Наконец Дакис отодвинул свою пустую кофейную чашечку, откинулся на стуле и широко зевнул.
– Ну что ж, это был чудесный вечер, но боюсь, в моем возрасте вредно засиживаться допоздна. Так что если вы извините нас… – озорная улыбка, которой он Наградил вежливо умолкнувших гостей, словно приглашала их сделать правильные выводы, – то моя милая медсестричка уложит меня в кроватку. Не так ли, дорогая?
Он протянул Меган руку, и та с выражением крайней озабоченности встала и помогла старику подняться на ноги. Направляясь с ним к двери, она спиной ощущала множество глаз, смотрящих ей вслед, взглядов, впившихся ей в спину наподобие остро заточенных ножей. Нелицеприятные комментарии, с трудом сдерживаемые гостями, пока дверь за Дакисом и Меган не закрылась, моментально прорвались в виде мешанины возбужденных греческих слов, и она еще раз порадовалась, что не понимает этот язык.
Выйдя из столовой, Дакис захихикал, как напроказивший школьник.
– Вот потеха! Тебе не кажется?
– Нет, – сухо ответила Меган.
– Почему? – Его темные глаза, обращенные к ней, хитро прищурились.
– Боюсь, что я не очень понравилась родителям Элени.
Он отрывисто рассмеялся.
– Конечно, не понравилась! Они уж думали, что перехитрили меня, как появляешься ты, и этим дурням остается только признать, что их тщательно подготовленный маленький план разваливается на глазах.
– Не могу понять, почему они так волнуются. Даже если они проглотили эту глупую чепуху насчет того, что я охочусь за вашими капиталами, я все равно не Бог весть какая угроза для них.
– Ха, но если они думают, что я собираюсь на тебе жениться…
Меган ошеломленно уставилась на него.
– Ах вы, старый греховодник! А вам не кажется, что в своей игре вы заходите слишком далеко?
– Ни в коем случае. Это самое простое логическое заключение.
– Что ж, могу только надеяться, что вы не собираетесь уговаривать меня пойти навстречу вашим затеям! – твердо предупредила она. – Небольшое театральное представление – ладно, но на этом я ставлю точку!
– Не волнуйся так, милая, – успокоил ее старик, поглаживая по руке. – Я всего лишь пытаюсь спровоцировать моего сыночка!
– Спровоцировать вашего?..
– Я насчет его помолвки, – нетерпеливо пояснил он. – Да он скорее полетит на Луну, чем женится на этой пустоголовой курице!
Меган почувствовала, как сердце радостно подпрыгнуло у нее в груди.
– Так вы… вы не думаете, что он?..
– Разумеется, он не собирается этого делать. С ней он сойдет с ума от скуки уже через неделю, и прекрасно это знает!
Старик, может быть, и прав, но он явно забыл о том, что Тео совершенно необязательно хранить супружескую верность, подумала она с горечью.
Меган захлопнула за собой дверь своей спальни, со вздохом прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. Больше всего на свете ей хотелось сейчас лечь в постель и забыться сном, но заснуть будет нелегко: слишком много разных мыслей роилось в голове. Возможно, приятный теплый душ поможет немного расслабиться, подумала она, расстегивая молнию на платье и сбрасывая его на пол.
Но Тео, похоже, разбудил в ней нечто такое же древнее, как сама прародительница Ева. Она мечтала заняться с ним любовью. Это будет самым незабываемым опытом в ее жизни, чем-то таким, чего она даже не могла сейчас представить.
Она резко тряхнула головой, чтобы выбросить из нее эту волнующую и предательскую цепочку мыслей. Тео Николайдес собирается жениться на своей кузине Элени. И хотя Меган была уверена, что он вступает в этот союз исключительно из эгоистических намерений, без любви и без страсти, она нисколько не сомневалась и в том, что ее удел – это яркий, но мимолетный эпизод сексуального наслаждения, а потом он забудет ее так же, как всех остальных.
И больше того, напомнила она себе жестко, Тео считает ее дешевой вымогательницей, которая вешается на человека, годящегося ей в дедушки!
Она быстро сбросила белье, аккуратно положила его рядом с платьем на кресло и вошла в маленькую, роскошно отделанную ванную комнату. Из душа вырвался поток теплой воды, и девушка встала под струю, наслаждаясь нежным ароматом густого геля и подставляя лицо под брызги. Сладко пахнущая пена стекала по телу прихотливыми струйками.
Она простояла под душем очень долго, смывая с себя все напряжение, все смутные эмоции, так изматывающие ее. Когда она выбралась из душевой кабинки и завернулась в одно из огромных пушистых банных полотенец, которые меняли каждое утро, то почувствовала себя готовой к тому, чтобы улечься в постель и крепко заснуть.
Горничная заранее выложила на постель ее дешевую ночную рубашку, украшенную английской вышивкой, расправив складки так аккуратно, как если бы она была сшита из тончайшего шелка. Широко зевнув, Меган надела рубашку. Потом отнесла полотенце в ванную комнату и подошла к высокому окну, выходящему на балкон, чтобы задернуть занавески.
Но прекрасная южная ночь выманила ее наружу. Воздух был теплым и мягким, напоенным ароматами жасмина и тимьяна. Она глубоко, с наслаждением вздохнула и посмотрела на бархатисто поблескивающую черноту морской глади. Взошедшая луна отбросила на поверхность волн длинную серебристую дорожку, похожую на путь, выложенный бриллиантами и ведущий прямехонько в рай.
Но в рай нет легкой дороги, грустно вздохнула Меган…
Негромкий звук позади заставил ее вздрогнуть, она обернулась и увидела, как в соседней комнате Тео открывает раздвижные стеклянные двери и выходит на балкон.
– Добрый вечер, – пробормотал он с усмешкой.
– Как… как вы сюда попали? – растерянно выдавила Меган.
– Задняя лестница тренажерного зала ведет в дальний конец коридора, и эта комната сейчас пустует… э… нуждается в небольшом ремонте… Но тем не менее я могу попасть в нее в любой момент, когда захочу. Очень удобно, вам не кажется?
– Вы… специально все это устроили?
– Конечно.
Он медленно приближался к ней, и Меган ощутила, что синие глаза снова захватывают ее в плен своим гипнотическим блеском.
– Я решил скрыть от обитателей виллы маршруты моих передвижений. Особенно ночных.
– А вам не кажется, что они сами смогут догадаться? – бросила она ему, стараясь обуздать взволнованное биение сердца. – Уверена, что и раньше вам доводилось делать подобное.
Он лениво улыбнулся.
– Да, несколько раз. Но даже если они начнут сплетничать, что с того? – Он беззаботно пожал плечами. – Я хотя бы создаю видимость секретности, а это все, что в таком случае требуется, так как приличия соблюдены.
Теперь он стоял совсем близко, так близко, что она могла ощущать мускусный запах его кожи. Он все еще был одет в ту же белоснежную рубашку, что и на ужине, но сейчас она была расстегнута у ворота, а закатанные рукава обнажали мускулистые предплечья.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
