19. Праздник невиданной щедрости
— Скворцова, подойдите ко мне! — сказал профессор Морис в конце занятия по артефакторике.
— Да, профессор? — без особого удовольствия приблизилась к нему, ожидая новую порцию негатива и запретов.
Но к удивлению, этого не произошло.
Мужчина молча протянул карточку с какой-то надписью. Пригляделась — временный пропуск в библиотечную секцию артефакторики! Ну надо же! Мне позволят изучать филактерии? А как же вся его пылкая речь о запретах и прочем? Снова сам себе противоречит.
— Спасибо, профессор Морис! — от души поблагодарила я и попыталась забрать пропуск, но ректор почему-то не отдавал. Он все так же крепко сжимал бумагу и нервно поглядывал на мои пальцы, вцепившиеся в ее противоположный край. Как будто от сердца отрывал самое дорогое!
— Послушайте, мне правда очень важно узнать правду, — принялась убеждать его, понимая его неуверенность. — Не переживайте, я не буду применять эти знания на практике. Если хотите, могу торжественно поклясться перед всей академией!
Ректор наконец оттаял и шумно выдохнул, снимая с себя напряжение, и позволил забрать пропуск. И чего он так боится? Это ведь просто книги!
— Перед академией не надо. Никто не должен знать об этом. Даю вам две недели на подготовку реферата по теме филактерий. Потеряете пропуск — в тот же миг будете отчислены.
Немного не то, чего я ожидала, но и профессора можно понять. Так хоть какая-то иллюзия контроля у него будет над тем, что именно я собираюсь изучать. Учитывая, что я вообще уже не надеялась получить доступ к этой информации, даже против реферата возражений не имела.
Поэтому вновь поблагодарила его, но прежде, чем покинуть кабинет, не удержалась от вопроса:
— Простите, профессор. А почему вы передумали? Мне казалось, вы категорически против того, чтобы я изучала эту тему.
Дрожащей рукой мужчина промокнул платочком лысину на макушке и поправил очки на переносице, а потом ответил:
— Скажем так, меня убедили, что вам это может пойти на пользу.
Убедили? И кто же это у нас такой заботливый благотворитель, что смог повлиять на решение самого исполняющего обязанности ректора?
Не стала расспрашивать дальше, чтобы не испытывать его терпение. Повторения недавнего скандала мне совсем не хотелось. И так было немного стыдно за него. К тому же, видно, что профессор сегодня не в духе и отчего-то сильно переживает. Собственно, не так уж важно, кто решил прийти мне на помощь. Главное, что в результате я получила желаемое и теперь смогу выяснить, права я на счет природы моего кулона или ошибаюсь. Искренне надеюсь на последнее…
Погода стояла пасмурная, и после обеда, когда я вышла во двор на встречу с Сапфиром, стал накрапывать дождь. Мне бы никакая погода не помешала тренироваться, но демон был непреклонен:
— Слишком холодно и сыро, видимость плохая. Ты хочешь, чтобы профессор Теон меня возненавидел за то, что я рискую твоей жизнью?
— Ты сам предложил помочь, — пожала плечами. — К тому же, не уверена, что профессора Теона заботит моя безопасность. Скорее наоборот…
— Ну конечно, за один крошечный синяк на твоей нежной ручке он был готов меня растерзать. Преподаватели о тебе тут явно заботятся больше, чем об остальных.
Я недоверчиво хмыкнула. Ну да, сначала спокойно смотреть, как я вот-вот разобьюсь на смерть, а потом взбеситься из-за какого-то синяка. Скорее уж я поверю, что профессору не понравилось вмешательство Сапфира и мое неожиданное спасение, чем легкое повреждение руки.
— Поэтому предлагаю переждать и заняться другим полезным делом, — сказал демон. — Поможешь мне в стойлах.
Вот наглый!
