Читаем без скачивания Из евреев в попаданцы. Книга вторая. - Дмитрий Гаук

После команды камбионы в десять минут в чувство привели и настроение подняли. В отличие от Партнёра, всё делали молча. Молодцы. На чём же её катать? На боте не хочется, повезу на флайере, давно не разминал аппарат. Выполним проворачивание механизмов ежемесячное. Сказано, сделано душ, завтрак и за руль. Прямо к подъезду карету малахитовую подам. Извиняться, так извиняться. Сейчас вспоминаю, что было необычно приятно заниматься в традиционных позах. Возникали ощущения эффекта всасывания в женское таинство. Что бы это значило? Заодно и узнаю. Надо же о чём-то говорить с женщиной? Правда тема тупая.

В заведении было тихо и спокойно. Чего я вчера тут выступал и орал, приличное место для блуда? Но меня ждали. Протокол он только в Африке не протокол, ну может ещё в России. Обратного пути нет ни у меня, ни у неё. Она согласилась под протокол. Может до суда дело дойти за отказ любой стороны. Не законы, а дебилизм. Хорошо в сети посмотрел, как зовут.

— Могу я видеть госпожу Салину? — Это я на ресепшине спрашиваю у стройной девчонки. Надо было вчера с ней покувыркаться.

— Госпожа ждёт в зале.

Она в самом деле сидела в кресле в шикарном обегающем пеньюаре подобно утренней королеве за завтраком. Госпожа и есть. Но завтрака не было на столе. Я решил сразу взять быка за рога и попробовать извиниться для начала.

— Доброе утро, Салина. Кажется, мне нужно извиниться за вчерашнее поведение и пригласить в открытое пространство космоса. Правда кораблик небольшой, но это мой любимый, потому, что первый.

— Доброе утро, Рома. За извинения мы ещё поговорим. А я тоже люблю в душе своего первого парня, поэтому прекрасно понимаю тебя.

Это она меня лихо. Даже Партнёр сволочь захохотал, не смог сдержаться, а скорее нарочно.

— Спасибо Салина, что понимаешь, это примерно то же.

Партнёр уже просто ржал. Отключу сволочь. Потом, когда-нибудь.

— Вы готовы к космической прогулке?

— Ой, Роман. Я только проснулась, так спать сладко было с обидой. Сейчас позавтракаю, приведу в порядок, переоденусь, я же в пеньюаре только. Через час полетим, я быстрая.

Да вижу, вижу, что и белья нет. Всё просвечивается насквозь. И две тёмных черешни на розовых холмах зозрели. Уже возбуждаться начал. Слишком камбионы постарались меня в порядок привести. Похоже перестарались. Не чувствуют момента. Ладно, терять нечего. Она быстрая, а я быстрее. Подхватываю на руки и на выход.

— Сали, позавтракаешь в дороге на кораблике, я угощу. Там же и переоденешься, я скафандр приготовил усиленного класса. В нем ты будешь в безопасности, а то более лёгкого может не хватить.

Эта болтовня продолжалась уже по дороге на выход. А тяжёлого скафа у меня не было даже на боте. Придумывал на ходу. Наполовину правда. Лёгкий вариант точно меня, похоже, не остановит.

— А как же извинения? Ситуация похожа, опять повторяется?

Вот зараза, хорошо, что не очень тяжёлая. Болтала языком она самым радостным тоном.

— Сали, на моей родной планете есть поговорка: «Чем ушибся, тем и лечись».

— Мудрая мысль. Явно к месту и мне нравиться. Будем лечиться? Заболевание серьёзное.

Закинуть кружевную куклу в кабину флайера было секундным делом, а когда двери задраились, то почувствовал облегчение. Теперь игра шла на моём поле. Лёгкий скафандр в виде комбинезона с системой жизнеобеспечения приготовлен оттенка розового перламутра. Ну нет у меня тяжёлого. Только средний и лёгкий. Этот снимать легче будет. А это важная деталь.

— Сали возьми комбез и переоденься. В пеньюаре нас через шлюз не выпустят. Я за рулём, подсматривать не буду. — По крайней мере сделаю вид.

Если по правде, то управляет искин, я только сбросил маршрут до ближайшего малого шлюза для катеров и такси. Может она этого не знает.

— А что, искин не в порядке? Помоги снять, здесь тесновато.

— Я помогу, но здесь у меня просторно. — Отомстил, хоть раз. Но просьбу с трудом выполнил. Нам надо шлюзоваться и проверяться при этом.

Успела переодеться, слава богу. А в розовом перламутре комбеза выглядит завораживающе. Что значит женщина-профессионал. Скафандр, как на неё шит. Сам подбирал, размеры все вчера ночью обмерил руками. И все глубины проверил, и выступы. О чём я думаю? Я вчера станцию купил, а мысли о пи…, в общем о женщине.

