Наука ушла от этого очевидного явления.
Но разве пульсация и стук Сердца не возводят его выше грубо материалистического толкования?
* * *
Биологи, хотите опыт?
Изучайте развитие комнатных растений в семье, где всё наполнено эманацией сердечной любви, добротой и взаимопониманием, а также в семье, где злые сердца извергают злобу и ненависть.
Вывод будет в пользу мощи доброго Сердца.
Неужели не верите?
* * *
В наше просвещённое время воспринимать Сердце только как физиологический орган недопустимо.
«Мешок мышц!»
Не скрою, стыжусь за учёных, которые так обозвали Сердце.
Стоило ли им тратить годы и ночи мучительных научных исканий, чтобы изобрести понятие, исключающее уважение и благоговение перед Сердцем?
Почему, дайте мне ответ, Василий Александрович Сухомлинский отдал детям своё израненное, с осколками вражеской бомбы, Сердце? Что же он им преподнёс в дар: мешок, полный мышц и осколков, или ларец, полный жемчужин его истерзанного Сердца?
Мудрец предупреждает: «Всякое поношение Сердца есть хула на дух Истины».
* * *
Речь не идёт об опровержении трёхмерности Сердца, то есть об осознании его материальной структуры.
Речь идёт о расширении понятия Сердца четвёртой мерностью, которая даст нам возможность хотя бы частично осмыслить высшее, планетарное и вселенское, предназначение Сердца, понять его Божественную сущность, принять идею о том, что воспитание, как и вся жизнь, должно проходить через Сердце.
Мудрец твердит: «Мы должны ввести в сферу Сердца весь мир, ибо Сердце есть микрокосм сущего. Кто не вдохновится великим понятием Сердца, тот умалит своё собственное значение».
* * *
Сердце нуждается в новом понимании.
Ибо именно через Сердце мы получим импульс к возрождению, восхищению, к эволюционному движению.
Через Сердце мы получим путь к Свету.
А настоящее время очень тяжёлое.
Не только в узком смысле, что нам трудно живётся, что мы обнищали, что вокруг голод, холод, нищета. И что всё больше торжествует социальная несправедливость.
Да, это так, и нам от этого плохо.
Но наше время тяжёлое в самом широком смысле: человечество больно Сердцем, и беснующиеся Сердца ужасают Мир Земной и Миры Высшие.
По всему земному шару ползёт пожар. В сравнении с тем, во что он может превратиться, все бывшие войны – ничто.
Каждый день положение в мире отягощается, и «нет ни дня, ни часа, когда бы мир не был в опасности».
Настало время собирать камни.
«Современное погибельное положение создалось извращёнными помыслами мозга, потому снова обратимся к Сердцу, как судье и водителю».
* * *
Нам нужен путь.
А лучший путь – спешить к лучшему.
Великий путь – созидать великое.
Прекрасный путь – творить прекрасное.
Путь добра – творить добро.
Путь восхождения – восходить.
И всякий путь – в Сердце.
Путь к Сердцу – жить Сердцем.
Мы мечтаем о свободе, но в какой темнице держим наше Сердце!
* * *
Нужно новое понимание Сердца.
Это новое понимание будет хорошо забытое старое.
Было время, когда люди забыли о глубинной мудрости Сердца, они опошлили великую Миссию Сердца, наложили на понимание его подлинной сути множество ограничений.
И сегодня дела сердечные понимаются узко и извращённо.
Но Сердце есть вместилище Благодати.
И не забудем, что хорошо забытое старое порой звучит как колокол из Желанного Будущего, ибо оно – Вечная Мудрость.
И нет науки выше Мудрости.
Из Вечной Мудрости я достаю крупицы искр о новом понимании Сердца. В них, в этих крупицах искр, которые скрещивает единая суть, просвечивает невидимая сторона Сердца, и она стоит над видимой его стороною.
В этих крупицах искр нет игры слов, они не просто добрые и красивые фразы, а в них Истина, которая может отразиться в нашем сознании через чувствознание.
Истину о невидимой стороне Сердца нельзя изложить так называемым научным языком, учёными терминами и понятиями, как делают это специалисты в отношении видимой стороны Сердца, вроде «мешок мышц».
* * *
С трепетом Сердца, дорогой Коллега, я предлагаю Вашему, верю, тонкому Сердцу крупицы нового понимания Сердца – Центрального органа нашей духовной и физической сущности. Их я вычитал из Книг Мудрости.
– Сердце даётся нам для высших сношений.
– Сердце есть беспредельность.
– Учение Сердца есть Учение причин явлений.
