Когда дети достигли возраста, нужного для правления государством, они не различались ни по внешности, ни по силе, ни по своим достижениям; и тот, кто считался младшим, был мало расположен подчиняться брату. У обоих были друзья и сторонники, образовавшие соперничающие партии; в стране возникли серьезные гражданские разногласия. Наконец пришли к компромиссу: власть поделили, и возникла система двух правителей, передающих наследственные права по двум линиям от отца к сыну через многие поколения. Разумеется, это приводило к бесконечной ревности и разногласиям, а зачастую к открытым конфликтам между двумя соперничающими линиями рода.
Спартанцы были земледельцами, возделывали долину в юго-восточной части Пелопоннеса, орошаемую водами реки Эврот и ее притоков. Они жили очень просто и гордились своим суровым образом жизни, отвергающим роскошь и утонченность. Мужество, дерзость, пренебрежение тяготами жизни и способность безропотно переносить жестокие и длительные страдания – вот качества, которые они ценили. Спартанцы презирали богатство точно так, как другие народы презирают изнеженность и щегольство. Их законы препятствовали торговле, чтобы одни люди не становились богаче других. Их одежда была простой, дома – неуютными; питались они черным хлебом из муки крупного помола, а деньги делали не из золота и серебра, а из железа. При этом они были самыми стойкими воинами в мире.
Но при всей простоте образа жизни они были очень гордыми. Все земледельческие работы в их государстве выполнялись рабами, а свободные граждане, занятые военной службой, были так же благородны, как аристократия любого другого народа. Иногда и в наши дни, когда деньги так высоко ценятся, люди сохраняют гордость, несмотря на свою бедность. Спартанцы гордились бедностью. Они могли стать богатыми, если бы захотели, но они презирали богатство, свысока смотрели на все излишества и роскошь. Кстати, к труду они относились с тем же презрением. Однако спартанцы были очень взыскательны ко всему, что касалось военного снаряжения, хотя оно было довольно простым и грубым; и даже в военных походах их сопровождали рабы.
Афиняне были совершенно другими. В их государстве сформировались высшие слои общества, интеллектуальные и утонченные. Афины славились пышностью архитектуры, храмами, цитаделями, скульптурами и разными общественными организациями, которые превратили страну в интеллектуальный центр Европы, густонаселенный и богатый, с обширными торговыми связями и мощным флотом. Короче говоря, спартанцы были суровыми, неукротимыми и лишенными изящества. Афиняне были богатыми, интеллектуальными и утонченными. Могущество обеих наций было почти равным, и они оставались вечными соперниками.
В Греции было много других городов и государств, но в то время Афины и Спарта были самыми значительными и решительными в своем отказе подчиниться персидскому господству. Отношение Афин и Спарты к персам было так хорошо известно, что Ксеркс не послал свой ультиматум в эти два полиса. Несколькими годами ранее, когда в Грецию вторгся Дарий, он посылал ультиматум в Афины и Спарту, но его требования были с негодованием отвергнуты. В те времена существовал обычай посылать в знак подчинения превосходящей силе немного земли и воды, что являлось формой передачи своей страны под власть заявившего на нее права правителя. Когда Дарий отправил своих послов в Грецию с призывом к капитуляции, послы по установившейся традиции потребовали, чтобы греческие правительства послали царю земли и воды. Как мы уже сказали, афиняне с возмущением отказались подчиниться. Спартанцы не удовлетворились простым отказом, а схватили послов и бросили в колодец, заметив, что землю и воду для царя Персии они могут найти в колодце.
Греки узнали кое-что о планах Ксеркса еще до того, как получили его ультиматум. Первая информация была передана спартанцам Демаратом, когда тот еще находился в Сузах, следующим способом. В те дни существовал обычай писать стальным острием на воске, нанесенном тонким и ровным слоем на металлическую или деревянную пластинку. Такие надписи легко читались. Демарат взял две пластинки и, удалив с них воск, нацарапал короткое сообщение о будущем нашествии персов на поверхности металла. Затем он восстановил слой воска, чтобы скрыть буквы, и послал обе пластинки Леониду, царю Спарты, с его посланниками. У них было с собой много различных предметов, поэтому обыскивавшая их персидская стража не обратила внимания на чистые таблички, и посланники благополучно добрались до Леонида.
Леонид, истинно спартанский воин, не привыкший к тонким ухищрениям, не придал значения чистым табличкам и отложил их, не поняв, что они могут означать. Но его жена Горго оказалась более любопытной. Она внимательно осмотрела таблички, осторожно удалила немного воска и заметила буквы. Взволнованная и обрадованная, Горго продолжала работу, пока не удалила весь воск. В результате появилось сообщение, и Греция была предупреждена.
Услышав, что Ксеркс в Сардах, греки послали туда трех переодетых гонцов узнать как можно больше о персидской армии и планах царя. Но этих гонцов раскрыли, схватили и пытали до тех пор, пока они не сознались, зачем их послали. Гонцов уже собирались убить, когда о них узнал Ксеркс. Он отменил казнь, приказал провести пойманных греков по всему лагерю и позволить осмотреть все до мелочей. Затем царь отпустил гонцов, приказав вернуться в Грецию и рассказать обо всем, что они видели. Как заметил Ксеркс, греки сдадутся гораздо быстрее, если узнают, как велика сила персов, которой бессмысленно сопротивляться.
Афины, находившиеся севернее Спарты, должны были первыми подвергнуться нападению. Весь город охватила тревога, когда население узнало о приближении армии Ксеркса. Некоторые ударились в панику и хотели покориться; другие пришли в ярость и выкрикивали угрозы и оскорбления. Предлагались и обсуждались планы обороны; в конце концов послали гонцов к оракулу в Дельфы, чтобы узнать свою судьбу и получить божественное указание, как лучше избежать опасности. Гонцы услышали страшный ответ, предрекавший ужасные бедствия обреченному городу. Один из жителей Дельф предложил им обратиться к оракулу еще раз со смиренной просьбой дать совет, как избежать надвигающейся опасности или хотя бы преуменьшить ее. На второй вопрос посланники получили ответ таинственный и неясный: благополучие города связывалось с Саламином и «деревянными стенами».
Посланники вернулись в Афины и доложили полученный ответ, смысл которого озадаченный народ никак не мог понять. Когда-то афинская крепость была обнесена деревянным забором, и некоторые подумали, что это и есть упомянутые «деревянные стены». Следовательно, необходимо вновь построить частокол, укрыться в цитадели, дождаться там персов и защищаться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
