Эйфория от обладания такими ресурсами сопровождалась творческим подъемом и бессонницей, в результате которой к утру на стене мастерской красовался эскиз двухмоторной летающей лодки похожей на знаменитую Каталину, только более скромной по своим размерам.
Проспав почти до полудня, я выгнал Тузика за добычей и на поиски каравана Лаэра, а сам приступил к осуществлению своих замыслов. К вечеру у меня уже были нарезаны заготовки под лонжероны и нервюры крыла, и можно было начинать сборку. Я настолько увлекся работой, что едва не забыл запустить в бункер Тузика, вернувшегося с охоты. Следующий день также был посвящен работе в мастерской и ожиданием каравана, но Лаэр и 'проклятые', так и не появились. Минули еще двое суток, загруженные до предела трудовым энтузиазмом, с небольшими перерывами на сон и еду. За прошедшие дни мне удалось практически завершить работу над каркасом крыла и стапелем для сварки фюзеляжа. Однако в душе постепенно росла тревога из-за долгого ожидания каравана Лаэра.
В конце концов, эти мысли начали мешать работе и я решил утром следующего дня отправиться навстречу каравану верхом на баркуде. Весь вечер прошел в подготовке к походу, и спать мы с Тузиком легли заполночь.
Глава 7. Все планы идут прахом.
Если быть самокритичными, то каждый из нас в глубине души уверен в собственной гениальности, поэтому мы запросто строим наполеоновские планы. Однако эти планы практически всегда вязнут в мелочах, до которых не доходят наши царственные руки, так и произошло на этот раз. Утро, вечера мудренее, поэтому выехать спозаранку не получилось, так как сборы затянулись до полудня. За прошедшую ночь в голове просветлело, и до меня начало доходить, что грозный вид баркуда абсолютно не гарантирует безопасности его седока. Мифриловая броня защищает водителя со всех сторон, но только до подбородка. Управление киборгом требует хорошего обзора, поэтому голова седока практически открыта. Хороших стрелков из лука на Геоне много, я даже не говорю о гвельфах, любой афр запросто воткнет мне между глаз магическую стрелу, на которую не действует магическая защита. Сидя за рулем баркуда, невозможно стрелять из лука или рубить мечом, поэтому противник без проблем может подобраться ко мне сзади или сбоку. Вооруженный метателем четвероногий танк, как и его гусеничный собрат на Земле, требует надежного прикрытия пехоты, а в одиночку может стать легкой добычей смелого воина. Для защиты головы мне необходим надежный шлем, а против нападения с флангов и тыла, оружие ближнего боя.
Проблема со шлемом разрешилась довольно просто, во время обыска раздевалки, рядом с выходным шлюзом, я отыскал на шкафу потрепанный шлем с прозрачным забралом. Краска на шлеме облезла от времени, а начинка подшлемника рассыпалась в пыль, однако мифриловый корпус не пострадал. Новый подшлемник нашелся в лаборатории трансплантации, где на отрезанную голову киборга надевали защитную шапочку, чтобы она не билась о стенки стеклянной колбы. Одна из таких шапочек после небольшой доработки идеально подошел к шлему.
Главной проблемой обеспечения безопасности 'меня любимого', стали поиски современного оружия ближнего боя. Мечи и луки хороши, когда ты имеешь свободу маневра и можешь в любой момент смыться, а сидя верхом на неповоротливом киборге, это сделать проблематично. Несмотря на все мои старания, и очередного прочесывания помещений, ничего подходящего обнаружить не удавалось. Я уже собирался махнуть рукой на технический прогресс и отправиться навстречу каравану пешком, но вспомнил про находку, сделанную, когда я только начал обживаться в бункере. В кармане штанов мертвого эльфа, я обнаружил прибор похожий на пистолет, который наотрез отказывался стрелять. Разобраться с устройством прибора мне не удалось. Поломав голову около часа, я плюнул на это дело и засунул бесполезную железку в сейф. В тот раз я решил, что это не оружие, а что-то другое, но ассоциация с пистолетом в памяти осталась.
Во время повторного, более тщательного обыска комнаты эльфа, мне удалось найти пластиковую коробку из-под пистолета, в которой лежала инструкция по эксплуатации и две запасные обоймы. Пролистав инструкцию, я понял, что пистолет это обычная пневматика, подобная той, продающаяся у нас на каждом углу. Основным отличием являлись высокотехнологические боеприпасы пистолета. Обойма зеленого цвета была заряжена сотней шариков с электрошоком, а в красной обойме оказалась разрывные пули. Вместо баллона со сжатым воздухом в рукоятку пистолета заливалась обыкновенная вода, превращаемая в пар энергией камня 'Силы' и если быть технически точным, то пистолет был паровым, а не пневматическим.
Разобравшись с устройством пистолета, я решил испытать чудо эльфийской техники. Стрелять в бункере было глупо, поэтому мне пришлось выйти наружу. Я выбрал целью ближайшее дерево и сделал два выстрела. Попасть в ствол дерева мне удалось только один раз, вторая же пуля 'ушла за молоком'. Магический шарик, попав в дерево, вспыхнул целым пучком электрических разрядов, и в воздухе запахло озоном. Похоже, электрические пули предназначались для того, чтобы вывести противника из строя, а не убить, но голубые молнии, ударившие в землю, внушали уважение.
Удовлетворившись результатами, я заменил обойму и продолжил стрельбы. Прицельная дальность выстрела из пистолета не превышала тридцати метров, но это полностью меня устраивало. Пара выстрелов разрывными пулями легко срубили дерево толщиной в руку, после чего я решил поберечь патроны.
После плотного обеда, мы с Тузиком покинули бункер и направились к дороге, ведущей к долине 'Нордрассила'. Я вел баркуда почти шагом, потому что управление требовало повышенного внимания и привычки. Несмотря на проявленную осторожность, мне с огромным трудом удалось провести киборга по пересеченной местности к нормальной дороге, не сломав при этом баркуда и собственную шею. Тузик с опаской поглядывал на киборга, больше похожего пьяную корову, чем на ужасную машину смерти и предпочитал бежать впереди на почтительном расстоянии. Управлять баркудом и одновременно сканировать окружающую обстановку было абсолютно невозможно. Стоило мне на минуту перейти на магическое зрение, как я сразу же терял контроль над киборгом, который норовил ускакать с дороги в кусты или завалиться в канаву.
После очередной потери контроля над баркудом, я едва не кувыркнулся через голову, и система стабилизации чудом спасла меня от аварии. Чтобы больше не искушать судьбу, я прекратил изображать из себя Юлия Цезаря, который мог заниматься тремя делами одновременно и полностью переключился на управление железным конем. Постепенно дела начали налаживаться, и киборг уже не спотыкался на каждом шагу. Сознание подстроилось под алгоритм управления, и поездка стала похожей на езду на мотоцикле. Ноги автоматически стали нажимать на нужные педали, а руки сами поворачивали руль в правильном направлении, поэтому скорость значительно увеличилась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