— Всё, садись и не разговаривай, а то улететь не сможем. Не железный. — Но похоже, уже деревянный. Срочно в космос.

Замолчать она замолчала, но улыбка на лице говорила больше слов, что она ждёт извинений в самом, самом… Слов не хватает. Наконец шлюз остался за спиной, а нам разрешён свободный полет по вектору, который выдал луч станции. Для флайеров нет управления диспетчера. Теперь моя очередь показать превосходство.

— Сали, дорогая, сзади синтезатор хороший, приготовь завтрак на двоих, пока я на свободу вырвусь.

— Мы так не договаривались, — искренни возмутилась напарница, — ты же обещал прогулку, а не работу.

— А никто не обещал, что легко будет.

Расхохотались мы вдвоём и дружно. А я начал готовить завтрак. Смешно.

— Если хочешь, за спиной есть душ.

Голенький зад мгновенно мелькнул в дверях санблока. Тоже розового перламутрового цвета. Вот откуда с утра в голове розовый жемчуг. Думаю, чего я такой цвет для комбинезона выбрал? Из душевой она вышла не совсем одетой. Точнее абсолютно голой, поэтому приготовленный завтрак состоялся не сразу, а сразу после второго удовольствия. Первое, как оказалось, не заметил никто из нас. Есть хотелось, поэтому в душ не пошли. Из этой женщины не выливается ни капли.

Оказывается, она мелиска с планеты Мелискон. Даже система другая. Особенность населения планеты и государственное устройство представляют собой типичный матриархат. Выражается он на первом же уровне. Активными в сексе являются женщины. У мужчин отсутствует эрекция, а совокупление происходит втягиванием мужского органа естественным разряжением женского влагалища. Вот откуда было ощущение засасывания. Весь мужской подарок биологически активной жидкости всасывается и усваивается без остатка. Она и сейчас после разъяснения продемонстрировала процесс затягивания и опять завтрак по боку. После этого я сам сбежал в душ, поскольку приближались к купленной орбитальной станции «Верхняя-12». А ещё, у женщин этой планеты сильнейшей эротической зоной является попка, они называют её женской радостью. Название означает, что без эрекции мужчины не пользуются, женщины сами развлекают себя игрушками. К счастью до женской радости сегодня не дошли руки. Ничего не дошло.

— А куда мы летим, Роман?

Она уже была в комбинезоне, а я адекватно мог общаться. Все-таки работа мобилизует и обязывает.

— Вчера с другом купили малую орбитальную станцию, старую. Надо посмотреть, что к чему. Купил, а не видел. Это её обмывали, такая земная традиция.

— Так ты не гуляешь, не извиняешься, а работаешь? Где справедливость?

— Повторюсь, а никто не обещал, что легко будет. Жизнь полна несправедливости. А извиняться начал, даже не раз кончил. Обижаешь, девушка.

— А кто твой напарник?

— Мы с ним с одной планеты, даже в одном доме жили. Я прилетел первым, а потом его переманил.

На связь вышел диспетчер и дал шлюз на третьем уровне, где находился Валентин. Он предупредил диспетчера заранее. Ждал меня или нас. В курсе сказанного под протокол. Времени он не терял. С утра уже выкупил все права на проект и производственную линию, кто рано встаёт… Проект переслали по сети, а цех по сборке флайеров обещали доставить после обеда.

Центральный офис верфи находился на третьем уровне, где Валентин разбирался со спецификациями и размещал заказы на комплектующее оборудование и материалы в соответствии с заказными ведомостями и своим проектом подвесных трюмов. Знакомить с Сали его не пришлось, вчера познакомились, только я имени не спрашивал, а он узнал.

— Валентин, а правда, что на Земле есть поговорка, чем ушибся, тем и лечись? — Проверила салина мой бред.

— Есть такая. — Удивлённо произнёс напарник. — А что, он ещё не извинился?

— Ну, как сказать. С одной стороны, вроде извинился, а с другой вроде нет. Это как посмотреть.

Опять эта зараза подкалывает, а искин гогочет. Не хочу извиняться, с другой стороны. Нормальная ориентация, передняя. Только Валентин ничего не понял. Занят проектом. Счастливый человек.

— Ты его заставь снова извиниться, нахамил вчера, пусть кается.

— Да, Валентин, я тоже так думаю, и не раз. Если подумать, то и с одной стороны мало.

На экране монитора на стене была изображена станция в текущем состоянии. Второй уровень был затемнён. Салина заинтересовалась этим фактом.

— А почему второй ярус тёмный?

— Он в нерабочем состоянии и пока не восстанавливаем. Займёмся позже, сейчас и людей для заселения нет. На нём система жизнеобеспечения не работает. Ремонт требуется. Денег сейчас нет. Нужно запустить в первую очередь линию по производству флайеров, таких как у Ромки.