре, с которой к нему пришел рекламодатель. Только он не знает соглашаться ему или нет. Деньги обещали приличные, только и требования странные. Рекламодатель хочет, чтобы Степан хвалил его проект, даже если там будут баги или недоработки, говорил, что это бета-тест и игру точно стоит покупать. Странно это, даже за такие деньги.
— Ты шнаешь, я никогда не делаю штримов по бета-тештам, всегда только готовые игры, — жуя креветку, сказал парень, полчаса назад он заказ у Бари еще две порции этой вкуснятины. — Хочется отказаться. Но по сути, проект интересный и деньги хорошие платят, — произнес Степа, рассматривая лампочки висящие над барной стойкой, он на ощупь взял новую креветку и закинул в рот.
— Но тебя же смущают условия, что с этим делать будешь? — отпивая содовую, на которую я перешел после третьего стакана пива, спросил.
— Не шнаю, — продолжая жевать, сказал Степан и поднес к губам пятый по счету бокал пива. — Думаю, все-таки отказаться.
— Так будет лучше, — кивнув сказал я, взяв креветку в кляре и макнув ее в острый соус. Телефон завибрировал, закинув еду в рот, вытер руки о салфетку и разблокировал экран.
Лу: Что могу сказать, эти любители мифологии играют хорошую музыку. Бери билеты, только пусть Степа не напивается сильно, мне хватило как он в прошлый раз блевал в такси. До сих пор стыдно.
Я: Хорошо. Ну чего ты придираешься к нему, укачало чутка, с кем не бывает?
Лу: С тобой! Ты лишь один раз напивался до беспамятства, и то блевал только на следующее утро.
Я: Лу, ты слишком строга к нему.
Лу: Я не хочу вытирать чужую блевоту, чтобы меня не кинули в черный список в службе такси. Тем более это твой друг!
Я: Понял, передам.
Лу: Когда будешь дома?
Я: Соскучилась что ли?
Лу: Нужен ты мне больно. Просто, думаю оставлять ли тебе лазанью на столе или убирать ее в холодильник.
Я: Ты приготовила лазанью?
Лу: Да. Так убирать или оставлять?
Я: Убирай и не жди меня.
— Ты сейчас своей улыбкой ослепишь всех в баре, — немного заплетающимся языком, сказал Степан. Бросив на него взгляд, увидел, как бокал за считанные секунды опустел. — Пожалуй, мне хватит.
— Тебе хватит было, два бокала назад, — положив на стол телефон, сказал я.
— Тю, какой ты зануда, — воскликнул он, его глаза округлились, что заставило меня засмеяться. — Я ненадолго, — произнес парень, направившись в туалет быстрой походкой.
— Он никогда не знает своего предела, — убирая пустые тарелки, сказал Бари.
— Это точно, вечно хочет испытать себя на прочность, — улыбнувшись, сказал я.
— Не все такие рассудительные как ты, Хёну, — сказала Мелисса. — Ему бы стоило поучиться у тебя, взамен постоянных любовных наставлений.
— Но Степа прав. Хёну, пора уже давно признаться Лилу, — сказал Бари, на что его сестра лишь пожала плечами. — Парень, не совершай моих ошибок. Я так тянул с признанием много лет. Итог она уже замужем не на мне… и ждет ребенка, отец которого не я…
— Я тебя понял, Бари, спасибо, — улыбнувшись, сказал я.
Степан вернулся, и мы расплатились по счету. Он, как и обещал, заплатил за меня. Выйдя на улицу, нас встретила теплая ночь, заказав такси мы отошли в сторону, чтобы не мешать людям. Друг закурил и с мечтательной улыбкой посмотрел на темное небо. В центре почему-то совсем не видно звезд, то ли из-за обилия света, то ли еще по каким-то причинам. Хотя они всегда там, если не скрываются конечно за плотными тучами, так же как и большая луна.
— Ну что касаемо билетов? — спросил он, выдыхая дым вверх.
— Лу согласна, — только и сказал я, наблюдая за длинной очередью на другой стороне улицы. Ночь только начала вступать в законную силу, ночные клубы и бары открылись не больше двадцати минут назад и не успели пропустить всех желающих.
— Отлично, держи, — передав мне два билета, сказал Степан. Подъехало его такси, парень затушил сигарету и выкинул ту в урну. — Был рад увидеться, надеюсь на следующей неделе повторим.
— Как будешь дома, напиши, — крикнул ему вслед я.
Автомобиль отъехал, оставляя меня одного. Посмотрев на билеты, увидел дату мероприятия. Двадцать четвертое июля, пятница, начало ровно в шесть вечера, запускают в клуб за час до начала.
Глава 8. Хёну
11 июля, 2276 года
Проснувшись от собственного крика, ощутил пульсацию в висках. Голова была готова разорваться от боли. В груди горело и словно кто-то давил на нее, не давая сделать нормальный вдох. Опять этот сон, снова тону и не могу дышать. Тело дрожит, мысли только о боли и
