Читаем без скачивания Кулинарная книга каннибала - Карлос Бальмаседа

В этой ужасной охоте на ведьм голос священника, гремевший с кафедры, был словно река обнадеживающих обещаний, эхо его простых слов облегчало страдания обездоленным и тем, кто требовал справедливости. Но упоминание его имени раздражало церковные власти и бесило католических консерваторов, которые называли его затесавшимся в ряды Церкви коммунистом, так что брат Бернардо продержался на своем посту приходского священника лишь до тех пор, пока его окончательно не затравили жуткими доносами. В 1968 году, чтобы потрафить военным властям, папский нунций добился того, чтобы брата Бернардо перевели капелланом в тюрьму на Огненной Земле. Холодные ветра, терзавшие море на краю земли, насквозь проморозили тело священника, и он умер зимой 1971 года. Заключенные, многие из которых были политическими, попросили разрешения проститься с ним и отслужить прощальную мессу. Однако им не разрешили, и священник был похоронен на кладбище города Ушуая после краткой службы: у власти был уже другой диктатор — генерал Алехандро Агустин Лануссе,[34] но такие священники, как брат Бернардо, никогда не пользовались хорошей репутацией.

Вечером 12 сентября 1973 года под лучами зимнего сонного солнца, садящегося на западе в горы, Мария Чанкальини и Юрген Беккер ехали на своем автомобиле по прибрежной дороге в сторону Мирамара. Это была спокойная и приятная поездка, в нескольких метрах от дороги начинался захватывающий воображение морской пейзаж, сосны и эвкалипты по краю дороги. И вдруг — на крутом повороте, сзади, на полном ходу в них врезается грузовик с цистерной, немецкий повар отчаянно, но бесполезно и безнадежно дернул руль, надавил всем телом на педаль тормоза, однако асфальтовая дорога резко оборвалась — и впереди открылась пропасть в тридцать метров глубиной. Падение с такой высоты закончилось трагедией.

Автомобиль превратился в груду металлолома, внутри которой, чудовищно сжатые последним в их жизни несчастьем, Мария и Юрген застыли в объятиях, как если бы они знали, что больше им никогда не суждено разлучиться.

19

Эдуардо Ломброзо незадолго до того, как вместе с Юргеном Беккером погибла его бабушка, исполнилось двадцать два года. Что-то произошло с его кровью или генетической памятью, ведь везде и всегда семейная традиция передается от родителей к детям — каково бревно, такова и щепа, королю наследует принц, вот так и создаются династии, выковывается порода, укрепляется род, это и есть те невидимые и загадочные узы, которые связывают мужчину и женщину с их потомками, некий поток тайных знаков, сродни не понятным никому, но тем не менее существующим иероглифам, метящий судьбу медленным огнем. «Поваренная книга южных морей», чудесный шедевр братьев Лучано и Людовико Калиостро, переходила из рук в руки и питала тайную страсть нескольких поколений, посвятивших себя благородному искусству кулинарии. К 1970 году «Альмасен Буэнос-Айрес» со своей таверной, в которой готовили блюда неповторимых вкусов и ароматов, стал местом, прочно связанным с живой историей Мар-дель-Платы; течение времени обогатило легенду этого дома, соседи и знавшие это место туристы рассказывали в полный голос или же шепотом, что даже пожар, учиненный неизвестными убийцами, не смог уничтожить ресторан. Вот таким образом и пишется история: воспоминаниями людей, газетными заметками, которые кто-то вырезал и сохранил, повторяющимися не слишком достоверными байками.

Эдуардо Ломброзо ничего не перенял из столь богатой традиции. Его никогда не интересовала кухня, а еще меньше ремесло предков, быть может, он просто не понимал восхищения кулинарными рецептами, которые боготворили самые верные посетители семейной таверны, и поэтому Эдуардо с безразличием пробовал кушанья, которые готовили его бабушка и Юрген. У него не возникало желания разбираться в чарах душистых трав, в волшебной силе специй, в магии соусов и приправ, он никогда не прочел и двух страниц из «Поваренной книги южных морей».

Единственное, что в один прекрасный день заинтересовало обиженного судьбой Эдуардо Ломброзо, была красивая и спокойная, словно анемона, женщина по имени Марина Ферри, которая работала в таверне официанткой.

20

Есть немногочисленные точные данные о жизни Марины Ферри, зафиксированные в докладе офицера полиции Лусарди, однако нет ни единого намека на другие источники, обычно более достоверные, такие как слова соседей, свидетельства родственников, рассказы друзей мужа. Беатрис Мендьета нашла изглоданный скелет Марины рядом с телом ее маленького сына Цезаря Ломброзо 5 февраля 1979 года.