— Ну уж нет, это твое задание! Я сюда тренироваться пришла. И раз ты отказываешься мне помогать, пойду займусь другими делами. Мне еще в библиотеку надо…
— Так я и помогаю, — возразил он. — Разве не помнишь, что каждый наездник должен сам ухаживать за своим драконом? Это первый шаг на пути к установлению связи с ним. Без нее он тебя не только скидывать будет, но и покусать может.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А профессор Амари говорила, что драконы этой породы очень покладистые… — проворчала я. Но он, конечно прав. Пока есть возможность, нужно всячески налаживать отношения с питомцем. Поэтому, вместо того, чтобы вернуться в академию, последовала за Сапфиром.
— Это не отменяет того факта, что они животные, которые требуют к себе внимания, — бросил он. — Хотя твой случай и правда уникален. Впервые вижу, чтобы учебный дракон был так неуважителен к своему седоку.
Следующие два часа мы занимались драконами. Одногруппник объяснял, что я должна делать, показывая на примере своего питомца. Точнее, питомицы.
Величественную драконицу цвета закатного неба и ростом с одноэтажный дом звали Таира, что в переводе с демонического означало «сияние зари». Ее чешуя действительно сияла даже в темноте помещения, так же, как и глаза демона светились синим, будто фонари. По словам Сапфира, эту породу драконов разводят специально для демонов. Она идеально подходит для боев и сражений в воздухе, какие часто устраивают на Великих играх в их мире.
— Мне подарили ее на четвертый день рождения и в тот же год меня стали тренировать боевым искусствам, — поделился он, любовно поглаживая питомицу по шее. — За эти годы у нас с ней было достаточно времени, чтобы сдружиться. Мы понимаем друг друга без всяких команд, а на поле боя, когда часто нет времени на разговоры, это очень важно. Именно к такой связи со своим драконом должен стремиться каждый наездник.
Со вздохом посмотрела на своего Изумрудика, равнодушно позволяющего мне чистить чешую на его спине. Нам с ним до такого взаимопонимания еще очень далеко.
— А почему ты выбрал именно этот факультет? — поинтересовалась я. — Если ты хороший боец, почему не пошел на боевой?
Сапфир пожал плечами.
— Это скучно. Посвятить всю свою жизнь службе в имперской армии совсем не хочется, хотя большинство моих соплеменников действительно предпочли этот факультет. Если мой план не увенчается успехом, мне придется сражаться за трон своего мира и победить, чтобы затем служить императору другим путем — поддерживая порядок среди демонов и занимаясь политикой.
— Но тебе и этого не хочется.
— Скучно, — повторил он. — Сильных соперников нет, победа в играх мне гарантирована. Вся жизнь расписана на столетия вперед. Я лучше стану драконьим наездником и буду вести экспедиции в новые миры. Это гораздо увлекательнее… Ну все, твой дракон уже засыпает. Больше не трогай его сегодня, пусть отдохнет. Лучше пошли со мной.
Я надеялась, что сейчас Сапфир расскажет или покажет мне еще что-нибудь полезное о драконах, но тот просто всучил мне в руки инструменты и сказал:
— Ты проходишь по той стороне, я — по этой. Вдвоем мы быстрее управимся. А потом я тебе еще кое-что важное объясню.
Заинтригованная и возмущенная одновременно, я не нашлась с возражениями и все-таки решила помочь одногруппнику. Возможно, конечно, он решил меня просто использовать, но я и правда надеялась в процессе научиться чему-нибудь новому.
Уход за животными, пусть даже магическими, мягко говоря, не самое приятное занятие. Но я стойко следовала указаниям Сапфира, понимая, что в будущем после окончания академии, за своим питомцем мне придется убирать самостоятельно. И не только раз в неделю, как это происходит сейчас на занятиях по уходу за магическими существами, а каждый день.
К тому же занятия посвящены не только чистке, уборке и кормлению, но и другим полезным вещам, таким как первая помощь при заболеваниях питомцев, дрессировка и прочие основы драконоведения. Поэтому не всегда остается время на простое общение с питомцем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда большая часть работы была завершена, и оставался только последний кусочек пространства, Сапфир меня остановил, мгновенно загородив проход, так, что я едва не врезалась в него.
— Дальше не ходи! Звездных беспокоить запрещено.
