— Постарайтесь больше не падать.
Она закивала и прислонилась к стене. Принц внимательно посмотрел на нее и спросил:
— Все в порядке? Вам удобно?
Она улыбнулась:
— Да, спасибо.
— Думаю, я откажусь от портвейна, принц. Не хочется облиться с ног до головы. — Герцог весело рассмеялся.
Принц тоже засмеялся:
— Как вам будет угодно, лорд Бофорт. Устроившись на стульях, мужчины заговорили об экономических проблемах Юры. Принц Август полагал, что ему без особого труда удастся восстановить экономику страны, однако ситуация осложнилась тем, что северная часть Италии оказалась под владычеством Австрии — это сильно препятствовало торговле.
Лорд Бофорт, прекрасно разбиравшийся и в политике, и в экономике, дал принцу несколько весьма разумных советов. Главная проблема с которой столкнулась Юра, заключалась в том, что Австрия была крайне заинтересована в Сеисте, морском порту Юры. Контроль над Венецией и Сеистой позволил бы австрийцам господствовать на Адриатике. Разумеется, великие державы не могли равнодушно наблюдать за этим — вот почему Юре была предоставлена независимость в Заключительном акте Венского конгресса. Однако принц не сомневался: австрийский император не отказался от своих притязаний. Герцог тоже это понимал, и они обсуждали, как восстановить экономику Юры и в то же время избежать политических осложнений.
Было уже за полночь, когда принц наконец взглянул в сторону койки, ожидая увидеть спящую Чарити. Однако она сидела, скрестив ноги, и внимательно слушала; казалось, ее очень интересовал разговор мужчин.
— Я думал, вы уснули, — пробормотал Август.
В карих глазах девушки промелькнула обида.
— Я слушала вас и папу. Это гораздо интереснее, чем просто спать.
— Интереснее? — удивился принц.
Лорд Бофорт засмеялся:
— Весь этот год Чарити читала «Благосостояние наций». И стала большой сторонницей свободной торговли.
Девушка энергично закивала:
— Да-да, папа, конечно. Нельзя допустить, чтобы Австрия облагала налогами торговлю Юры.
Принц был необычайно удивлен. Оказалось, что Чарити действительно слушала их разговор и все прекрасно поняла.
Ночью «Сокол» попал в самый эпицентр шторма, и к утру вода заливала все палубы корабля. Принц позаимствовал плащ у помощника капитана и вышел подышать на палубу. Когда Август возвращался к себе в каюту, он увидел Чарити, сидевшую на ступеньках лестницы.
— Боже правый! — воскликнул принц. — Что вы тут делаете, леди Чарити?
Она встала и повернулась к нему лицом:
— Я пыталась… подышать немного. Моя каюта слишком душная. Почти как резиденция регента.
Август весело рассмеялся.
— Как тут скучно, — продолжала девушка. — Я думала, что смогу подняться на палубу и посмотреть на море: И мне очень хочется увидеть Гибралтар — ведь мы будем проплывать его, не так ли? Но капитан сказал, что нельзя подниматься на палубу.
— Там сейчас очень опасно, — сказал принц. — Вы можете упасть за борт.
— Думаете, упаду?.. — Она усмехнулась.
Принц нахмурился. Конечно же, девушке не следовало разгуливать по кораблю без сопровождающего.
— А где ваш отец?
— Сегодня даже папа чувствует себя не очень хорошо. После завтрака его вырвало.
— О, неужели?.. А как вы себя чувствуете?
Чарити проигнорировала вопрос и спросила:
— Вы сейчас чем-нибудь заняты, принц?
Он улыбнулся и пожал плечами:
— Откровенно говоря, даже не представляю, чем сейчас заняться. Вы играете в шахматы, леди Чарити?
Она одарила его ослепительной улыбкой:
— Уверяю вас, принц, очень хорошо играю. А здесь есть шахматы? Я бы с удовольствием сыграла с вами.
— В моей каюте есть комплект. Пойдемте. Они до самого вечера играли в шахматы, и принц убедился, что Чарити действительно была весьма искусна в игре. Она тщательно обдумывала каждый ход и при этом что-то бормотала себе под нос. Глядя на нее, Август думал: «В один прекрасный день эта малышка станет восхитительной женщиной. Только хотелось бы, чтобы это произошло не слишком скоро. Она очаровательна именно такая, какая есть».
На следующее утро небо прояснилось, море успокоилось, и жертвы морской болезни поднялись со своих коек. Теперь «Сокол» плыл по солнечному Средиземному морю, мимо холмов Италии. К полудню же они повернули на север и направились к жемчужинам Адриатики — к Венеции и Сеисте.
Стоял солнечный и жаркий июльский день, когда «Сокол» вошел в воды залива. Расхаживая по палубе, принц Август поглядывал на узкие прибрежные улочки с великолепными архитектурными памятниками — руинами романской базилики, колоссальной средневековой крепостью и великолепным собором Сан-Джованни эпохи Ренессанса. Глядя на эти улочки и холмы, окружавшие город, принц то и дело улыбался — он чувствовал, что наконец-то оказался дома.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава 9
Юра 1815 год
Юлия, столица Юры, располагалась на реке Мире, в пятидесяти милях от Сеисты. Она была основана римским императором Августом в 34 году до Рождества Христова, и часть стены, которую построили римляне, чтобы защитить город, сохранилась до нынешних времен. Сеиста была итальянской по своей архитектуре и по ландшафту, но в столице проявлялась культура и других народов — лишь турецкое влияние полностью отсутствовало. Армии Сулеймана Великолепного когда-то завоевали Венгрию и даже подошли к воротам Вены, но турки не смогли пересечь Каву, реку, разделяющую Австрию и Юру — именно поэтому в Юлии не чувствовалось турецкого влияния.
Пока карета, в которой сидела Чарити, катила в сторону дворца по западному берегу реки Миры, девушка смотрела из окна на часть города, раскинувшуюся на противоположной стороне. На фоне чистого голубого неба, над дворцами, церквями и домами юрианской столица величественно возвышались готические шпили собора Святого Петра.
— В этом соборе состоится свадьба Августа, — сообщила Чарити принцесса Екатерина, которая ехала в одной карете с девушкой.
— Он очень красив, — пробормотала Чарити, не поворачивая головы.
Она не отрывала глаз от города, пока экипаж катил по каменному мосту, соединяющему западный берег с Юлией. Резиденция принца — дворец назывался Пфальц — располагалась в нескольких милях к югу от ворот города. Когда последние здания исчезли из виду, Чарити обратила взор на серо-голубые воды Миры.
«Неужели я в Юре? — спрашивала себя девушка. — Неужели я на самом деле здесь? Да, это действительно Юра, а эта река — Мира. И скоро мы прибудем в Пфальц». Чарити охватило такое волнение, что казалось, оно кипело у нее в груди, и ей чудилось, что ее грудь вот-вот разорвется…