Марина Ферри начала работать в ресторане в октябре 1972 года. Мария Чанкальини взяла ее на испытательный срок в несколько дней, Марина сразу же понравилась ей своей спокойной манерой общения с клиентами, неизменной улыбкой на лице, внимательными глазами небесного цвета, горящими, словно раскаленные угли; отвечая на самые необычные вопросы посетителей, она подбирала точные слова, легко запоминала позиции меню и в каждом блюде могла отличить один вкус от другого. И хотя Марина никогда не чувствовала искушения заняться поварским ремеслом, она не сомневаясь предлагала новые рецепты или какие-либо изменения в известных. Именно так в ее воображении родился замечательный рецепт, который Юрген превратил в эксклюзивное блюдо ресторана — «Кролик в коньяке со средиземноморскими травами», настоящее упоение вкусом, которое привиделось Марине во сне, когда она впервые осталась на ночь в «Альмасене» по вине бури, неожиданно разыгравшейся в Мар-дель-Плате и терзавшей город градом и ураганным ветром. Она рассказала свой сон за завтраком, и Юрген прямо тут же, пока она говорила, встал и начал смешивать ингредиенты: крольчатина, чуть-чуть яблочного уксуса, щепотка острого перца с измельченным шалфеем, потом он смазал кастрюлю маслом и подрумянил мясо, после добавил колечки лука, немного молока и капельку розмарина, горошки перца и французский эстрагон. Эдуардо был равнодушен к кухне и мало времени проводил в таверне, здесь его ничто не держало, он всегда находил предлог, чтобы уйти из «Альмасена», и возвращался только к ночи. Его не смягчали сетования бабуши, упреки Юргена тоже не пронимали. Марина пробудила в нем неожиданную и всеподавляющую страсть; женщина отбивалась от него несколько месяцев, потому что какой-то тайный голос шептал ей, что эта любовь ничем хорошим не закончится. Однако в конце концов она уступила, веление сердце оказалось сильнее, чем опасения бдительного ума, и когда она отдалась нежным порывам своих чувств, когда почувствовала, что волшебный огонь ожег ее кожу, она поняла, что проиграла сражение своей разгоряченной желанием крови.

Но вдруг на их жизненном пути возник айсберг: не прошло и двух недель с момента помолвки Марины и Эдуардо, как Мария и Юрген погибли в аварии.

Новое несчастье, которое свалилось как снег на голову, больно ударило по Эдуардо Ломброзо. Марина пыталась утешить его, переехала к нему в «Альмасен», взвалила на себя заботу о ресторане, наняла повара и двух помощников, занялась покупками и банковскими делами, поставщиками, персоналом, коммерческой деятельностью и выработкой генерального направления развития предприятия. Поначалу Эдуардо радовался обществу Марины, ведь он был сильно в нее влюблен, но не раз самые тайные страхи без всякого предупреждения отравляют нам кровь, и мы сбиваемся с пути: то, что должно было быть ясным и понятным, становится мутным. Все чаще Эдуардо стал запираться в своей комнате, начал пить и ругаться по всякому пустяку, ссоры заканчивались слезами и взаимными упреками, но под утро и Марина, и он чувствовали, что их тела, так и не дождавшись перемирия, ищут друг друга; соединившись, они валятся на ту же самую кровать, в те же самые простыни, и только шум персонала будил их, и тогда они понимали, что пришла пора покидать рай.

Марина Ферри забеременела в октябре 1977 года. Когда она уловила первые признаки беременности, она почувствовала, как что-то дрожит в ее животе, а страна в тот момент была дикими джунглями под властью озверевших хищников, запах крови и насилия чувствовался в вязком воздухе ночей, улицы стали тюрьмами без решеток, застенками без замков, подземельем без крепких стен.

И посреди народных страданий собственное тело Марии предупреждало ее — спазмами и покалыванием: не лучшее сейчас время, чтобы приносить в этот мир сына.

21

После трагической гибели Марии Чанкальини и Юргена Беккера Марине Ферри, занявшейся делами таверны, пришлось изменить меню, потому что некому было повторить волшебные рецепты немецкого повара. Оказалось, что нужно искать новые гастрономические сочетания, потому что новому повару подобало проявить свой собственный стиль. Наступило время кулинарного кризиса. Самые преданные клиенты, охваченные неожиданной ностальгией, спрашивали про старые блюда, по их губам и взглядам было заметно, что они тоскуют по старым кушаньям, основой которых были красное мясо и мясо дичи, нежной домашней птицы, восхитительная зелень и овощи со специями, травы и зерна. Марина поступала в соответствии с древней заповедью, которую диктовала ей собственная кровь, — именно поэтому в таверне укоренились итальянские ароматы и вкусы: неожиданно появлялись соблазнительные запахи, такие как, например, запах, исходящий от Taglietelle verdi, приправленной соусом из сока шпината, золотистого ломбардийского риса, знаменитых Timpano di maccheroni, приготовленных с маленькими кусочками куриной печени и трюфелями, посыпанными кунжутом, и популярной лапши с венгерским перцем и гарам-масалой. Кое-что остается неизвестным: кто был тот повар, который составлял меню, откуда он взялся и куда потом подевался, когда перестал работать в таверне.