– Лишь Сердце даёт бессмертие.
– Сердце – престол Высшего Света.
– Сердце понимает, где искра Света, где пыль Тьмы.
– Сердце – оружие Света.
– Сердце – залог будущего.
– Мощь Сердца преодолевает решительно всё.
– Сердце знает боль мира и знает лучи надземные.
– Сердце есть средоточие психической энергии.
– Понятия Сердца и Культуры неделимы.
– Когда говорим о Сердце, говорим о прекрасном.
– Сердце – дворец воображения.
– Свойство магнита заложено в Сердце.
– Думает Сердце, утверждает Сердце, объединяет Сердце.
– Мозг – прошлое, Сердце – будущее.
– Нельзя образовать мозг без участия Сердца.
– Обитель чувствознания в Сердце.
– Дуги сознания сливаются в пламени Сердца.
– Надо перенести сознание в Сердце.
– Чуткое Сердце устремляет сознание к обновлению.
– Нигде иначе не может преобразиться мысль, как в сердце.
– Сердце аккумулирует все мировые энергии и может приближаться к дальним мирам.
Отсюда выводы:
– «При малейшем очищении Сердца человечество может узреть водопад Благодати».
– «Лишь энергия Сердца делает человека неуязвимым и несёт его поверх препятствий».
– «Мы должны иметь Сердце, открытое и Небу, и Земле».
* * *
В связи с необходимостью понимания истинного смысла данных высказываний, позволю себе небольшое теоретическое отвлечение.
Все существующие слова в языке имеют своё прямое значение, привязаны к тем явлениям и предметам действительности или воображения, для обозначения которых они возникли. По мере расширения познанной картины мира часть слов начинает обслуживать новое, тоже расширяя своё прямое значение.
Надо полагать, что так будет и впредь, так как творить совершенно новые слова возможно только теоретически.
Не считайте, пожалуйста, моё следующее допущение абсурдным: изначально возникший объём слов заключал в себе смысл не только настоящего, но и будущего. Часть смысла будущего в слове открывалась тогда, когда наступало это будущее и люди познавали соответствующее новое.
Если глубоко, духовным взором приглядеться к отдельным словам, перед нами откроется семантика прошлого – настоящего – будущего, то есть Вечного. Это я назову прямой семантикой, прямым значением слов.
Но в речи слова часто применяются не в прямом значении. То есть из прямого смысла слова порой остаётся, может быть, только форма, которая намекает на его смысловое ядро; форма наполняется чем-то другим, иногда весьма отличным и отдалённым от прямой семантики. Примеры такого оборота слов дают поэзия, искусство, а также наука и бытовая речь. Это говорит о том, что, во-первых, мы имеем дело с ограниченным количеством слов и нет возможности вольно его умножать; во-вторых, чувства часто не поддаются прямым словесным выражениям и требуют дополнительных оттенков, из-за чего притягиваются другие слова; в-третьих, возникает необходимость говорить подтекстом или вовсе заключать нечто сокровенное в недра образности выражений и так передавать потомству.
* * *
Но бывает, притом нередко, когда нам кажется, что то или иное слово порой притягивается для образности выражения, тогда как именно в данном случае слово адекватно обозначило мысль, в которой открылось что-то новое. Говоря точнее, сдружившиеся слова едиными усилиями приоткрыли в себе последующие части своих прямых семантик. Эти части были предназначены для будущего, и оно наступило.
Вот примеры: «пламя Сердца», «пламенное Сердце», «огонь Сердца», «огненное Сердце», «разум Сердца», «видеть Сердцем», «слышать Сердцем», «магнит Сердца» и тому подобное.
Как нам воспринять эти словосочетания: как способ создания красивых образов совсем с другим семантическим значением (вымысел, воображение) или как отражающие прямую семантику?
Одно из двух:
Или Сердце действительно наделено другого рода огнём и пламенем, о которых нам до сих пор не было известно, и мы познаём их сейчас, и тогда «огонь Сердца» и «пламя Сердца» приоткрывают нам новую часть своей семантики.
Или же слово «огонь» притягивается к слову «Сердце» с целью украсить его и образным сочетанием передать совершенно иной смысл.
Я выбираю первое допущение: да, действительно есть огонь иного свойства, он отличен от известного нам огня; он пока не поддаётся нашему материальному опыту, потому его действительность воспринимается нами чувствознанием; огонь этот, как и языки пламени его, проявляется через Сердце. Об этом огне могли знать древние, так как единое понятие «огонь Сердца» имеет древнее начало.
