мытарства, и мы пошли выше», – повествует блаженная Феодора о третьем мытарстве.
Грехи этого мытарства:
• осуждение;
• клевета;
• бесславить другого человека;
• смеяться над чужими грехами;
• но главное – предвосхищать суд Христов.
Предвосхищать суд Христов – страшное преступление! Слова: «Грозные духи испытывают грешных в этом за то, что они предвосхищают суд Христов и делаются судиями и губителями своих ближних, тогда как сами неизмеримо больше достойны осуждения» – показывают нам возмущение бесов, о которых известно, что они веруют, и трепещут (Иак. 2, 19), а также что один человек начинает судить другого, хотя истинный Суд принадлежит Христу. Обвинение этого мытарства более чем законное – никто не имеет права предвосхищать суд Христов. Сказано: Михаил Архангел, когда говорил с диаволом, споря о Моисеевом теле, не смел произнести укоризненного суда, но сказал: «да запретит тебе Господь» (Иуд. 1, 9). Если даже Архангел Михаил в споре с диаволом не произнес на него суда и предоставил место суду Христову, то как же люди могут позволять себе осуждать других, «тогда как сами неизмеримо больше достойны осуждения»?! Об этом и сказано: И что ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? (Мф. 7, 3).
Итак, мы выяснили, что верующий, сам будучи грешником, не имеет права никого осуждать прежде суда Христова. Суд принадлежит только Христу, Сам Отец Небесный поручил Ему эту миссию: Ибо Отец и не судит никого, но весь суд отдал Сыну (Ин. 5, 22); и еще: И увидел я отверстое небо, и вот конь белый, и сидящий на нем называется Верный и Истинный, Который праведно судит и воинствует (Откр. 19, 11). То есть, чтобы судить, надо быть верным и истинным, а кто способен на такое?
Не имеет права христианин осуждать и то, что, как ему кажется, достоверно известно и подлежит порицанию. Сказано: Посему не судите никак прежде времени, пока не придет Господь, Который и осветит скрытое во мраке и обнаружит сердечные намерения, и тогда каждому будет похвала от Бога (1 Кор. 4, 5).
Не рекомендуется христианину судиться с христианином, если дело можно уладить полюбовно в церковном суде или вообще не прибегая к суду. Апостол Павел писал: Как смеет кто у вас, имея дело с другим, судиться у нечестивых, а не у святых? Разве не знаете, что святые будут судить мир? Если же вами будет судим мир, то неужели вы недостойны судить маловажные дела? Разве не знаете, что мы будем судить ангелов, не тем ли более дела житейские? А вы, когда имеете житейские тяжбы, поставляете своими судьями ничего не значащих в церкви. К стыду вашему говорю: неужели нет между вами ни одного разумного, который мог бы рассудить между братьями своими? Но брат с братом судится, и притом перед неверными. И то уже весьма унизительно для вас, что вы имеете тяжбы между собою. Для чего бы вам лучше не оставаться обиженными? для чего бы вам лучше не терпеть лишения? (1 Кор. 6, 1–7).
Как известно, и братья по вере не всегда способны договориться о мире при посредстве духовных наставников, тогда необходимо и светским судом не пренебречь. Но подобное не может не быть нам в укоризну, о чем здесь и рассуждает апостол Павел.
В Толковой Библии предлагается следующий комментарий на вышеприведенный текст: «В судьи назначались в Римской империи люди, исповедовавшие государственную религию, то есть язычники. Хотя эти судьи судили по всем обычаям римского права, тем не менее апостол Павел называет их нечестивыми, правильнее – неправедными (греч. άδιχα), потому что они на самом деле не знали высшей, Христовой правды. Он считает для христианина единственно подходящим суд, состоящий из христиан, следовательно, суд не официальный, а просто посреднический, когда за решением спора люди обращаются к какому-нибудь уважаемому человеку из своей среды. Христиане называются святыми не как отдельные личности, а как члены святой Церкви Христовой: у таких есть понимание высших задач жизни и правильных человеческих отношений. Коринфяне обращались к языческим судьям, вероятно, по старой привычке и потому, что были уверены, что римский судья лучше разберет их дело. Апостол же не хочет, чтобы в христианскую жизнь вносились, путем судебных приговоров, начала, чуждые христианству (например, при разборах дел между господами и рабами). Это, однако, не мешало апостолу Павлу требовать, чтобы христиане подчинялись языческим властям и, следовательно, также судьям тогда, когда они со своей стороны предъявляли христианам известные требования как к членам государства (см. Рим. 13, 1–3)».
Как известно из Книги Деяний, апостол Павел потребовал суда у кесаря. Посему и решился правитель (иудей. – Прот. О.С.) послать его к кесарю (к императору Рима. – Прот. О.С.) (Деян. 26, 32). Так и мы имеем право защищать себя в суде, церковном или светском, подавать на суд и требовать по отношению к нам исполнения наших гражданских прав. Сказано: Но когда растянули его ремнями, Павел сказал стоявшему сотнику: разве вам позволено бичевать Римского гражданина, да и без суда? Услышав это, сотник подошел и донес тысяченачальнику, говоря: смотри, что ты хочешь делать? этот человек – Римский гражданин. Тогда тысяченачальник, подойдя к нему, сказал: скажи мне, ты Римский гражданин? Он сказал: да… Тогда тотчас отступили от него хотевшие пытать его. А тысяченачальник, узнав, что он Римский гражданин, испугался, что связал его (Деян. 22, 25–29).
Клеветать на другого человека, бесславить другого человека и смеяться над чужими грехами – это недостойно имени христианина, о подобных вещах апостол Павел говорил: А блуд (в том числе и словесный. – Прот. О.С.) и всякая нечистота и любостяжание не должны даже именоваться у вас, как прилично святым (Еф. 5, 3).
Насмехательство над чужими грехами прямо уподобляет человека бесам. В «Житии святого отца нашего Нифонта, епископа Кипрского» говорится о скорби ангела, потерявшего душу, и о радости бесов, отнявших ее: «Ангел же Хранитель его шел вдали и горько плакал, а бесы радовались»[68]. Так, например, истолковывая слова Блаженны плачущие из Евангелия от Матфея (Мф. 5, 4), святитель Феофилакт Болгарский предложил следующее объяснение: «Плачущие, то есть о грехах… притом не о своих только грехах, но и о грехах ближних»[69]. Такой плач уподобляет человека ангелу.
В «Достопамятных сказаниях о подвижничестве святых и блаженных отцов» содержится следующее повествование, интересное для нас в данном случае: «Брат спросил отца: “Как диавол искушает святых?” Старец отвечал: “В горе Синайской жил один отец по имени Никон. И
