Облокотившись на стол, Дорц подался вперед.
— Послушай, мужик, может, ты чего не понимаешь… у тебя ведь даже выбора нет… Больше, чем ты уже вляпался, в принципе-то и вляпаться невозможно. И лишь потому, что СКРАП-поли-ция — по большей части недоумки, ты еще шляешься по округе целехоньким. Но несмотря на всю их медлительность, наступит час, когда они исправят свои ошибки, а когда они это сделают, то размажут тебя, как дерьмо по асфальту. А Рэйчел и Бадди Стэйнов рядом не окажется, потому как они вечно лазают невесть где. Мне вообще кажется, что они подосланные… Мужик, тебя уже вычислили, так что давай сматываемся по-быстрому… Кроме меня тебе здесь некому довериться.
Леггер в ярости отпихнул Дорца.
— Ну, твою мать, — не выдержал он, — меня уже достало, что каждый мечтает на меня положиться. И ты и все остальные в этом городе! И при этом никто не хочет ничего объяснить.
— Не так громко… А то еще этот звереныш сюда прибежит, — зашикал Дорц как раз в тот момент, когда, по-крысиному оскалив зубы, в кухню на четвереньках прокрался Бадди. Зашипев, мальчик сделал глубокий вдох, зафиксировав свой взгляд на Дорце.
— Убери его!.. — заорал Дорц. И в голосе его был неподдельный ужас. — Прекрати!
Спотыкаясь, он побежал прочь от стоящего на четвереньках мальчонки, ударился о холодильник и, корчась от боли, полетел на пол. Он лежал там, схватившись за живот.
Оглушенный Леггер, какое-то мгновение не знавший, что ему предпринять, вскочил из-за стола и, схватив ребенка за руку, потащил его к себе.
— Нож! — через силу прохрипел Дорц. Бадди извивался в руках Леггера… Изо всех сил он лупил своими каменными кулачонками по его груди… Глаза мальчишки — два черных провала, налившихся кровью, — сфокусировались на лице Леггера, и в ту же секунду тот почувствовал тошнотворную боль в мозгу, становившуюся все сильнее с каждым ударом сердца. Леггер полетел спиной на стул, а мальчишка, тяжело дыша, оседлал его грудную клетку.
Наощупь Леггер нашел пальцами нож и всадил его в пах Бадди.
Лезвие было достаточно острым, так что, когда крохотная фигурка сползла на пол, нож вспорол мальчишке живот. Только тогда Леггер отпустил рукоятку, и внезапно потяжелевшее тельце упало на пол с чавкающим звуком. Леггер смотрел, как у его ног натекает лужа, и одновременно вслушивался в прерывистое дыхание Дорца. Он ощупал пальцами, целы ли его ребра… Нож вошел в тело Бадди, словно в кусок масла… Сильный шок пока еще удерживал Леггера от рвоты. Через несколько секунд, ни о чем не думая, он перешагнул через скорчившееся на полу тельце и, подойдя к привставшему на колени Дорцу, помог ему подняться. Дорц несколько секунд опирался на плечо Леггера, затем, тяжело вздохнув, подошел к столу и рухнул на стул.
— С чего это он на тебя напал? — спросил Леггер. — Я-то думал, что он делает лишь только то, что прикажет ему сестра. Она что, за тобой охотится?
Дорц отрицательно покачал головой.
— Есть еще кое-кто, кому он повиновался, — наклонившись вперед, он пристально смотрел на труп. — Может, поэтому их сюда и послали… Может быть, Стрезличек вычислил, что я раньше или позже сюда приду, впрочем, я не уверен.
— Как, как ты-его назвал? — Странно, но это имя, чешское имя, показалось Леггеру знакомым.
— Потом расскажу. — Дорц устало отмахнулся. — Нам пора сматываться.
«Да, — подумал Леггер… Он все еще ощущал, как его рука наносит смертельный удар. — Пора мне уходить». Он посмотрел вниз и увидел отражение собственного лица на паре дюймов стального лезвия, торчавшего из тела Бадди. Искаженные черты, замутненные кровью… Когда-нибудь и ему придет конец.
— Ничего не скажешь, тяжелые для тебя деньки выдались.
Дорц лениво покручивал руль, в то время как автомобиль скользил по пустынным улочкам. Леггер согласно кивнул, вглядываясь в затемненное ветровое стекло.
— Ты, верно, думаешь, что в Лос-Анджелесе остались одни дураки да психи, что мы все тут стебанутые.
Дорц круто вывернул руль, колеса взвизгнули.
— Так вот, позволь мне кое-что тебе сказать, — продолжил он мелодраматическим шепотом, наклоняясь к Леггеру. — Мы, сумасшедшие, на самом деле — надежда мира.
Он как-то напрягся и сразу же прибавил газу:
— Я правду говорю.
Леггер промолчал. Тьма за ветровым стеклом. Лос-Анджелес собственной персоной… Твердая субстанция, которую ничем не возьмешь… Не похоже, чтобы Дорц знал или был в состоянии сообщить ему, что лежит в сердце этого города… А на полицейском участке. Что там? «И все не по моей воле, — тяжело вздохнув, подумал он. — Словно бы мои импульсы всего лишь часть космической перистальтики, протискивающей меня сквозь Вселенную не шире моих плеч».
Без всякого предупреждения Дорц, свернув в глухой переулок, ударил по тормозам и заглушил двигатель.
— Участок в одном квартале отсюда, — сказал он. — Так что лучше пройтись до него пешком.
Стараясь не шуметь, Дорц стал красться вперед, прижимаясь к стенам домов.
— А что, это так необходимо? — прошептал Леггер. Он только что больно ударился рукой о ржавый банкомат давно разорившегося банка. Дорц, бросив на него раздраженный взгляд, продолжил движение вперед. За углом очередного строения они вышли на место, находившееся как раз напротив приземистого полицейского участка СКРАПа. Тусклый свет блуждал по ряду окон на его фасаде.
— Это охранник, — пояснил Дорц. — Вот дерьмо! Обычно он спит.
Свет достиг последнего из окон и исчез где-то в глубине здания.
— Вперед!
Дорц перебежал на другую сторону улицы, и секундой позже за ним проследовал Леггер.
Дорц уже ковырялся с одним из окон, когда Леггер подбежал к нему.
Скрип сгибающегося железа, и вот уже одно из нижних окон распахнулось. Дорц, сунув монтировку в карман, полез на подоконник. Несколько секунд он всматривался в темный интерьер участка, после чего, подтянувшись, спрыгнул внутрь.
— Лезь, не бойся, — услышал его шепот Леггер. Вскарабкавшись вслед за Дорцем, Леггер приземлился внутри желтого круга от фонарика, который на мгновение включил его спутник. ЛегГеру стало не по себе, когда, вновь включив фонарик, Дорц стал высвечивать картотечные ящики.
— А где охранник?
— Думаю, он сейчас на другом конце здания, — ответил Дорц. — Да ты за него не волнуйся… Всего-навсего трясущийся мерин.
Он высветил одну из дверей, выходивших в коридор.
— Ну что, ничего знакомого не видишь?
— Да нет, по-моему, это точно не то место. — Леггер попытался вспомнить последовательность коридоров и кабинетов, по которым его водили двое суток тому назад. — Тот кабинет где-то по центру фасада.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
