— Мне сказали передать вам весточку от Крайфа. И Таэйра. Они просили вас придти поскорее. Я должен вас провести.
Он шарил глазами по комнате — и не мог меня найти. Крайф, значит… и Таэйр… Плохо дело… Значит и Нарс, и Кайнф попали в беду — и оба у одних и тех же людей. Мама моя дорогая…
— Ночная бездна… Этот шкед таки смылся, представляешь? — сказал он кому-то через плечо.
— А ты бы ждал столько времени, ничего не делая? — грубый голос донесся из коридора. — я сразу сказал, поздно они спохватились. Надо было вчера вечером его брать. Вместе с этими двумя.
— Ну что он может? Он же шкед!
— Добраться до того, кто нужен и передать то, что велено! Дурья твоя башка. Сдался тебе этот заказ…
— Тебе что, мало заплатили? Поймать двоих, поспрашивать с пристрастием, потом — убить и все. Прибьем двоих — а цена как за десятерых. Насчет девки вызнали — вызнали, умерла ещё там. Насчет их задания выяснили — выяснили.
— Мальчишку упустили, идиот! А по комплекции мальчишка этот…
— Да прекрати, все подростки непонятно кто. Пытки показали — девка умерла. Все. Какие могут быть ещё догадки? И вообще, это не нашего ума дело. Идем отсюда поскорее, что-то мне не по себе.
Конечно не по себе… Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не согнуть тебя в бараний рог. А все потому, что мне не хочется выдавать свое присутствие. Короче, все плохо. Иди отсюда, боюсь я теперь себя сама. Красться за ними было бы глупо. Они бы меня вычислили. Значит… Значит будем думать. Эти двое наконец смылись, а я перетрусила все вещи, собирая все самое ценное в один заплечный мешок, пристегнула к бедру взведенный арбалет, наполнила подсумок для болтов, деньги спрятала подальше, почесала кожу под повязкой, делающей мою грудь плоской, как у мальчишки. А как вы думали? Если у вас маленький бюст — то все довольно просто, а если, как у меня, размер третий? Вот то-то же. Выходить из гостиницы обычным путем было нельзя. Значит…
По всем рассказам Нарса, который в геральдике разбирался с пятого на десятое, знак, который был выбит на моих серьгах — знак довольно древнего рода, причем то, что он был симметричным — говорило о том, что основатель прославился как в магии, так и в воинском искусстве. То, что на знаке были только прямые линии — говорило о чистоте крови. То есть мой господин был прямым потомком того самого основателя династии. Ну, а то, что родов на самом деле уйма и то, что он не помнит даже и первой десятки самых влиятельных дворян — я поняла в самом начале. Все правильно. Он был магом, а не придворным. И их род был… скажем так… довольно далеко от двора, хотя право на знак имел.
Ночью все кошки — серы. Вот и я на ночь стану кошкой, которая лазит по крышам. Ну, ладно, не кошкой — бегемотиком на длинных ножках — но на крышу я залезла без проблем и… Оказалось, это не так уж и тяжело, прыгать с крыши на крышу, особенно когда крыши находятся друг к другу ближе, чем двери. Ну что… Познакомимся с трущобами? Неа, нифига… Там для меня опаснее всего сейчас. Я не сумасшедшая… Хотя иногда сама себе такой кажусь. Оппа… Пора слазить, не одна я такая, любительница ночных прогулок, вон кто-то ещё лезет… О… и ещё… Не, пора-пора на грешную землю. А с чего это эта земля стала грешной? Ну ладно, не грешная, это так, к слову… О, вот и переулок… Удачно это я соскользнула… Угол темный, постоим, свернувшись в горошину… М, как занимательно… Кажется, там кто-то один против троих воюет. Э-нет. Арбалет пожалуй заряжу, а вот стрелять… Почему-то была уверенность, что если прав — сам всех уложит и на помощь лишь обидеться, если же не прав — будет потом мне стыдно так, что… Наблюдаю… Хорошо фехтует, собака… Ах как хорошо…
Нет, права я была, такому помогать — только мешать. Эй, а вот этого я не люблю… Те ребята, на крыше — стрелять надумали. Рука сама легла на самострел, болт сам нашел ложе, тренькнула тетива — зашуршал механизм взвода — стрелок с пробитой рукой сорвался с крыши. Упс… промазала. В туловище целилась. Ну так это ничего. Это можно исправить. Не надо, лежит, не сопит… Шею что ли свернул? А я снова в горошину свернулась — и смотрю… Молодец мечник… Быстро их уложил. Меч поймал тусклый свет — и ослепил меня бликом. Ну и? Что дальше? Арбалет взведен, болт наложен. Вот только смотрит-то он не туда. Будешь бить? Я ведь и сопротивляться-то не смогу. О… Вот это мне уже нравиться. Мой болт вытащили из тела и спокойно идут отдавать мне. Мда уж…
— Благодарю, что дал мне закончить с ними самому. — уверенный, спокойный голос. Чем-то знакомый. — И отдельная благодарность за то, что стрелка снял. С меня угощение. Не откажешься?
Я отрицательно покачала головой. Меньше говорю — лучше будет. Два болта отправились в подсумник, арбалет вновь был прикреплен к бедру. Взведенный. Во избежание.
* * *
Когда мы вышли на улицу и я увидела лицо мечника — я поняла, почему голос оказался мне знакомым. И когда поняла — обомлела на секунду, сделав поспешно вид, что проверяю наличие чего-то в сумке. Ох ты ж… Я-то думала, что такого не бывает… Лицо, манера движения, говор — все, как у одного из моих знакомых из прошлой жизни. А ещё кольцо на пальце. Со знаком. Не таким, как у меня — но все же получше, чем у Нарса. Как будто вспомнились старые добрые времена и посиделки у костра под гитару. Правда тогда у него вместо железных мечей были текстолитовые… Ох ты ж боже мой… Как давно это было, кажется…
Пришли мы не в кабак, как оказалось, а к нему домой. Я нерешительно замялась на пороге.
— Проходи, не бойся. Тебя тут не обидят, мое слово. Наэра, принеси-ка нам гномьего зелья, да пошустрее! И закуски какой-нибудь.
Опа, а кивнувшая девчушка оказалась мне не знакомой. А то, что мечник смачно ущипнул ту за округлость чуть пониже талии — так вообще ввело в ступор.
— Нравиться? Недавно купил, жене по хозяйству помогает. Да и мне, тоже… Особенно когда жена в отъезде.
О, ну да, конечно… Я самый великий и самый могучий, круче меня на небе только тучи… Ээх… Ладно, присядем. Кажется, это была кухня. Ну и правильно, зачем чужака на попойку в парадную столовую звать. Все верно. А так и до выпивки ближе — и до закуски. Е-мае, как же я пить-то буду!
А девчушка уже шустренько, как и было велено, поставила на стол пузатую бутыль и две чарки-полустакана, собрала нехитрую закуску, мило улыбаясь мечнику. Интересно, как зовут его в этом мире? Он налил чарку себе, налил мне.
— Ну, будем! — сказал он, хватая чарку и поднимая её.
Я протянула руку к чарке — и тут же почувствовала что-то острое, которое уткнулось в спину сразу под ребрами. А доспеха-то на мне нет. Ешкин кот… Попалась. Неужели впечатления прошлой жизни обманули меня и вся сцена была разыграна для того, чтобы я спокойно пошла за ним? Без лишнего шума? И когда я поумнею?
