– Ты ненавидишь меня, и это совершенно нормально, я ничего против не имею, – сказал Гидеон, глядя мне прямо в глаза. – Но пойми, нам предстоит работать сообща, мне и тебе. Чтобы ты… чтобы мы могли выпутаться из этой истории живыми.
Я попыталась освободиться, но он сжал мою руку ещё сильнее.
– И что же это за история такая? – спросила я, хотя мне гораздо больше хотелось просто заорать во весь голос истеричное «А-а-а!!!».
– Я и сам толком не знаю. Но вполне может быть, что я неправильно представлял себе раньше намерения Люси и Пола. Поэтому важно, чтобы ты… – он запнулся, отпустил меня и уставился свою ладонь. – Это что, кровь?
Вот чёрт. Только бы себя не выдать.
– Ничего, всё в порядке. Порезалась сегодня в школе листом бумаги. Да, возвращаясь к нашему разговору: пока ты не можешь точно описать, так сказать, очертить границы этой самой истории, о которой ты говоришь (как же я гордилась сейчас тем, что мне в голову пришёл такой удачный оборот), я, естественно не собираюсь с тобой сотрудничать.
Гидеон снова попытался взять меня за руку.
– Эта рана кажется мне довольно-таки опасной. Дай-ка взглянуть… Стоило бы отправить тебя к доктору Уайту. Будем надеяться, что он до сих пор здесь.
– Это может означать только одно – ты не собираешься посвящать меня в подробности того, что же тебе удалось узнать.
Он стоял, протянув руку, но я не спешила приближаться, чтобы он не смог как следует разглядеть мою рану.
– Потому что я сам не до конца уверен в том, как это трактовать, – сказал Гидеон. И немного растерянным тоном, который так напоминал Лукаса, он добавил:
– Мне просто нужно ещё чуть-чуть времени.
– А кому не нужно? – я зашагала дальше по коридору. Мы добрались уже до мастерской мадам Россини. Дорога отсюда до выхода занимала всего несколько минут.
– Пока, Гидеон. Увидимся завтра. К сожалению.
Втайне я ждала, что он опять меня остановит, но Гидеон даже не попытался этого сделать. Он не сдвинулся с места, а я зашагала прочь. Больше всего на свете мне сейчас хотелось видеть выражение его лица, но я собрала всю свою волю в кулак и не обернулась. Сейчас это было бы совсем некстати, потому что на глаза мне снова наворачивались слёзы.
У входной двери меня дожидался Ник.
– Я хотел начать без тебя, но мистер Бернхард сказал, что мы сможем приступить к делу только после твоего возвращения. Он поломал сливной бачок в голубой ванной и рассказывает всем, что теперь ему придётся снимать плитку и разбирать сливную систему. А потайную дверь мы заперли изнутри. Правда, хитро придумано?
– Очень изощрённый план.
– Но уже через час возвращаются леди Ариста и тётя Гленда, а они наверняка будут настаивать на том, чтобы мистер Бернхард отложил ремонтные работы на завтра.
– Тогда нам действительно нужно поторопиться, – я притянула братишку к себе и поцеловала его прямо во всклокоченную рыжую макушку.
Если действовать быстро, мы можем успеть.
– Ты ведь никому не проболтался?
Ник поднял на меня виноватый взгляд.
– Только Кэролайн. Она всегда чувствует, когда что-то затевают без неё, и начинает доставать своими вопросами. Но она будет молчать как рыба и поможет нам отвлечь маму, тётю Гленду и Шарлотту.
– Главное – отвлечь именно Шарлотту, – сказала я, скорее самой себе, чем Нику.
– Все наверху в столовой, мама пригласила Лесли поужинать с нами.
В столовой как раз заканчивали кушать. Бабушка Мэдди свернулась в кресле у камина, поджав под себя ноги, а мистер Бернхард и мама убирали со стола. Все очень обрадовались, когда мы вошли. То есть, все, кроме Шарлотты. Ну, может, она просто умело скрывала свою радость.
Химериус свесился с люстры и заорал во весь голос:
– Наконец-то объявилась! Я чуть со скуки не подох.
Запах еды был таким манящим, а мама так уговаривала меня покушать, что я чуть было не сдалась. Мама приберегла для меня порцию тёплого жаркого, но я нашла в себе силы и героически отказалась, сославшись на то, что уже поела в Темпле. Мой желудок от такой наглой лжи возмущенно сжался. Увы, сейчас я никак не могла позволить себе подобную роскошь – растрачивать время на то, чтобы набить живот.
Лесли улыбнулась мне.
– Жаркое было что надо. Я чуть не лопнула, так было вкусно. Особенно после новых экспериментов с едой, которые устраивает моя мама, какая-то там макробиотическая чепуха, которую даже наш пёс проглотить не в силах.
– При этом ты выглядишь вполне… э-э-э… упитанно, – ехидно заметила Шарлотта. Из её аккуратно уложенных кос выбилась пара прядей. Эти локоны так мило обрамляли её лицо, теперь оно выглядело ещё более обворожительно. Непостижимо, как человек может быть таким красивым и при этом таким подлым.
– Повезло же тебе. Я бы тоже хотела иметь собаку, – сказала Кэролайн Лесли. – Или какого-нибудь ещё домашнего питомца.
Конец ознакомительного фрагмента.
